Глава 60.2
И мы попробовали. Хотя я и жутко стеснялась непонятно чего на первых порах. Но все же прошла в пропаренное жаркое помещение вслед за парнем и разместилась на деревянной полке, блаженно вытягивая ноги и укладывая голову на колени к Демиду. И как же тут было хорошо! Пахло красным апельсином и немного эвкалиптом. И руки парня без конца скользили по моему телу, то и дело задевая краешек купальника, а то и подныривая под него. И эти ласки распаляли меня похлеще жаркой русской бани. Вот так он действовал на меня. Но за черту не заходил, только накручивал меня до невозможности и целовал, прижимая к себе все сильнее и сильнее.
А потом он вел меня передохнуть после горячего пара в зону отдыха, где мы смотрели урывками «Ивана Васильевича» и почти синхронно повторяли за героями фильма, ставшие крылатыми, фразы.
- Лепота!
А дальше пришла пора веников. М-м-м, вот тут-то Громов меня и отходил как следует! От души, знаете ли, да так, что на него у меня сил уже не хватило, хотя и очень хотелось. Да-да, с полки он меня форменно отлепил, осторожно промыл голову, ополоснул с лейки, замотал в простыню, вывел в зону отдыха, а там усадил в кресло, вручив пузатый бокал с клюквенным морсом.
Черт! Это лучшее тридцать первое декабря в моей жизни. А потом я перевела глаза на часы и форменно ужаснулась.
- Дёма! – встрепенулась я.
- Что такое? – испуганно оглянулся он.
- Так уже одиннадцать! Новый год скоро!
- Потерпи немного, я сейчас, - улыбнулся мне тепло и скрылся за дверью парной.
Когда же мы вернулись в дом, то я спешно кинулась сушить волосы и приводить себя в божеский вид. Дрожащими руками достала черный ажурный комплект нижнего белья и натянула его на себя, немного смущаясь его бесстыдной красоты и, пока не передумала, быстро надела платье, что захватила с собой специально для этого случая. Вот так, теперь я готова. Вернулась в комнату, прихватила из чемодана заготовленную и упакованную коробочку и без четверти двенадцать спустилась вниз, где меня, у накрытого стола с горящими свечами, ждал Демид.
И, как и всегда, когда я смотрела на него, горячая лава прокатилась по всему моему существу. Я так любила его, так была пронизана этим чувством, что иногда было трудно дышать, а еще хотелось плакать от счастья и понимания того, что мои чувства взаимны.
- Вот и ты, Малинка, - хрипло прошептал мне парень и сделал шаг в мою сторону, а меня к нему потянуло словно магнитом.
- Вот и я, Дём, - и он тут же нежно и осторожно обнял меня.
Несколько секунд щемящей нежности в объятиях друг друга, а потом мы все же бредем к столу и садимся напротив друг друга, не в силах разорвать магию наших глаз.
- Я тебе подарок приготовила, - выдыхаю я и несмело протягиваю ему коробочку.
- Ты и есть мой подарок, Агата, - сознание коротит от этих его слов и неуместно вспоминается тот глупый и жестокий спор, но я тут же отгоняю эти мысли. Все, хватит, это все в прошлом! Навсегда!
А потом он открывает коробочку и достает широкий кожаный черный браслет с тремя бусинами, вплетенными между вязью.
- Я сама его сделала, - выдыхаю я, не в силах понять нравится ему или нет, - а бусины – это агат, - и последнее слово почти беззвучно срывается и тает между нами, потому что я так и не могу разобрать его реакции. Да, наверное, это глупый подарок. Смешно дарить подобное человеку, у которого все есть. Правда?
Но он сжимает мои ладони в своих горячих руках и прижимается к ним губами.
- Спасибо, Малинка! Поможешь надеть? – и я киваю, дрожащими руками затягивая петли замка на его широком запястье. Красиво и очень идет ему, как по мне.
Но все эти мысли тают в моей голове, после того как он протягивает уже мне длинную и плоскую бархатную коробочку.
- А это тебе.
И я несмело открываю презент, а потом восторженно охаю, смотря на длинную изящную золотую цепочку и кулон в виде сердца, сплошь усеянный сверкающими камнями.
- Боже! – выдыхаю я и поднимаю на него глаза, полные слез, - Дёма, спасибо! Это…
- Не благодари! Я просто люблю тебя, Агата! И все, что я делаю для тебя – это от чистого сердца и оно теперь принадлежит только тебе одной.
И после этих слов я не смогла сдержать всхлип, и одинокая слезинка скатилась по моей щеке, а затем и вторая.
- Не плачь, родная, - встает он со своего места и сгребает в свои объятия.
- Это от счастья, Дём! – и он тут же заходит мне за спину и надевает на меня свой подарок, а я стискиваю в ладошке сердечко и не понимаю, как смогу совладать с теми чувствами, что почти душат меня изнутри.
Замочек щелкнул и моего плеча коснулись его губы, прошлись вверх по шее и зубы прикусили мочку уха, призывая табун мурашек прокатиться вдоль моего позвоночника.
- Не надо плакать, Малинка, просто наслаждайся этим.
И он ладонью поворачивает к себе мое лицо и впивается в мой рот сразу глубоким страстным поцелуем. Я не могу сдержать стона, но отвечаю ему, чувствуя, как жаркие молнии разрывают все мое тело, что уже объято нетерпением. И вот она я, и вся в его власти, а руки так умело скользят по мне, мастерски растравливая такие понятные для него желания и такие опасные для меня.
