Читаем без скачивания Камикадзе на прогулке - Олег Кукса

Тихо легла на землю моя одежда. Верхнюю броню и все что выше пояса, я с мертвого тела бандита-наемника аккуратно сняла. Это — изолятор для моей энергии, из-за которого Феликс мог быть вылечен не так удачно и быстро, как можно. Не стоило так рисковать. Такова уж специфика работы Мастер-Целителя в полевых условиях.

Серена внимательно следила за мной, когда я, полностью сравняв свой энергопотенциал с Первым Слоем, невидимым фантомом, спиной, медленно вдвинулась в тело Феликса. Совместила наши тела. Вошла в медицинскую Боевую Форму и начала синтез-операцию. В энергетическом состоянии это возможно — гроллы эту технику называют Боевой Формой. Просто я была в иной фазе энергии. Необычно, но я такое уже делала много раз. Очень сложный, рискованный трюк. Боевую Форму можно использовать не только для сражения, но и для залечивания друг друга на Первом Слое энергии — в искусственном Стасисе. Используя свое тело, свои целительские способности, как ультрасовременную операционную.

Надеюсь, на этот раз тоже повезет.

Серена тоже волновалась — она впервые видела, как я восстанавливаю поврежденное Чернотой сердце, живот и легкие — вот так, без какого-либо операционного оборудования, только своими силами. Я касалась энергией в теле бандита те области, где малейшая ошибка была бы фатальной. Перекатывала дефекты, замещая их собой, а затем матрицей Синевы. И, финальный штрих — синтезируя и восстанавливая поврежденные, выжженные, словно кислотой, внутренние ткани Феликса.

Повреждения клапанов сердца уже были восстановлены. Самое тяжелое позади. Надо же — повезло! Феликс оказался здоровым парнем. Насчет полного восстановления памяти я не была уверена. Но парень поправится. Обязательно поправится. Вот только будет ли он этому сильно уж рад — гроллы-копы уже ждали рядом, с наручниками. Но я, облегченно вздохнув, медленно вышла из тела Феликса. Продолжим лечение.

Теперь самое сложное — трансформация всего тела пациента в Синеву. Я мяла тело Феликса, как опытный мастер глину, превращая ее в изящный кувшин. Прогноз хороший — пациент скорее жив, чем мертв.

Спустя три минуты сердце Феликса забилось, прогоняя очищенную Синевой кровь по сосудам. И, когда я, сидя на нем, вернула его тело из Cиневы, он, выпучив глаза от боли и удивления, согнулся вместе со мной пополам, вдыхая воздух. Я продолжала обнимать его, долечивая ладонями, руками — всем телом.

Но, по крайней мере, Феликс не мешал мне делать свое дело, а у меня было маленькое правило — если уж взялась за что-то, так делай это хорошо, не халтурь.

— Закрой глаза, пожалуйста… — тихо шепнула я. — Я еще не долечила тебя.

Феликс сообразил, что его только что спасли от смерти, скосил взглядом на сияющий вокруг нас силовой щит Небесного Купола. Вздрогнул. Кажется, до него дошло, что бой проигран.

— Как это было, Феликс? Твоя смерть? — тихо спросила я, обнимая его.

— Сначала была жуткая боль, — признался Феликс, — Но потом… Я даже жалею, что вернулся назад. Там… было такое умиротворение… А сейчас… Сердце все еще болит. Терпимо, но все же болит. И все тело — тоже.

— Твой путь здесь еще не завершен. Бывший бандит-наемник, Феликс — убит. И от тебя зависит, как ты будешь жить дальше. Но лучше нам не встречаться на поле боя. Ты понял намек?

— Спасибо, за то, что спасла мою шкуру, Черная Ведьма.

— Светлана. Прошу тебя! Ненавижу эту вашу кличку! И не смотри на меня, я и так смущена! И на полтора кило из-за тебя похудела.

— Хорошо. Светлана. Спасибо! Боль уже уходит.

— Твоим новым сердцем, которое я создала, заклинаю тебя, Феликс — начни новый путь. Тебя ожидает на какое-то время тюрьма, но я прошу тебя — дай себе еще один шанс! Стань человеком. Настоящим человеком.

Феликс вздохнул.

— Я постараюсь Света. Постараюсь.

Я прикрылась своей курткой.

— Уоллис, забирай первого!

Щит ослабел, стал прозрачным, почти невидимым. Феликс узнал тех, кто стоят рядом со мной. Вздрогнул. Теперь он боялся не меня — Раймонда. Так что есть для баднитов твари и пострашнее меня, как они говорят — Черной Ведьмы. У Раймонда была впечатляющая репутация черно-красного бойца-хищника. Приличный счет выигранных дуэлей. И… небось, замордованных в допросах бандитов. Этот все жилы из него вытянет в ментальных допросах. Пока Феликс не сдаст ему все, что знает.

Уоллис подмигнул мне и даже поаплодировал. Раймонд скосил на него взглядом. Но Уоллис уже приучил всех, и даже меня, к своему своеобразному чувству юмора.

