ты до дома, и как себя чувствуешь. Я ответила, что все в порядке, и на этом наш разговор закончился. Мне пора, Рэй. Если я сейчас же не сяду в машину и не поеду домой, мороженое в багажнике превратится в сладкую лужу.
– Ко мне домой? – уточнил офицер Лок.
– К себе домой. Мы с Анной хотим устроить семейный ужин.
– Наденете пижамы, заячьи ушки и будете смотреть любовные сериалы для девочек?
– Можешь нафантазировать все, что угодно. Кстати, что это за история с Алисией Кантер?
Из прихожей раздалось дребезжание звонка у входной двери. Рэй поставил консервную банку на стол.
– Вот черт, а об этом-то ты как умудрилась узнать?
– От Анны. Она сегодня была в участке, подписывала документы для судебного заседания. Встретила Гаспара Матиса у лифтов, и он рассказал ей о твоих ночных приключениях. С учетом его длинного языка об этом в понедельник будет знать все управление. Удивительно, что Мэй тебе еще не звонил. Если Алисия Кантер пообещала написать жалобу, то она это сделает, будь уверен.
– Воистину – инициатива наказуема. Надо было мне остаться в баре и продолжать пить. Но нет, я решил выполнить свой служебный долг.
– Явиться на место преступления пьяным в ту минуту, когда там находится мисс Самый Честный Коп На Свете? Ладно, смысла в этих разговорах никакого. При рождении тебе совести не отсыпали, и «испытывать чувство вины» – это не про тебя. Я должна идти, Рэй. А ты должен открыть дверь своим гостям, иначе они продолжат трезвонить и разбудят весь дом.
– Погоди, Вики. Я что-то не понял, кто такая эта Алисия Кантер? Даже Лоуренс с ней знаком, а я – нет.
– Лучший детектив отдела по борьбе с наркотиками. В прошлом году она получила медаль за особые заслуги, а этой весной на пару с Гаспаром Матисом, своим напарником, прижала крупную шайку наркоторговцев. Об этом все газеты писали. В каком мире ты живешь, Лок?
– В мире, где несчастному одинокому криминалисту приходится есть рыбные консервы и пить дрянной растворимый кофе, а по пятницам топить свое горе в дешевом вине, потому что его подруга между романтическим свиданием и заячьими ушками в компании сестры по создателю, не колеблясь, выбирает последнее.
– Очень сожалею о том, что на долю несчастного криминалиста выпали такие страдания.
– Значит, ты все-таки приедешь?
– Да. В понедельник утром. Жду не дождусь романтического свидания на парковке полицейского участка. Ровно в семь тридцать утра. С тебя кофе. Пока.
Трубка замолчала, и Рэй вернул ее на рычаг. В дверь позвонили в третий раз, а потом отчаянно забарабанили кулаком.
– Не издевайся, мужик! – услышал офицер Лок голос Лоуренса. – Мне что, в окно залезть, карабкаясь по отвесной стене? Или на веревке спуститься с крыши? Не так уж ты и проголодался, если так долго не открываешь!
Рэй вышел в прихожую, снял с двери цепочку и отпер замок. Детектив Уайт ввалился в квартиру, прижимая к груди пакет из супермаркета.
– Кофе купил?
– «Доброе утро, Лоуренс», – ответил друг, беря курс на кухню.
– Сперва покажи кофе, а потом я решу, какое нынче утро.
– К слову, в подъезде темно, как в Коридорах Узников. Будь я человеком, прокатился бы вниз по лестнице, сосчитав ступени головой.
– Возблагодарим Великую Тьму за то, что она создала тебя темным эльфом, да еще и следопытом. Мне в третий раз напомнить про кофе – или ты отправишься прочищать уши?
Лоуренс вручил Рэю банку с узором из кофейных зерен, и тот, воспряв духом, отошел к плите.
– Доброе утро, Уайт.
– Воистину, мужик. Я купил фруктов, овощей, молока и кучу консервов. Как насчет позднего завтрака?
– А как насчет сигарет?
– Здесь твои сигареты.
– Очень хорошо. А теперь можно и завтрак приготовить. Приступай.
Пока хозяин квартиры раскладывал продукты, детектив Уайт достал из холодильника яйца, остатки бекона и слегка увядшую зелень.
– Сегодня у нас в меню омлет, – объявил Лоуренс. – Ах да, я тебе еще газету принес. Новости слушал?
– Нет. Только крики под окнами и пьяную ругань соседей. Ох уж эта романтика спального района.
– Я увидел забавную статью в «Треверберг Таймс» о вчерашнем убийстве в «Фиолетовом солнце» и решил тебе принести. Но если ты не сочтешь ее увлекательной, можешь поразгадывать кроссворд.
Чайник оглушительно засвистел, намекая на то, что его следует убрать с огня, и Рэй наполнил кипятком две чашки.
– Меня уже тошнит от упоминаний «Фиолетового солнца» и вчерашнего убийства, – честно признался он.
– Не хочешь – не читай, мужик, дело твое. Когда мы говорили по телефону, я сказал, что тебя искал Мэй. Помнишь?
Выбросив бумажный пакет в мусорное ведро, офицер Лок взял свою чашку с кофе, сел у стола и открыл сигаретную пачку.
– Помню. Поговорю с ним в понедельник.
– Лучше позвони ему сейчас. Я серьезно. Он и сейчас злой, а в понедельник будет еще злее. Перед смертью не надышишься.
Сказав это, детектив Уайт разбил яйца в большую миску, взял венчик и начал готовить смесь для омлета. Рэй сделал несколько глотков кофе, первый из которых обжег горло, закурил и оглядел свою кухню. Половину комнаты занимали старый дребезжащий холодильник и разместившийся у стены деревянный стол. Если бы ему вздумалось помыть посуду, Лоуренс был бы вынужден стоять на одной ноге, в противном случае они на оставшемся пространстве не поместились бы. Хотя Виттория и офицер Лок в этом пространстве помещались отлично. Скорее всего, потому, что Виттория офицера Лока интересовала много больше, чем грязная посуда, и он предпринимал попытки сократить расстояние между ними до минимума.
– Пересолишь омлет – будешь есть его сам, – обратился к другу Рэй.
На предупреждение Лоуренс не отреагировал ни кивком, ни привычным «как скажешь, мужик», и хозяин квартиры перевел тему.
– Пей кофе, а то остынет.
Кофе детектив Уайт тоже проигнорировал, равно как и вопрос «закурить хочешь?», и Рэй, тяжело вздохнув, подвинул к себе телефонный аппарат. С минуту он смотрел на него так, будто тот был чудовищем из водных глубин, а потом снял трубку и набрал номер начальника.
– Детектив Мэй слушает, – ответили после второго гудка.
– Привет, шеф. Это я.
– Доброе утро, Рэймонд. Выспался?
Если руководитель отдела криминалистической экспертизы обращался к кому-то из своих сотрудников, используя полное имя, ничего хорошего
