не раздумывая, согласился. С этой мастерской явно было что-то нечисто, откуда здесь возьмутся клиенты — непонятно, при этом садовод явно темнил в остальном, но Карлсон решил, что эту реальность не испортить. По утрам он по-прежнему звонил в службу безопасности, но беседы уже шли иначе — будто рекламные агенты ведут друг с другом бесконечный разговор, зная, что никто ничего не купит.
Одна буфетчица удивляла его своими многочисленными познаниями. Ради этого действительно стоило перебраться в её комнатку.
Жара стояла долго, кажется, уже девятый месяц, и тут он вспомнил о своих коптерах. Это было как раз после того, когда его подруга рассказывала, как она падает вверх и боится удариться о потолок в их особенные моменты.
Карлсон подумал, что заряда в коптерах осталось мало, его просто нет, — однако ж можно проверить. Он точно рассчитал время, когда все его здешние знакомые находились максимально далеко, и полез в фургон. Коптер, на удивление, замигал зелёным глазом, и Карлсон задумался, может, прошло совсем немного времени — скажем, дня три. Три дня, какую-то фразу о трёх днях он помнил, может, и правда, не больше трёх дней. Выгодный контракт.
Он вытащил оба коптера, но не стал разворачивать громоздкий терминал и систему управления, а уцепился за оба и просто врубил их на полную мощность рычажками на корпусе. Коптер в левой руке отчего-то тянул лучше, чем тот, за который он держался правой, но Карлсона это не пугало. Его проволокло по горячему асфальту, дёрнуло вверх, и картограф стал подниматься.
Его понесло в сторону забора, и, пролетев над ним, он успел увидеть, что у главного дома всего одна стена, да и та сделана из крашеного пластика. Но Карлсон уже поднялся так высоко, что всё это потеряло значение.
Председатель стоял у школы, задрав голову.
Рядом с ним остановился курьер.
— Это что? — спросил председатель. — Побег?
Курьер не ответил. Наступило молчание. Солнце поднялось выше, и наблюдатели приложили к глазам ладони. Карлсон уже скрылся в блеске солнца и яркой синеве.
— Вы видите что-нибудь? — ещё раз спросил председатель.
— Это природное, — заметила подошедшая к ним буфетчица. — Слепое пятно на сетчатке глаза.
— Ясно, — ответил председатель. — Я, кстати, читал про дополненную реальность, очень интересно.
— Почудилось от жары, — согласился курьер.
И они молча разошлись.
2022
Пацюк и Малыш
Малыш прослужил в полицейском управлении уже год, когда ему дали дело о сбежавшем крокодиле.
Другие копы ждали этого момента, и он со злостью смотрел на их лица, расплывшиеся в улыбках, когда лейтенант Карлсон на утреннем совещании сделал паузу.
— А делом о крокодиле займётся наш храбрый Малыш.
Он терпеть не мог, когда его звали «Малыш», и был раздражителен, как все люди небольшого роста.
А теперь ещё дело о крокодиле. Он уже знал, что «Дело о крокодиле» — вечное проклятие полицейского участка. Его почему-то нельзя было никуда сплавить, ФБР сумело откреститься от него так, что даже лейтенант не шутил по этому поводу, а закрыть «Дело о крокодиле» тем более было невозможно. Всякий новичок проходил через него, как через обряд посвящения, и, кажется, только поэтому нужно было спуститься в канализацию. Полицейские возвращались оттуда и потом стирали свою одежду три дня, — запах был такой, что двух дней оказывалось недостаточно.
Тем дело и заканчивалось. После инициации новичок писал отчёты, более или менее красочные, и всё останавливалось в ожидании новенького.
Теперь настала его очередь. Малыш получил дело на ознакомление (напарник гордо отказался от чтения). Первый лист в папке был датирован ещё 1935 годом. Пять размытых снимков и два чётких: на чётких были фотографии исчезнувших. Затем пятидесятые, снова снимки, на которых что-то белое в тоннеле, похожем на ветку метро. Потом настала пора первых цветных фотографий (вполне отвратительных, со всеми оттенками фиолетового и розового). Счёт исчезнувших перевалил за полсотни. Всё это было сродни поиску летающей тарелки в Неваде и возмущало Малыша своей глупостью.
Малыш и его напарник спустились под землю на углу Лексингтон и 48-й. Выглядело это прозаически — они показали значки охраннику в магазине бытовой техники, и он провёл их в подвал. Там им открыли железную дверь, и полицейские спустились по лестнице. Где-то рядом шумело метро, потрескивала, искрясь, проводка под потолком. Напарник, наконец, открыл какой-то люк, после чего они оказались в тоннеле, где сверху по-настоящему капало, и уже действительно пахло дурно. Это не была канализация, это был просто забытый тоннель метро, оказавшийся никому не нужным много лет назад. Рельсы, впрочем, остались. Малыш ожидал увидеть крыс, но крыс не было. «Они умные, — сообразил он, — зачем им туда, где нет еды». Напарник стал тянуть его за рукав, намекая, что дело сделано, но Малыш желал испить эту чашу до дна. Он прошёл ещё квартал в неверном свете фонарика и услышал торопливые шаги напарника. Он обернулся: нет, не напарник нагонял его, а человек в рекламном костюме гигантской черепашки. Малыш не успел ничего сделать, как черепах саданул его палкой по голове. Полицейский не потерял сознания, и они начали бороться. Значок не возымел на черепаха магического действия, и тогда Малыш решился на крайние меры. Глухо ухнул пистолет, и черепах завалился на бок. Теперь Малыш тщетно пытался снять маску с мертвеца, но оказалось, что перед ним лежит настоящая черепаха.
— Бедный Донателло, он никогда не понимал прелести огнестрельного оружия, — сказали у него за спиной. Эй, мистер, пожалуйста, бросьте ствол. Нет, пихать ногой не надо, если что — вы всё равно ничего не успеете, у меня ведь дробовик.
Малыш медленно повернулся и увидел, что его держит на прицеле вторая черепаха.
— Пойдёмте, мистер.
Они шагнули вбок и двинулись по тёмному параллельному тоннелю, пока Малыша не втолкнули в странную комнату, похожую на мастерскую часовщика.
— Где этот чёрт? — тихо сказал Малыш.
— Тому не нужно далеко ходить, у кого чёрт за плечами, — равнодушно произнес голос сзади. Там Малыш обнаружил гигантскую крысу в шёлковом халате со странным узором.
— Я — полицейский, — сурово сказал Малыш.
— Это хорошо, — согласилась крыса.
— Я вас арестую, — продолжил Малыш.
— Ну подумай, кого ты арестуешь и как? Просто вообрази себе, как ты приходишь к своему лейтенанту, и говоришь: «Я арестовал одну крысу, но она со мной не пошла». Это смешно, сынок. Ты здесь по делу о крокодиле?
— Да, — признался Малыш.
— Я мог догадаться, но вы перепутали направление — вам нужно было следовать по тоннелю на запад, а вы двинулись