Исцеленный бандит не просто будет жить. Феликс был тотально исцелен, каждая его клеточка была прощупана мной — я его познала так, как его еще никто не познавал. Кажется, я опять — в хорошей форме! Даже не ожидала, что так хорошо получится! Даже Раймонд довольно улыбнулся, как снисходительный профессор медицины, наблюдающий за действиями практикантки. И я поняла — для чего он заставил меня реанимировать убитого мной бандита. Захотел, чтобы я выложила все карты на стол. Понять, кто я, и что я из себя представляю. Слишком часто мы встречались, когда я стояла над телом убитого гролла.

Настырный тип. Его симбионты не оставляли мне шансов. Но в мою голову он не залезет, как ни старался. Я ему не послушная собачка, которую он может дергать за ниточки. У меня — Небесный Купол. Моя Натали меня защитит.

В этот момент Иволги — шаттлы гроллов, прикрытые энергонами-Небесными Куполами пилотов, вышли в видимый спектр и опустились на посадку. Один — в транспортной конфигурации — для пленников. Второй — боевой шаттл прикрытия. Десяток копов-гроллов кинулся упаковывать пленников-работорговцев и освобожденных рабов в транспортный шаттл, для снятия свидетельских показаний.

Но у них — своя работа, а у меня — своя. Уоллис был так любезен. Надеюсь, его щит хоть немного защищал меня от сканнинга Раймонда Шогана. Но у него самого — девочка-Небесный Купол, с которой Натали, вроде как, была в дружеских отношениях и даже переписывалась с ней по сети Небесных Куполов.

Так что, боюсь, я надеюсь на чудеса.

Следующим на очереди стал Борис. У него был частичный иммунитет к Черноте. Он, как минимум, несколько раз путешествовал в Синеве, как пассажир. И cпора-симбионт его Ракетчика искренне помогала мне вернуть тело-носитель к жизни, матрицируя повреждения, давая мне отличную сенсорную картину внутренних повреждений, не допуская зараженные сгустки крови к сердцу и коре головного мозга.

Поэтому реанимировать Бориса было намного легче.

Двух арбалетчиков, которых я вырубила в самом начале боя, за это время подлатала Серена. Мне остался лишь косметический ремонт. Всего лишь ножи, пропитанные перед броском Чернотой. Мелочь по сравнению с тем, что мне пришлось сделать с Феликсом.

Оставался Ричард… Бедный неудачник Ричард, чье тело сейчас напоминало черную обугленную головешку. Его мозги уже не подлежали восстановлению, и, думаю, Раймонд это прекрасно осознавал. Но продолжал молчать, пытаясь залезть мне в голову. А фиг ему!

Я могла бы восстановить тело Ричарда. Чувствовала, что все еще полна сил. Но это было бы мертвое тело идиота, который остался бы на уровне годовалого ребенка. И эти крохи сознания целиком бы вставила я… Нечего было спасать. Хотел бы Ричард влачить подобное существование? Не думаю. Этого от меня Раймонд не дождется.

Я, устало вздохнув, поднялась с коленей, быстро оделась. Когда Уоллис убрал Щит, я посмотрела Раймонду прямо в глаза.

— Итак, у нас еще одно убийство, — подытожил он. — И все же ты меня удивила, Сотникова. Не думаю, что, даже в операционной, гроллы-Целители Семьи Роон сделали бы лучше. Один труп — это не пятнадцать… Однако у меня есть незакрытые дела на нескольких мертвых гроллов, погибших в последнее время на территории Корто. И я не могу влезть в вашу очаровательную головку.

— Это не я! — я возмущенно покачала головой. — Честно — не я!

Надо же, я научилась врать так естественно. Даже пальцы перестала скрещивать. Но, боюсь, Раймонда от моего вранья все равно зашкаливало. Но Печати гроллов, повинных в гибели наших ребят из Омеги, Министр Обороны, генерал Устинов, запретил возвращать во Вторую Жизнь.

Смерть за смерть. А я — солдат. И приказы не обсуждаю, а выполняю. Как и многие из наших, работающих в разведке Федерации благодаря тому, что мы могли так хорошо менять свою внешность. Ведь никто не заставлял гроллов-ренегатов лезть на нашу территорию и, оказывая сопротивление при аресте, убивать наших ребят из спецназа Омеги.

— Но слишком многое указывает на вас, вашего дружка, Красного Лиса и ваших воинов Омеги! Я уверен, что ты знаешь об этих преступлениях, Сотникова — не принимай меня за дурака! Вы и ваши противники — Рейдеры, никак не поймете, что война между вами закончилась!

— Значит, я не буду на этот раз изучать интерьер тюрьмы, Раймонд? Это, все-таки — армейская операция! Ричард рядом со мной оказался в момент атаки Джатура. Ему просто не повезло. А остальных я реанимировала. Раймонд — мне не хочется терять два-три дня, пока вы будете допрашивать свидетелей. У тебя же есть Печать убитого мной гролла. Там все записано. Вызовете меня прямо в суд, на оправдательный приговор, денька через два-три. Раньше ведь все равно со свидетелями не управитесь!