- Прежде чем спорить со мной, вспомни кто ты есть, вспомни из чего был построен Белостенный и куда уходит большая часть налогов Семи Королевств.
«Старший сын и наследник, мрамор и чардрева, бухло и шлюхи» – Мгновенно подумал я, поняв посыл – “ты мой приемник и деньги я потратил на твою безопасность, а не красивые залы и бесконечные пьянки”.
После этого мы молча, в компании гвардейцев, дошли до самого замка и поднялись на самую высокую башню, где проходило собрание – сбор всех членов семьи и важнейших вассалов рода, проводившееся очень редко, из-за постоянного отсутствия либо отца, либо меня, либо Элейны в нашем домене. Эта традиция появилась совсем недавно и целей у нее было несколько – собрать самых важных людей нашего рода, дать им знать о деятельности друг друга и раздать важные указания. А заодно отец таким образом постепенно вводил меня в дела рода, и привязывал младшеньких к их уже назначенным им ролям. Чтобы в будущем, когда он отойдет от дел, не было привычной в остальных домах подколодной резни и интриг между братьями и сестрами.
В зале, располагавшимся под отцовским солярием, стоял лишь большой прямоугольный стол, с нарисованной детальной картой Вестероса и Восточного Эссоса, с каменными фигурками замков, городов, переправ и древних руин. Во главе стола находилось тяжелое дубовое кресло, с мягкой пурпурной обивкой и лакированными подлокотниками. Это было место главы рода. Место моего отца.
Рядом с ним, по правую руку, сидела, одетая в легкое облегающее платье, хозяйка и управляющая этого замка – Эйлис Темпер, моя мать. Хоть недавно ей и пошла вторая половина четвертого десятка, она все еще оставалась одной из самых красивых женщин Вестероса, очаровывающая одним взглядом своих фиалковых глаз.
Кроме отца и матери за столом были места еще для восьми человек. И если слева сидели “простые” вассалы, такие как закованный в доспехи Донтос Холлард, глава нашей гвардии и единственный благородный переживший Восстание Сумеречного Дола, красноволосый и улыбающийся Волкан Рэд, главный над всеми нашими оборотнями и мастер над оружием, дядя Жоен, старый друг отца, управляющий Осгилиатом и всем чиновничьим аппаратом, и Амира Сэнд, дорнийка средних лет, за чьей хищной красотой скрывалась опытная убийца и глава нашей сети шпионов, горлохватов и осведомителей.
Справа же сидели мы, четверо наследников нашего отца, играющие не меньшую роль в роде Темпер.
Ближе всех к отцу сидел именно я – официальный наследник, глава самого большого торгового каравана и отвечающий за составление маршрутов и планов продаж для остальных одиннадцати. Лайон Темпер.
Рядом со мной сидела моя вечная маленькая егоза, любящая помахать мечом.
«Хотя в последние два года она расцвела. Не удивлён что за ней очередь из женихов по всему Дорну выстраиваются» – Подумал я, с нескрываемой улыбкой на лице посмотрев на эту пятнадцатилетнюю пигалицу, красотой пошедшую в мать и скрывающую свою фигуру за плотным стальным нагрудником. Элейна в нашей семье отвечала за наемный отряд, носящий название Железностопы, сформированный несколько лет назад для набора нашими воинами боевого опыта и получения хоть какой-то прибыли от их содержания, служа в нем замом капитана. Сам капитан, дядя Робин, сейчас квартировал отряд в три тысячи ртов недалеко от Квохора – вскоре там должна была пройти большая орда дотракийцев и один из Вольных городов щедро платил за свою защиту.
Рядом с драчуньей, даже на семейном собрании полировавшей свой клинок, сидела моя вторая сестра, по словам отца младше старшей лишь на пару месяцев. Фиора, хоть и была узаконенным бастардом, ценилась всеми как полноценный член семьи и старалась доказать свою полезность, выполняя часть работы отца и больше походя на настоящего лорда чем я и Элейна вместе взятые. Даже сейчас эта желтоглазая ящерка, своими ониксовыми волосами и хорошо развитой фигурой, вызывающей у мужчин приступы косоглазия не хуже чем старшая сестра, уткнулась аккуратным носиком в бумаги, постоянно что-то черкая пером.
