Читаем без скачивания Антихрист - Александр Кашанский

«Пора кончать со всем этим: с Зильбертом, Сатаной, Аллейном и Риикроем, с пророками и воинами — со всем, что не моя жизнь, — подумал Иван. — Если программа отработает, а в этом нет сомнения, все эти горние силы, обеспечивающие ее связь с материей, будут здесь, в этой комнате. Они просто обязаны здесь быть».

Иван быстро набрал на дисплее команду, запускающую программу, и хотел было нажать на ввод, но в последний момент отдернул руку. Это движение было совершенно бессознательным, как будто из клавиши выскочило змеиное жало и испугало его. Самые верные движения и слова человека управляются не сознанием. Иван, конечно, не думал об этом, но уже в этот момент он почувствовал, что он никогда не нажмет роковую клавишу. Он почувствовал это и испугался — опять же бессознательно. «Что-то случилось со мной во сне, этот бесконечный полет над океаном вечности, что это было? Что-то страшно мне… — Иван посмотрел по сторонам, впервые за все время осознанно оценив комнату, в которой жил эти годы. Она вдруг навалилась на него холодной тяжестью многометрового слоя бетона и безжизненного света. — Могила… Лучше плюхнуться в океан вечности и утонуть в его бездне — страшно?..»

— Лийил, кто-нибудь когда-нибудь находился в такой ситуации, как я сейчас, Лийил?

— Нет, — ответил Лийил.

— Никто никогда не создавал такую модель мира, кроме Бога, конечно?

— Нет, никто. Но был человек, который по воле Бога читал Книгу и обладал знанием, достаточным, чтобы узнать, когда наступит Конец мира.

— Откуда я знаю, что ты сейчас говоришь правду? — спросил Иван, хотя для него это сейчас не имело значения. Иван положил палец на клавишу ввода. — И кто же этот человек?

— Я могу тебя с ним познакомить.

— Нет, не надо, — решительно и быстро ответил Иван. — Теперь уже все, поздно. Этого мне не надо. Это твоя очередная провокация — я знаю. Я уже ничего не жду и ничего не хочу, кроме как закончить дело своей жизни. — Но, подумав немного, он добавил. — Ладно, покажи мне его. Это, пожалуй, последнее, что мне интересно еще узнать.

Иван почувствовал знакомое кружение, но в последний момент перед исчезновением закричал:

— Стоп!! Нет, не надо. Ничего не хочу больше видеть! Только скажи мне его имя, и все.

— Мухаммед, — сказал Лийил.

— Пророк Мухаммед?! — воскликнул Иван. — Этот неграмотный сын бедуина?! — Иван был сильно удивлен. — Хотя об этом было нетрудно догадаться. Ему ведь действительно читали Книгу. Видимо, это была последняя попытка Бога установить контроль над уходящим из-под Его власти человечеством. Недаром Он сказал пророку столько значимых мыслей о своем всемогуществе. И все же и это теперь уже ничего не меняет… Хотя… Послушай-ка, перенеси меня к нему. Да, да, я понимаю, что все это будет яркой мистификацией, и все же напоследок я хотел бы задать пророку вопрос. Только один вопрос.

Лийил вспыхнул, и Иван погрузился в знакомое состояние, предшествующее перенесению в другое время и место.

Иван обнаружил себя в какой-то пустынной холмистой местности. Солнце, необыкновенно большое, багрово-красное, висело над вершиной холма, касаясь его своим краем. «Где это я? Какой закат. Наверное, такой закат должен быть на Земле до сотворения человека или после его исчезновения. Потому что такое мрачное великолепие не создано для живого мира. Где же Мухаммед?» Иван оглянулся, но не увидел вокруг никого. Он медленно пошел к вершине холма. По мере того, как он поднимался, солнце так же медленно погружалось в желто-красную пустыню, именно погружалось отвесно, а не закатывалось. «Где же пророк? К чему эти фокусы? — удивился Иван. — Чего это Лийил мудрит?» Иван продолжал идти вверх по склону холма, потому что ему казалось, что пророк, если он где-то есть, должен находиться именно там. «Удивительное место, — думал Иван, — кажется, что здесь я не принадлежу себе, я только посредник между какой-то высокой и всеобъемлющей силой, имя которой мне неизвестно, и этим миром, и должно случиться чудо». И тут Иван увидел в десяти шагах перед собой стоящего ангела; только что его здесь не было, он появился из пустоты быстрее, чем взмах Ивановых ресниц.

— Здравствуй, ангел, — сказал Иван. — Где пророк Мухаммед? Он должен быть где-то здесь, поблизости.

— Зачем он тебе, путник?

— Я не путник, я Иван Свиридов, заброшенный сюда Лийилом из другого времени и места, чтобы задать пророку один вопрос.

— Я не знаю тебя, человек. Почему я должен допустить тебя к пророку?

