— По-прежнему не ладите? — спросила моя жена после приветствия своей подруги.
— Не ладим — не то слово, — хмуро ответила принцесса.
Но не успели мы толком начать общение, как события стремительно понеслись вскачь. Первым делом я почувствовал нарастающее жжение в кармане брюк. Я настолько привык за последнюю неделю таскать с собой свой защитный амулет, что, даже выезжая из усадьбы, на автопилоте сунул его в карман. И всю дорогу провел за планшетом, рисуя в специальной программе различные конфигурации узоров, чтобы потом повторить их на практике. И теперь я, быстро вытащив своё изобретение, недоуменно огладывался вокруг, пытаясь понять, на какую атаку он среагировал. «Вот гад! Наверное, присосался к кому-нибудь», — подумал я, переключаясь на магическое зрение. И первое, что бросилось в глаза — это серый «туман», быстро заполняющий всё видимое пространство. Серая дымка стремительно окутывала весь зал, поглощая фигуру за фигурой. Ольга с Евой уже скрылись с головой в этом странном мареве, а вокруг меня сформировалось защитное поле красноватого цвета. Защитная сфера, в которой я оказался, не превышала размерами метровую окружность. А тем временем амулет в моей руке стал потихоньку остывать, отдавая свою силу на поддержание защиты от этого странного явления.
Я хотел уже хотел окликнуть девушек, чтобы привлечь их внимание к этой странности. Как Ольга, резко прервав разговор, удивлённо воскликнула:
— Что с источником?
Одновременно с её возгласом раздались глухие хлопки выстрелов, и следом зал наполнили крики людей. Я успел увидеть брызги крови из простреленной головы императрицы и падающее тело её дочери Юлианы, матери Евы. Но кровь появлялась не каждый раз, некоторые люди оседали на мраморный пол без видимых повреждений, и мне показалось, что таких было большинство. Чисто интуитивно я шагнул ближе к Ольге, стараясь защитить свою жену и не рожденного ребенка. Ева тоже оказалась в пределах сферы моего артефакта. Вовремя! Защитное поле покрылось вспышками, останавливая пули. «Пули? Значит, стреляли на поражение! Княгиню Гордееву, как и императрицу с наследницей и внучкой, не планировали оставить в живых! Ах, вы ж, суки!» Две девушки, стоящие на верхней террасе, продолжали беспрестанно стрелять по нашей троице. Я начал пятиться назад, толкая спиной прижавшуюся ко мне Ольгу. Принцесса, сообразив, что происходит что-то страшное, но оставив все вопросы на потом, также спряталась за мной, и вот так втроем мы и пятились к ближайшим дверям. Крики в зале не утихали, люди метались по огромному помещению, пытаясь выйти из этого ада, но, похоже, двери были заблокированы. И возле каждого выхода скопилась уже приличная гора трупов. Или не трупов?
Еще в самом начале разговора и до момента этого массового отстрела мы находились недалеко от лестницы на верхнюю галерею, а рядом с ней было сразу два выхода. К одному из них мы и продвигались максимально быстро. Но, похоже, не так уж быстро, поскольку нападавших оказалось больше, чем мне казалось, и достаточно, чтобы уделить нашей троице повышенное внимание. Я, конечно, понимал, что раз в помещении, полном одаренных женщин самого высокого ранга, никто не смог оказать сопротивление этой неожиданной атаке, значит дело нечисто, но попробовать-то надо.
— Ольга, ну что ты там копаешься, убей уже кого-нибудь, — рявкнул я за спину.
— Не могу, источник как с ума сошел, не откликается совершенно.
Голосок у моей супруги звучал весьма растерянно, хорошо хоть не испуганно.
— Справа, — это уже Ева крикнула мне в правое ухо.
«К чёрту секретность, иначе завалят», — мрачно подумал я, выпуская сразу четыре файербола в сторону лестницы, по которой спускались сразу три вооруженные автоматами девушки. В учебных поединках с Ольгой или Веленой я привык видеть, как моя атака гасится защитными полями моих наставниц. Но видно артефакт, заблокировав источник у всех одаренных, также не позволял автоматчицам пользоваться своей силой. Мощный взрыв сотряс лестницу, расшвыривая с неё стрелков. Я хотел зашвырнуть два огненных шара в сторону дверей, чтобы гарантированно сорвать их с петель. Но два десятка тел перед ними остановили меня в последний момент. Их наверняка накроет взрывом, а мне показалось, что не все из них были мертвые. Кровь я заметил лишь на некоторых их них. Но самое главное, я успел зафиксировать краем сознания, когда потянулся к своему источнику за очередным атакующим узором — количество готовых плетений стало меньше. Прямо на моих глазах один из воздушных узоров вдруг распался, а моя попытка быстро собрать звезды провалилась — они меня просто не слушались. «Защита пропускает и сдерживает воздействие „тумана“ уже с большим трудом, а значит, надо рвать когти, и побыстрее», — пробежала у меня мрачная мысль, ибо до этого момента, после удачной атаки файерболами, у меня на секунду мелькнула идея тупо загасить всех нападавших своей силой. Но теперь мне может просто не хватить времени и количества оставшихся боевых плетений. Ведь новые я сформировать не смогу, да и массой могут просто завалить, а ещё нужно прикрывать собой девушек. «Короче, валим отсюда», — решил я.
