если обнаруживают в дверях ключ, что случается довольно часто, бесшумно поворачивают его и входят в комнату. Если жилец спит, он может распроститься со своим кошельком, часами, драгоценностями и прочими мало-мальски ценными вещами. Если проснется, у визитера уже наготове оправдание: "Миль пардон, месье, это, кажется, тринадцатый номер? Месье вызывали сапожника, парикмахера, портного и т. д. и т. п.?" Немало приезжих, обворованных этими ловкачами, остались буквально в одной рубашке — той самой, в которой спали…* * *
Профессиональные убийцы большей частью выдают себя за разносчиков, торговцев скотом, барышников и т. д. Их костюм и повадки всегда соответствуют тому роду деятельности, которым они якобы занимаются. Вид у них обычно самый благонравный, манеры сдержанные, спокойные; они редко позволяют себе выпить, так как опасаются, опьянев, проговориться; бумаги у них всегда в полном порядке, и они исправно отмечают их где положено; на постоялых дворах платят хорошо, но не слишком щедро: они хотят произвести впечатление людей бережливых, ибо бережливость предполагает честность. Впрочем, расплачиваясь, они никогда не забывают дать на чай служанке или гарсону — убийца заинтересован, чтобы прислуга говорила о нем как о добром малом.
Убийцы, изображающие торговцев, не обременяют себя лишним товаром. Чаще всего они продают ножи, ножницы, лезвия, нитки, шнурки и прочие мелочи, не занимающие много места. Они предпочитают останавливаться на постоялых дворах, расположенных в городских предместьях или вблизи рынков. Здесь они приглядывают себе жертву из настоящих торговцев либо крестьян, приехавших продавать продукты, и стараются выяснить, сколько у тех денег, когда и каким путем они намерены поехать, а выведав все подробности, дают знать своим сообщникам, которые всегда поселяются в другом доме, нередко расположенном за городом. Последние выезжают загодя и поджидают жертву в месте, удобном для совершения задуманного преступления.
Люди обычно не остерегаются этих мнимых торговцев, привыкнув видеть их странствующими по всей стране, да к тому же видимая добропорядочность поведения ставит их вне подозрений. Так, семейка Корню, в течение двадцати лет безнаказанно совершила несколько сот убийств, прежде чем кому-либо пришло в голову заподозрить их.
Жены убийц тоже весьма опасны. Привыкнув к преступлению, они охотно участвуют в нем и детей своих с раннего возраста учат следить за окружающими и доносить родителям обо всем, что может им пригодиться; они приучают их к виду крови и, чтобы заинтересовать в успехе, после каждого убийства делают подарки.
Нет, кажется, людей более услужливых и милосердных, чем убийцы. Все нищие у них в друзьях, потому что всегда могут сообщить что-нибудь полезное и, бродя по всей стране, являются, так сказать, естественными разведчиками больших дорог. Женщины-убийцы особенно лицемерны и, стараясь подчеркнуть свое благочестие, носят четки, крест и т. д. Они регулярно посещают богослужения и не упустят случая подойти к священнику.
Чтобы предохранить одежду от пятен крови, мужчины обычно ходят в синем рабочем халате или блузе, которые сжигают, закапывают или стирают (если позволяет время) после убийства. Прорезиненная шляпа, из-под которой выглядывает красный или синий платок, коим покрыта голова, да хлыст дополняют наряд этих негодяев. Отличаясь редкой предусмотрительностью, они чрезвычайно внимательны ко всем тем мелочам, которые могут быть использованы в случае надобности для алиби; именно поэтому они отмечают свои паспорта во всех коммунах, которые проезжают.
Как и убийцы, "поджариватели" обыкновенно действуют под видом ярмарочных торговцев или разносчиков. "Поджариватели" — это грабители, которые подогревают, вернее, поджаривают ноги своих жертв, чтобы вынудить сказать, где спрятаны деньги. Выбрав какой-нибудь дом, они проникают внутрь — якобы для того, чтоб показать товар, — и уходят не раньше, чем осмотрят помещение и разведают все ходы-выходы. В других случаях кто-нибудь из воров, переодевшись нищим, просит приютить его Христа ради на одну ночь и, когда все уснут, впускает своих сообщников. Часто дом сторожит собака, и мнимый нищий усмиряет ее, приманив куском копченой конской печени или губкой, пропитанной выделениями суки. Самый злобный пес не устоит перед таким соблазном и покорно последует за незнакомцем, который уведет его подальше от дома, предоставив бандитам свободу действий.
Случается, "поджариватели" убивают, чтобы не оставлять свидетелей своих злодеяний. Но обычно, чтобы не быть узнанными, они надевают маску или чернят лицо особой краской, которую снимают какой-нибудь мазью, или же закутывают голову черным крепом. Те, что чернят лицо, обычно имеют при себе маленькую коробочку с двойным дном, в которой держат краску и смывку. Отправляясь на дело, они обязательно возьмут веревки для связывания жертв. Ходят они поодиночке, и если договорятся встретиться, то добираются на место разными путями, держась по возможности малолюдных дорог. Из дому они выходят только ночью, причем стараются незадолго перед этим попасться на глаза соседям и по возвращении прибегают к той же тактике, чтобы создать впечатление, будто они не отлучались, и в случае надобности обеспечить себе алиби.
"Поджариватели" не любят брать вещи, разве что бриллианты или другие драгоценности, которые почти не попадаются в деревне. Им нужны деньги.
Знаменитый Саламбье как-то решил ограбить богатого фермера в окрестностях Поперинга, но ему долго не удавалось исполнить задуманное. Фермер был начеку, да и как могло быть иначе, если кругом только и говорили о налетах "поджаривателей". На ферме проживали довольно много людей, и две огромные собаки охраняли вход. Саламбье уже произвел разведку, чтобы выяснить, есть ли шансы на успех; но чем больше раздумывал, тем непреодолимее казались трудности. Он, однако, не сомневался, что у фермера много денег, и непрестанно мечтал завладеть ими. Но как? Саламбье вложил всю свою изобретательность в решение проблемы и наконец придумал такой способ. Он уговорил каких-то своих знакомых из местных жителей дать ему справку о благонравии и хорошем поведении и заверил ее у мэра Поперинга; затем смыл соляной кислотой, оставив лишь подпись мэра и печать, и заставил одного из своих сообщников Луи Лемэра написать вместо прежнего текста следующее распоряжение: "Господин комендант, мне стало известно, что завтра ночью банда "поджаривателей" численностью от десяти до двенадцати человек предпримет налет на ферму Ормайя, а посему соблаговолите отрядить десять ваших солдат под командованием сержанта, предварительно переодев их, на упомянутую ферму, дабы они в случае надобности оказали помощь фермеру и арестовали бандитов, буде они явятся за контрибуцией. Ознакомьте с приказом помощника мэра Лебеля, который может служить проводником и отвести солдат к фермеру, который знаком с ним".
Сфабриковав эту фальшивку,