Последним за столом сидел мой любимый младшенький брат, в семье называемый не иначе как “Ходячая справедливость”. Аларик Темпер в свои четырнадцать уже выделялся своей силой, навыками, умом и внешностью, из-за которой над отцом постоянно шутили на счет измены жены Ланнистеру. Обычно такие шутки заканчивались проломленным на дуэли черепом, либо со стороны отца, либо со стороны брата. Блондинистые волосы и зеленые глаза, которые он унаследовал от нашей любимой бабушки, в детстве часто приезжающей с Запада увидеться и поиграть с нами и уже два года как почившей из-за морозной лихорадки, всегда были его гордостью, а постоянная защита чести нашего дома создали из брата настоящего рыцаря, по настоящему чтущего клятвы и справедливость. Уже сейчас он был полноценным рыцарем, изваляв на ристалище множество противников по всему королевству, и главой Стражей Цитадели – войск в три тысячи человек, хранящих покой в наших землях. Хотя стоит признать, что посвятили его недавно, и большую часть работы за него выполняют опытные заместители, пока только вводя его в курс дела.
«Наверно никто в скором времени так не возненавидит брата, с его чувством справедливости, как разная шваль и теневые гильдии» – Подумал я, садясь за стол и силясь вспомнить, сколько каторжников уже трудятся в глубинах наших шахт и прибрежных каменоломен, добывая ценную руду и морскую соль.
Тем временем собрание началось.
- Не будем надолго растягивать собрание. – Начал отец, сложив руки в замок. – Самому хочется побыстрее обнять и надрать уши одному светловолосому сопляку… – Выразительно посмотрел он на меня. – … а времени у нас мало. Амира, какие новости нам всем следует знать?
Встав и поправив выбившуюся из-за уха прядь и плавно качнув плечиком (привычка со старой работы, о которой нынешней главе теневой гильдии лучше не напоминать), наш родовой мастер над шептунами начала свой рассказ:
- Если говорить коротко, то ваши прогнозы сбываются, милорд. – Легкий поклон в сторону отца. – Морской Владыка Браавоса Феррего Антарион заразился Кровавой сыпучкой и почти не выходит из своего поместья. Из-за этого в городе началась борьба между главными семьями Хранителей Ключей, за место будущего Морского Владыки.
- Это плохо. – Нахмурился отец, сделав несколько заметок в небольшом свитке. – Железный банк может опять повысить пошлины и вернуть свою старую политику.
«Верно…» – Подумал я, вспомнив что лишь при восшествии на престол Антариона Браавос перестал вести свою политику “бей всех и без разбора”, подавляя всех торговцев из других городов. Именно в этот период был разбит и покорен Пентос, потерявший после навязанных контрибуций и запретов большую часть своего прошлого величия. – «Хоть это нам и не особо сильно грозит»
Власть в Железном банке испокон веков распределялась по количеству денег вложенных в общую казну. И наша семья имела там немалый вклад. Достаточный чтобы в определённых пределах влиять на членов правления.
- Внутри Триархии опять накаляется противоречия. Все недовольны усилением Мира. Лис и Тирош уже ведут переговоры о союзе, а мирийцы уже заключили договор с Золотой Ротой. В Волантисе возросло напряжение между купцами и огнепоклонниками Р’Глора. До столкновения еще не дошло, с каждым днем все становится только хуже.
А вот об этом все присутствующие более-менее знали. Грызня между тремя дочерьми за плодородные Спорные земли и Ступени длилась уже четыреста лет, то затихая, то обостряясь.
Почти двести лет назад, в 96 году от создания Семи Королевств, три вольных города объединились для войны с Волантисом, тогда пытавшимся воссоздать Валирию. После победы они заключили «вечный союз» и сформировали Триархию. Следующими действиями новосозданного государства стало объявление об очищении Ступеней от пиратов. Соседи Триархии, в том числе правившие тогда Таргариены, приветствовали это решение, но торговцы это торговцы – везде извлекут свою выгоду. Взяв под контроль острова и проливы между ними, три вольных города начала взимать непомерные пошлины с проходящих через них кораблей.