По огромному залу всё еще носились люди, пытавшиеся избежать выстрелов, но от первоначального количества из примерно шестисот человек на ногах осталось всего пару сотен. С момента начала обстрела и нашего движения к ближайшей двери прошло от силы минуты три. Мы уже стояли рядом с дверью, которую девушки, прячась за моей спиной, пытались безуспешно открыть, когда громкий выкрик перекрыл шум выстрелов и оставшейся на ногах толпы людей.
— Убейте Еву, не дайте ей уйти.
Такую замечательную фразу прокричала Регина, родная тётя Евы. «Вот это, что ли, называется — не ладим? Ни хрена себе приуменьшили. Тут другой эпитет подойдёт больше — чтоб вы сдохли, как сильно я вас люблю». На нас перенаправили огонь сразу несколько вооруженных женщин, и я с удивлением узнал Елизавету Морозову и Азиму Кайсарову с пистолетами в руках. С галереи, на втором ярусе на противоположной стороне зала, к двум стрелявшим по нам девушкам присоединились ещё трое с автоматами.
— Серёж, дверь не открывается, — воскликнула за моей спиной Ольга.
«Так, где тут у меня новый узор в стихии льда?» — нырнул я в свой источник. «Абсолютный холод» — замечательное плетение, правда, узконаправленное. Не защитное точно, а к атакующему классу его можно отнести лишь условно. Хотя при штурме помещений в некоторых случаях поможет обойтись без особого шума. Протянув руку назад, не глядя приложил ладонь к двери в районе замка. Слава богу, этот узор ещё не распался. Выпущенная мной сила сейчас проморозит дверь, сделав дубовые створки хрупкими, как лёд. Жидкий азот может нервно курить в сторонке — на такое ему потребуется времени гораздо больше. Моей силы хватило, чтобы за секунду разрушить структуру плотной древесины. Белый круг диаметром почти в метр накрыл обе створки двери, и девушки, одновременно толкнув плечами, наконец-то проломили преграду и смогли освободить нам путь из этого негостеприимного места. Под градом пуль мы выскочили в коридор, а я успел для острастки швырнуть последний файербол в подобравшихся слишком близко стрелков. Результата своей атаки я уже не увидел, ибо рванул за Евой и Ольгой по коридору.
Девчонки в своем порыве слегка увлеклись, забыв, что силой источника пользоваться не могут, и едва не нарвались на группу из четырех латниц в легких МПД. Те сразу открыли огонь из плазменных ружей, но Ольга успела дернуть Еву обратно за угол, а я, выскочив в новый коридор и быстро срисовав количество врагов, не снижая хода, понесся прямо на них. Нам нельзя тормозить, нужно сносить заслон, иначе погоня из Софийского зала зажмёт в клещи, и тогда точно конец. На ходу нырнув в боевой режим, что получилось с некоторым трудом, тут же отправил два «Воздушных кулака» в сторону своих противниц. Пробежать нужно было всего метров сорок, но атакующая техника стихии воздуха без проблем снесла МПД ещё метров на пять. Конечно, девушки в доспехах не особо пострадали и практически сразу начали вставать на ноги, но я уже был рядом. Поднявшуюся первой я насадил на ледяное копье, практически пришпилив доспех к стене, вторую отправил в очередной полёт мощным ударом ногой в грудь. И, быстро подобрав выпавшее из рук первой латницы плазменное ружье, расстрелял в упор оставшихся в живых. Лёгкий МПД — это вам не средний и тем более не тяжелый доспех. Десяток выстрелов на каждую, и поле боя осталось за мной, как и четыре трупа на совести, но это меня сейчас совершенно не волновало. Я был слишком зол, а мысль о том, что моих Ольгу и ещё не родившегося сына хотели убить, приводила в ярость.