— Ты не знаешь меня? Странно. Может быть, ты не знаешь и ангела Аллеина? Хотя, может быть, он среди вас, ангелов, зовется другим именем? Хорошо, ты не знаешь меня и не веришь, что я человек из другого времени, заброшенный сюда Лийилом, но почему ты не хочешь провести меня к пророку?

— Пророк молится Богу. Его сейчас нельзя беспокоить.

— Хорошо, я подожду, когда он закончит молитву.

— Тогда тебе придется ждать долго, путник. Тебе не следует этого делать.

— Но почему?

— Ты исполнен праздного любопытства, и сердце твое закрыто для истины, которую вещает пророк.

— Мне нужно задать ему только один вопрос. Только один… И я исчезну из этого мира навсегда. Я ведь знаю все, что будет дальше и с пророком, и с его учением. Я только хочу знать, почему он не сказал, — Иван запнулся, — почему он не сказал никому день и час Конца света?

Ангел смотрел на Ивана своими большими, отражающими красное закатное небо глазами.

— Так вот ты кто… Так, значит, ты все же появился, создатель ада.

— Я не создатель ада. Я не Сатана, я человек.

— Сатана — тварь, созданная Богом, он ничтожество по сравнению с тобой. Он не способен создать даже песчинку. Ты — его настоящий господин.

— У всех нас один господин — Бог! — воскликнул Иван.

— Ты — тот, о котором молчали все пророки, о котором не должны знать люди. Тот, которого не должно быть, потому что само твое существование есть вызов Богу.

— Да, наверное, ты прав. Но я — есть, и поэтому веди меня к пророку. Если ты воспрепятствуешь мне, я сделаю то, чего вы все так боитесь, клянусь.

Ангел склонил голову, потом как бы нехотя повернулся и пошел вверх по склону. Поднявшись на вершину холма, он простер руки к небу и что-то сказал, потом взмахнул руками и исчез. Тут Иван увидел на вершине человека, распростертого ниц в молитве.

Иван шел, не сводя взгляда с пророка, стараясь не пропустить момента, когда тот заметит его, чтобы дать знак, что он идет с добрыми намерениями. Иван умышленно старался производить побольше шума при ходьбе, чтобы пророк поскорее обратил на него внимание, но тот продолжал молиться. «Он так увлечен молитвой, что ничего не слышит», — подумал Иван. И едва эта мысль мелькнула в его голове, пророк, сделав последний поклон, обернулся к Ивану. Иван остановился, ожидая вопроса. Но вопроса не последовало. Пророк сказал:

— Джабраил предупредил меня о твоем приходе, незнакомец, и я согласился встретиться с тобой. Кто ты и зачем прервал мою молитву?

— Джабраил, этот ангел, сказал тебе обо мне?

— Он по воле Аллаха передает мне предвечный Коран. Веришь ли ты в единого Бога?

— Да, верю.

— Веришь ли ты, что я, Мухаммед, — его пророк?

— Да, верю.

Пророк встал и, подняв руки к небу, на котором уже загорались яркие звезды, сказал:

— Хвала Аллаху, великому, мудрому, еще один человек встал на путь истины. Я слушаю тебя, путник. Может быть, ты голоден? Тогда я готов разделить с тобой свой ужин.

— Нет, благодарю тебя. У меня, к сожалению, очень мало времени. Я пришел из далекого будущего и вскоре должен удалиться туда. Волею Аллаха я был перенесен на вершину этого холма, чтобы встретиться с тобою, пророк.

— Велик, Аллах, — сказал Мухаммед. — Что ж, я слушаю тебя. Ты не похож ни на араба, ни на грека, ни на перса. Кто ты, откуда родом?

— Я русский. Ты вряд ли слышал о таком народе. В твое время о нас ничего не знает еще ни одна из цивилизаций, имеющих письменную историю. Мой народ выйдет из предыстории лет через двести, чтобы в итоге принести в мир коммунизм.

«Вот те раз! Зачем я все это говорю? — спросил у себя Иван. — Причем здесь коммунизм?»

— Что такое коммунизм, юноша? — спросил пророк.

— Коммунизм — это общество равных. Общество, где имущество принадлежит всем.

— Равных перед Аллахом?

— Нет. Коммунизм не признает Бога. Это общество, которое поставило перед собой задачу, отрицая Бога, добиться счастья для всех на земле. Я, право, не знаю, стоит ли мне об этом говорить?

— Это интересно. Я никогда не слышал о таком. Есть заблуждающиеся, которые отрицают единого владыку сущего — Аллаха, впадая в мерзость многобожия, но о таких, которые бы отрицали существование и своих богов, — не слышал.

— Мы сотворили своих богов сами… — Иван поперхнулся и поморщился. — Взбунтовавшихся от голода людей, в общем-то, можно понять.