— я дорожу своей головой и клубом тоже. А приехал к вам потому, что мне эта девушка нравилась.
Террелл, не перебивая, молча сосал нераскуренную сигару.
— За сутки до ее смерти в клубе появился парень, — продолжал О'Брайен, — сказал, что хочет переговорить с Дреной. Я его знаю — бандит каких поискать. Я предупредил Дрену, но она не послушалась, поговорила с ним и попросилась уйти пораньше. Парень вроде сделал ей какое-то предложение, даже сунул три сотенных, чтобы завлечь. Я посоветовал ей быть начеку. Они ушли вместе. На следующий вечер она сказала Тин-Тину, что собирается купить «Чайку» — есть такой ресторан. Парень, должно быть, наобещал ей кучу денег, а потом надул. Он, я думаю, и прикончил ее.
Желание спать у Террелла сразу пропало. Он выпрямился.
— Расскажите мне про этого парня.
— Его зовут Чет Киган. Работает на пару с Лю Силком — тоже подонок еще тот. А больше ничего я не знаю. Денег у них куры не клюют, одеты всегда с иголочки. С местными бандитами не якшаются, орудуют самостоятельно, но в своем деле, говорят, любому сто очков вперед дадут. — Он посмотрел Терреллу прямо в глаза: — Капитан, я решился приехать потому, что любил девушку. Смотрите не выдавайте меня.
Террелл вздохнул:
— Ладно, О'Брайен. Что еще?
— Ничего. Я довезу вас до дому.
Дорогой оба молчали. У ворот О'Брайен сказал:
— Надеюсь, вы схватите этих подонков.
Террелл вылез из машины.
— И я надеюсь. До свидания.
О'Брайен быстро уехал. Террелл колебался: отчаянно хотелось спать, но долг есть долг. Из своей машины он набрал номер полицейского управления.
— Полиция. У телефона сержант Беглер.
— Джо, мне нужно все, что у нас есть на Чета Кигана и Лю Силка. Брось все и займись ими. Сейчас я пойду спать, но к восьми приеду и чтобы данные лежали у меня на столе.
— Вы о них что-нибудь знаете, кроме имен? — спросил Беглер.
— Ничего.
Капитан, засыпая на ходу, вышел из машины и побрел через сад к дому. Он обрадовался, увидев в гостиной свет. Значит, Кэрри ждет его.
Беглер, глотнув кофе, закурил. Мозг его напряженно работал. Только один человек наверняка сможет выдать нужную шефу информацию — его личный осведомитель Карл Хеггер. Он был в курсе всего, что творится в преступном мире.
Беглер взглянул на Лепски. Тот изучал комиксы, зевая, ерошил волосы и поглядывал на часы. Через десять минут кончается его дежурство, и он поспешит к жене. Они с Кэрол были женаты всего два месяца, и Лепски с наслаждением думал о предстоящих супружеских ласках.
— Том, — обратился Беглер к Лепски, — я решил тебя повысить. Садись за мой стол, а у меня дела в городе.
Лепски и рта раскрыть не успел, как Беглер убежал.
Сержант быстро примчался к дому Хеггера. В двадцать пять минут первого он уже звонил в квартиру осведомителя.
Дверь распахнулась. На пороге стоял невысокий, коренастый мужчина с круглым мясистым лицом и глубоко сидящими черными глазами. Волосы были взлохмачены. Одет он был в пижаму бутылочного цвета. Судя по всему, Беглер вытащил его из постели.
— Ты один? — спросил Беглер, проходя в небольшую аккуратную гостиную.
— Кроме меня да кошки — никого. Ну и времечко ты выбрал для визита! Пожар у вас, что ли?
— Кошка-то небось двуногая? — Беглер знал, что Хеггер особенно неравнодушен к блондинкам.
Хеггер пожал плечами:
— Ладно. Если дело срочное, пошли пройдемся. — Он с сожалением покосился на дверь спальни. — А я-то эту киску только-только раскочегарил… неделями как ледышка была. Давай побыстрее, а то она опять заморозится.
— Я подожду на улице.
Через десять минут они уже разговаривали в машине. Услышав имена, Хеггер сказал:
— Гадюки. Зазеваешься — тяпнут так, что сразу в гроб. И кто-то их здорово прикрывает. Я тебе все расскажу, что знаю. Сколько дашь?
— Двадцать зеленых.
Хеггер хихикнул:
— Высади меня. Прогуляюсь домой пешком, это, говорят, полезно.
Беглер остановил машину и похлопал Хеггера по плотной груди.
— Двадцать долларов, я сказал. А вздумаешь финтить — поедем в управление. Я не шучу — дело слишком серьезное. В управлении отдам тебя Ольсену. Забыл, как переспал с его дочкой пару месяцев назад? Он пока не в курсе, но я все ему распишу.
Хеггер сразу сник.
— Я тут ни при чем, — забормотал он. — Она сама лезла… прямо изнасиловала меня.
— Вот и объяснишь все Ольсену, прямо этими же словами. — Беглер вытащил из бумажника два банкнота по десять долларов. — Говори.
— Оба — профессиональные убийцы. Киган раньше был сутенером, а Силк чуть не с детства этим промышляет. У них квартира на Бельвью-авеню, последний этаж в доме 196. Сейчас они работают на кого-то с бешеными деньгами. Я слыхал, что этого парня зовут Джонатан Линдсей. Присягнуть не возьмусь, но источник верный.
— Знаешь что-нибудь про этого Линдсея?
— Ничего. — Хеггер потряс головой. — Просто имя слышал.
— Что еще знаешь?
— Все уже рассказал. С такими мерзавцами связываться — себе дороже. Не ровён час, сожрут, а я хочу жить долго. Так что больше мне сказать нечего, сержант.
Беглер достаточно давно знал Хеггера и понял, что из него больше ничего не выжмешь. По крайней мере, он выудил новое имя — значит, можно копать дальше.
— Не много выложил за мои денежки, — упрекнул он Хеггера, подвозя его к дому.
— Выйдешь на этого парня — еще благодарить меня будешь, — отозвался тот, — я тебя никогда не подводил.
— Смотри, как бы твоя кошка тебя не поцарапала.
— Ладно, переживу. — Хеггер резво побежал к дому, проворно семеня короткими ножками.
Нона Джейси, Кунц и Линдсей стояли у входа в пещеру, изогнутую под прямым углом. Под потолком горели четыре мощные электрические лампы.
— Вперед, мисс Джейси, — напутствовал ее Линдсей, — не волнуйтесь. Мы будем близко. Действуйте как договорились. Помните, мы слушаем каждое ваше слово.
Нона взяла себя в руки. Горячей, потной ладонью Кунц коснулся ее плеча:
— Пора.
Огромные размеры пещеры удивили девушку. В дальнем углу Нона увидела кровать, стол, четыре стула и шезлонг. Девушка шла медленно, как бы с опаской. Ее фигура отбрасывала длинную тонкую тень.
Хотя Пол Форрестер сидел в шезлонге совершенно неподвижно, Нону охватил страх. Нона не раз слышала про ученого самые жуткие вещи. По слухам, доктор застал своего ведущего ассистента Джека Лидбитера в постели с собственной женой и зверски зарезал его. Чтобы связать Форрестера, как поговаривали, потребовалось пять человек. Они схватили его, когда он рвался в ванную, где закрылась его жена, сорвавшая голос от крика. Впрочем, ей мало кто сочувствовал.
Доктор Кунц подробно поведал
