Арек наблюдал, как его воины начинают штурм стен Праага. Кое — что прошло даже лучше, чем он рассчитывал. Что — то сложилось хуже. Он не ожидал потерять две башни ещё до того, как те достигнут стен. Будь проклят тот волшебник и инженеры, управляющие теми катапультами. С другой стороны, гарпии проделали внушительную работу по отвлечению обороняющихся, и судя по языкам пламени, поднимающимся за внешней стеной, даже сейчас продолжали сеять панику во вражеском городе.
Арек заворожённо смотрел, как огромные осадные башни исторгли на стены свой груз из воинов. Северные дикари и рычащие зверолюды сражались бок о бок, преисполненные неистовой жаждой убийства. В этот момент Арек почты завидовал им. Он всегда считал, что победа над противником в пылу сражения приносит глубочайшее удовлетворение. Случалось, он даже подозревал, что был бы рад оказаться одним из берсерков Кхорна. Он никогда не проигрывал поединков и знал, что благодаря всем тем дарам, которыми наделил его Великий Преобразователь, вряд ли будет побеждён. Арек был почти непобедим, когда дело касалось схватки, и по этой причине ни один из военачальников никогда не пытался вызвать его на поединок за предводительство над ордой. Если бы только не то проклятое видение…
Вдоль укреплений мелькали разряды молний, сбивая некоторых из его людей. Магический барьер, который явно препятствовал его чародеям использовать заклинания против самих стен или перебрасывать через них, никак не мешал тем, кто уже находится там. Он недоумевал, почему же так происходит. Так ли обстоит дело за стеной или там пространство, ограниченное двумя барьерами? Следует спросить об этом своих приближённых чародеев, когда представится возможность. Возможно перед тем, как казнить их за недостаточное рвение по защите его войск. Они клялись, что башни полностью защищены от вражеских заклинаний и неуязвимы для вражеского оружия. Сегодняшние события доказали, что они ошибались в обоих случаях.
Тем не менее, механизмы действуют и, похоже, выполнят своё предназначение, а это главное. Арек понимал, что сегодня проделали чародеи: все огромные запасы энергии, столь старательно собранной с северных земель, были затрачены на оживление башен, на призыв демонов и развеивание защитных чар. Он знал, что колдуны будут истощены несколько последующих дней.
«Самое время схватить их и преподать им урок», — подумал Арек.
Феликс с боем продвигался по стене. Камни были скользкими от крови и рассечённых внутренностей. Красные лужи запачкали снег. Он отпрыгнул в сторону от тянувшегося к нему умирающего зверолюда. Этот прыжок вынес его к парапету стены со стороны города. В его поле зрения оказались лежащие внизу красные черепичные крыши и горящие здания вдалеке. Казалось, люди там сражаются друг с другом. Феликс гадал, были то обезумевшие от страха горожане, или обнаружили себя многочисленные сектанты, помогающие своим соратникам в битве?
Об этом будет время беспокоиться потом. Если он переживёт то, что сейчас разворачивается вокруг него. Зверолюд приподнялся на одной руке и припал к земле. Судя по ранам, это почти покойник. Феликс предположил, что тот собирается прихватить его с собой, и даже ясно себе представлял, как именно. И оказался прав. Зверолюд прыгнул, широко расставив руки, чтобы схватить Феликса. Ожидавший этого Феликс пригнулся и откатился в сторону, а здоровенное существо пролетело над ним и парапетом и свалилось вниз, навстречу смерти.
Снег морозил его руки, и холод начал пронимать лежащего Феликса через одежду. Кольчужная рубаха, которую он носил под одеждой, никак не защищала от холода. «Можно подхватить простуду», — подумал Феликс и тут же засмеялся. Это будет меньшая из его забот. Он обхватил рукоять меча и приподнялся, встав на колени как раз вовремя, чтобы заметить очередного зверолюда, опускавшего ему на голову здоровенную шипастую булаву. Феликс метнулся вбок, перенося вес на одну руку, и взмахнул мечом. Булава пронеслась рядом с головой. Удар Феликса зацепил зверолюда прямо под коленями, пустив ему кровь. Тварь запрокинула голову и заревела от боли. Феликс ткнул мечом вверх, целясь в пах. Рёв стал невероятно пронзительным, а затем перешёл в жалобные завывания. Освободив меч, Феликс поднялся на ноги и резким взмахом практически перерубил врагу шею. Голова повисла, всё ещё держась на сухожилиях. Наружу вырвалась чёрная кровь, растапливая снег. Феликс продолжил путь. Начался снегопад. Снежинки попадали в глаза и частично ухудшали видимость. Кажется, поднимался ветер. «Это следствие волшебства, или просто обычная перемена погоды в этом холодном северном краю?» — гадал Феликс.
Впереди он заметил истребителей, сражающихся среди толпы зверолюдов и дикарей, более чем успешно сдерживая их. Вокруг них повсюду лежали тела мёртвых и умирающих врагов. Воодушевлённые присутствием истребителей, кислевиты дрались, как одержимые. Здесь, по крайней мере, хотя бы на секунду можно было поверить в то, что победа останется за ними. В стену ударилась другая огромная осадная башня. Какой — то запах, похожий чем — то и на мускус, и на духи, защекотал ноздри Феликса. Какое-то время он об этом не задумывался, но затем кожу начало покалывать, а в горле начало першить. Феликс почувствовал, как агрессивность покидает его, и обернулся поглядеть, где источник этого восхитительного аромата.
А вокруг него люди и зверолюды поступали так же, временно забыв о своей вражде ради потребности отыскать источник сладких запахов. Феликс увидел, как на стену укрепления обрушился массивный металлический подъёмный мост. Из осадной башни выпрыгнули причудливые, необычайно прекрасные и странным образом знакомые существа, и бросились в бой. Они выглядели, как женщины с бритыми головами. Несмотря на холод, они были практически голыми, одетыми в чёрные кожаные рубахи, что выставляли напоказ одну грудь идеальной формы. Вместо одной руки у них была клешня, похожая на крабью. В другой они держали: кто длинные острые мечи, кто хлысты, кто сети. Двигаясь со сверхъестественным изяществом, они рассыпались по зубчатым стенам. И везде, где они показывались, погибали люди. Феликс узнал созданий Слаанеша, Повелителя Непередаваемых Наслаждений.
Феликс увидел, как здоровенный воин — кислевит, только что расправившийся с тремя зверолюдами, стоял, словно баран на бойне, пока одна из прекрасных женщин клешнёй отсекала ему голову. Вместо того чтобы отомстить за его смерть, товарищи кислевита молчаливо ожидали, когда смерть придёт и к ним. Феликс очарованно наблюдал за происходящим, и его переполнял необычайный восторг. Было нечто крайне завораживающее во всём этом представлении: изящество женщин и то, как идеальными красными каплями искрится на снегу кровь. Нечто чувственное и глубоко возбуждающее. Феликс сомневался, что когда — либо видел хоть что — то столь же привлекательное, как эти женщины — демоны. Каким наслаждением будет принять смерть от их рук. В самом деле, он едва мог сдержаться. Феликс шагнул к ним, страстно желая почувствовать объятья смерти.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
