«Да, ты сошла с ума», — ответило мое подсознание.
— Мне нужно сделать звонок. Не могли бы вы оставить меня наедине, пожалуйста?
— Конечно, — ответил Уилан и, как мне кажется, с благодарностью вышел из комнаты. Когда он закрыл за собой дверь, я дрожащими пальцами набрала номер Мии.
— Ну, если это не из-за моих денег… — пренебрежительно ответил Джек.
У меня не было времени слушать его бред.
— У меня проблема.
— Я знаю. Твой охранник примчался в банк.
Что? Как, черт возьми, он узнал?
— Тебе придется оставить его. За банком тебя ждет моя машина. Черный внедорожник, «Додж». У тебя есть три минуты, чтобы добраться туда.
«Додж»!
— Может потребоваться больше, чем три минуты. — мое сердце подскочило до горла.
— Ты — купающаяся в золоте шлюха, Грей. Разберешься как-нибудь с этим. И выбрось свой телефон, как дойдешь до машины. Поняла, сучка?
— Да.
— Скажи это! — зашипел он.
— Я поняла.
Он вешает трубку.
Черт! Я открыла дверь и увидела, как Уилан терпеливо ожидает снаружи.
— Мистер Уилан, мне нужна помощь, чтобы перетащить мешки в машину. Она припаркована на улице, за банком. У вас есть запасной выход?
Он нахмурился.
— Да, конечно. Он предназначен для сотрудников.
— Можно им воспользоваться? Так я смогу избежать нежелательного внимания.
— Как вам будет удобно, миссис Грей. У меня есть два помощника и два охранника, чтобы проконтролировать. Следуйте за мной.
— У меня есть еще одна просьба к вам.
— Безусловно, миссис Грей…
***
Две минуты спустя, я и мое окружение вышли на улицу и направились к «Доджу». Его окна были затонированы и я не могла увидеть, кто был за рулем. Но как только мы подошли ближе, дверь со стороны водителя распахнулась и появилась женщина, одетая во все черное, с кепкой, низко надвинутой на лицо. Элизабет! Она обошла внедорожник и открыла багажник. Двое молодых банковских служащих, несущие деньги, сложили тяжелые сумки в багажник.
— Миссис Грей. — она имеет наглость улыбаться так, словно мы направляемся на дружескую прогулку.
— Элизабет, — прохладно поприветствовала я. — Приятно видеть вас вне работы.
Мистер Уилан прочистил горло.
— Это был довольно интересный день, миссис Грей, — сказал он. И я, вынужденная соблюдать официальные формальности, пожала ему руку и поблагодарила, в то время как внутри все переворачивалось. Элизабет? Что за черт? Почему она помогает Джеку? Уилан и его команда исчезли в дверях банка, оставив меня наедине с главой персонала SIP, которая участвует в похищении людей, вымогательстве, и возможно еще в каких-то не менее тяжких преступлениях. Почему?
Элизабет открыла заднюю пассажирскую дверь и жестом пригласила.
— Ваш телефон, миссис Грей? — спросила она, глядя на меня с опаской. Я отдала ей мобильный и она выбросила его в ближайшую урну.
— Это сбросит ищеек со следа, — самодовольно изрекла она.
Кто эта женщина? Элизабет захлопнула мою дверь и забралась на водительское место. Я с тревогой осматриваюсь, пока она выезжает на дорогу и направляется на восток.
Сойера нигде не видно.
— Элизабет, у тебя есть деньги. Позвони Джеку. Скажи ему, что Миа может уходить.
— Я думаю, он захочет поблагодарить тебя лично.
Вот дерьмо! Я уставилась на нее в зеркало заднего вида застывшим взглядом.
Она побледнела и тревожно нахмурилась, из-за чего ее прекрасное лицо неприятно исказилось.
— Почему ты делаешь это, Элизабет? Я думала, что ты не любишь Джека.
Она бросает мимолетный взгляд в зеркало, и я вижу боль в ее глазах.
— Ана, мы прекрасно поладим, если ты будешь держать свой рот на замке.
— Но ты не можешь это делать. Это неправильно.
— Тише, — говорит она, но я чувствую ее беспокойство.
— Он имеет власть над тобой? — спрашиваю я. Ее глаза встречаются с моими и она так резко дает по тормозам, что меня сильно бросает вперед и я ударяюсь лицом о спинку переднего сидения.
— Я сказала — тихо! — рычит она. — И я предлагаю тебе пристегнуться.
И в этот момент я осознаю, что случилось что-то столь ужасное, что она согласна сделать это для него. Интересно, что же это может быть. Воровство из компании? Что-то из ее личной жизни? Что-то связанное с сексом? Я мысленно вздрогнула. Кристиан сказал, что никто из бывших помощников Джека не желал говорить. Возможно, на все была одна причина. Именно поэтому он и меня хотел трахнуть. Желчь подступила к горлу от этой мысли.
Элизабет уезжала прочь от центра Сиэтла в сторону восточных холмов. Вскоре мы выехали на жилые улицы. Я заметила один из уличных знаков: Южная Улица Ирвина. Она резко повернула налево, оставляя позади улицу с обветшалой детской площадкой на одной стороне и большой бетонной автостоянкой, стоявшей между пустыми приземистыми домами на другой. Элизабет проехала мимо автостоянки и остановилась возле последнего кирпичного здания. Она повернулась ко мне.
— Представление начинается, — прошептала она.
Мои волосы встали дыбом, и страх напополам с адреналином заполнили мое тело.
— Ты не должна этого делать, — прошептала я в ответ. Ее губы сжались в тонкую линию, и она вышла из автомобиля.
«Это для Мии. Это для Мии.» Молилась я про себя. Пожалуйста, пусть она будет в порядке. «Пожалуйста, пусть она будет в порядке».
— Выметайся отсюда, — рявкнула Элизабет, распахивая заднюю дверцу машины.
Дерьмо. Стоило мне выбраться, как ноги сразу задрожали так сильно, что я не могла понять, смогу ли сделать хоть шаг. Прохладный вечерний ветер принес аромат осени и меловой, пыльный запах заброшенного здания.
— Ну-ка, посмотрите кто здесь. — Джек появился из маленькой двери с левой стороны здания. Его волосы были короткими. Он вытащил свою серьгу и надел костюм. Костюм? Он подошел ко мне, источая высокомерие и ненависть. Мое сердце забилось сильнее.
— Где Миа? — заикаюсь я. Во рту так сухо, что я с трудом произношу слова.
— Не правильно, сука, — насмехается Джек, останавливаясь передо мной. Я фактически ощущаю его презрение. — Деньги?
Элизабет проверяла сумки в багажнике.
— Тут чертовски много денег, — говорит она с долей страха, открывая и заглядывая в каждый мешок.
— А ее мобильный?
— В мусорке.
— Хорошо, — издал рык Джек и вдруг резко кинулся ко мне, со всей силы ударяя по лицу. Свирепый, не спровоцированный удар сбивает меня с ног, и моя голова с с отвратительным тихим стуком ударяется о бетон. Боль взрывается в голове, в глазах все начинает расплываться из-за слез, от шока и пульсирующей агонии в моем черепе.
