— Здесь и сейчас клянусь не лгать, не предавать, не лицемерить, ибо пред ликом Матери нахожусь! И да будет милостива ко мне Мать, прощая грехи вольные или невольные…
«Ибо если солгать во имя правды, то ложь становится правдой».
— Хорошо, — дознаватель потер руки. — Здесь и сейчас проводится последнее дознание, после которого можно выносить вердикт и передавать материалы суду. Я опросил всех свидетелей, дважды разговаривал с обвиняемым. Вы признаете себя виновным?
— Зачем повторять в третий раз, — вздохнул Витолд. — Я уже все сказал…
— То есть вы признаете, что вы — оборотень по крови своей и готовы поклясться в этом?
— Готов, — кивнул князь.
— Он признался, — так и подскочил брат Домагощ, обращаясь к своим коллегам.
Княжна Ярослава побледнела, схватилась за грудь. И пан Матиуш тут же сжал другую ее руку, зашептал что-то утешительное и ласковое на ушко.
— Но, ваша честь, — я вскинула руку, — несколько дней назад я клялась на своем мече рыцарской честью, что добуду доказательства того, что обвиняемый князь Витолд Пустополь не виновен в предъявленных ему обвинениях!
— Он признался…
— Он просто согласился. Это не одно и то же!
— Самооговор?
— Да.
— И у вас есть доказательства? — живо заинтересовался пан Вышонец.
«Орлы» подались вперед, взирая на меня со смешанным чувством интереса и опаски. Ну еще бы! Такой ценный «самец-производитель» для их лабораторий пропадает! Интересно, кто-нибудь задавался вопросом, зачем им столько оборотней? Для исследований? Или для разведения в личных целях?
— Есть.
— Это меняет дело.
Волкопес, на которого временно перестали обращать внимание, тем временем подошел и спокойно улегся рядом с Витолдом, предварительно внимательно обнюхав его ноги. Но князь даже не посмотрел на жуткого зверя, один вид которого заставил его охрану отступить на пару шагов. Он смотрел на меня. Я чувствовала его взгляд и держалась изо всех сил, чтобы не обернуться. Не сейчас. Погоди! Дай вытащить тебя отсюда.
— Если помните, ваша честь, — заговорила, чувствуя на себе внимательные взгляды, полные удивления, тревоги, страха, надежды, — я уже рассказывала вам, что много лет назад был создан некий артефакт, защищающий от оборотней. Много лет он хранился в роду князей Пустопольских, передаваясь из поколения в поколение. Недавно его украли, явно с целью подставить князя Витолда Пустополя, лишить его защиты перед враждебными чарами…
— Какие чары? — не выдержал Тодор. — Что ты несешь? Ваша честь, пан дознаватель, эта женщина не в своем уме. Я понимаю твои чувства, — добавил рыцарь, — и сам в ужасе от происходящего, но предпочитаю с честью выдержать это испытание и скорее смирюсь с жестокой судьбой, которая отняла у меня друга, чем буду пытаться…
— Пан дознаватель, — перебила Тодора твердо и спокойно, — я еще не договорила. Я обещала, что отыщу древний артефакт, где бы он ни находился, и предоставлю его вам!
— Вы его нашли? — тот склонил голову набок.
— Да.
Шагнув вперед, я положила на стол подаренный Коршуном оберег, защищающий от истинных оборотней.
— Но это не он! — вскрикнул Тодор Хаш. — Ваша честь, она вас обманывает — это не тот артефакт!
— Откуда вы знаете? Вы видели настоящий, раз смеете так утверждать?
— Да, — запальчиво воскликнул рыцарь.
— Это ложь, — словно мячик, подпрыгнула на месте мать Любана. — Я никому его не показывала! Тем более никому из тех, кто не принадлежит к нашему роду. Лишь двое знали, где он находится, — мой покойный брат, князь Доброуш Пустополь, и я! И готова поклясться именем Богини-Матери, что никому не позволила увидеть его. Даже родному брату!
— Но за несколько дней до полнолуния артефакт был похищен из тайника, — продолжила я. — Похищен тем, кто наверняка знал, что это за вещь и какой силой она обладает. Похищен тем, кто знал, как артефакт выглядел, дабы ничего не перепутать.
— Вы хотите сказать, что это я украл его? — попятился Тодор. — Но зачем?
— Чтобы уничтожить князя Витолда.
Хаш, онемев от изумления, вскинул голову.
— Почему? — это спросил пан Вышконец.
— Это же очень просто. Чтобы занять его место!
— Тодор? — ахнул Витолд. — Это правда?
— Это правда? — эхом повторил дознаватель.
— Ваша честь, — заговорила я. — Господа. Легенде о том, что род князей Пустопольских преследуют оборотни, больше трех столетий. Это правда, что оборотни время от времени появляются в пределах княжества. Это правда, что время от времени кто-то становится их жертвой. Князья Пустопольские не могли не знать, что время от времени оборотень рождается именно в их семье. Артефакт был создан именно для того, чтобы ослабить силу оборотня, защитить от него окружающих. Без него оборотень мог вырваться на свободу. Тот, кто украл оберегающий артефакт, прекрасно отдавал себе отчет в том, насколько опасен зверь. Но сам Витолд Пустополь не таков, как может показаться. Он, — я не выдержала и бросила короткий взгляд на князя, не сводившего с меня зачарованных глаз, — он обычный человек, которого присутствующий здесь Тодор Хаш намеренно хотел выставить жестоким зверем, чтобы было легче убрать его и занять место князя. Без магической защиты сделать это легче легкого.
— Что с этой штукой, что без нее, — парировал рыцарь. — Это ничего не значит! Как мы только что слышали, артефакт хранился в соборе при монастыре Богини-Матери. Получается, что он продолжал воздействовать даже на таком расстоянии. Не кажется ли вам, ваша честь, — он обернулся к дознавателю, — что это лучшее доказательство моей невиновности. Зачем мне было красть и прятать артефакт, если он все равно действует? Нет, я тут ни при чем! Зверь сам по себе вырвался на свободу, несмотря на сдерживающую силу магии!
— Естественно, что это произошло. Вы ведь уничтожили артефакт, не так ли? Уничтожили потому, что знали о том, что и на расстоянии он сохраняет свою силу.
— Это неправда!
— Вы лжец и подлец, милостивый государь.
— Ты обвиняешь меня в том, что я… — завелся Тодор.
— В том, что вы предали своего князя.
— Он чудовище! — взвизгнул рыцарь.
— Он — ваш друг.
— Он оборотень!
— Человек.
— Это еще надо доказать!
— И я докажу. Я бросаю вызов!
Зрители и слушатели охнули хором как один человек. Но перчатка — простая, кожаная, а не латная, боевая — уже упала на пол к ногам Тодора Хаша.
— Сейчас или в любое удобное время, — слова вылетали, обгоняя друг друга, — на утоптанной земле или здесь, не сходя с места, до смерти или пощады. Я готова драться с вами! И с любым, кто скажет, что я лгу и князь Витолд виновен в совершённых преступлениях!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
