Внук Атауальпы был первым королевским отпрыском, который попытался улучшить свое финансовое положение, отправившись в Испанию. Алонсо Атауальпа, сын Ауки Франсиско Тупак-Атаучи, решил, что можно извлечь пользу, воззвав к щедрости короля Филиппа, такого же монарха, каким был и его дед Атауальпа. Король Испанской империи был тем человеком, у которого следовало искать покровительства и заступничества, и Алонсо надеялся, что угрызения совести, вызванные казнью Атауальпы завоевателем Писарро, теперь заставят его расщедриться. В 1585 году Алонсо получил разрешение отплыть в метрополию. Оказавшись в Испании, он представил соответствующие ходатайства, произвел на свет незаконнорожденную дочь и быстро растратил тщательно накопленное своим отцом состояние в жалкой попытке произвести впечатление при испанском дворе. Все безрезультатно. И в 1586 году Алонсо Атауальпа попросил позволения вернуться в Кито. Без его ведома председатель Совета по делам Индий сообщил королю, что он не видит вреда в том, чтобы разрешить Алонсо возвратиться в Перу, но добавил, что, по его мнению, «может быть нанесен очень большой вред, если оказать ему покровительство, — если действительно существует такое обязательство, — так как это побудит других внуков и правнуков бывших правителей этой страны приезжать в Испанию и просить таких же милостей». Король согласился с этим очень мудрым советом, и Алонсо остался ни с чем. Но он так и не уехал из Испании. Прошло два года, а он все еще был там, но уже в государственной тюрьме Мадрида, куда попал за долги. Прежде чем успел вмешаться Совет по делам Индий, Алонсо Атауальпа умер в тюрьме. Он оставил жалкий список долгов. Эти с трудом собранные небольшие деньги несчастный недальновидный Инка занял у тех, кто попался на удочку его хвастливых обещаний. Среди его кредиторов были различные женщины, дубильщик кож и серебряных дел мастер, чьи имена он не мог вспомнить, портной, который сшил ему кое-какую одежду, и владелец гостиницы, у которого он снимал комнату. Совет по делам Индий выделил сто реалов на нищенские похороны этого внука Атауальпы, но издал распоряжение, чтобы его долги были погашены за счет доходов, которые приносит поместье его отца в Кито.
Алонсо Атауальпа умер холостым, но после него в Кито остались незаконнорожденные сын и дочь. Его сын Инка Карлос Атауальпа стал главным алькальдом индейцев в Кито. Его дочь Менсия вышла замуж за испанца по имени Ульюа и стала наследницей поместий своего деда. У Менсии, в свою очередь, родилась дочь, которую назвали Донья Бартола Атауальпа Инка, но она, очевидно, умерла бездетной, положив, таким образом, конец потомкам Атауальпы по прямой линии.
Одним из самых больших владений, принадлежавших знатным Инкам, было наследное поместье Сайри-Тупака. Оно перешло, как мы уже видели, его наследнице Беатрис, которая находилась под опекой своей матери Марии, пока отвратительный эпизод с Кристобалем Мальдонадо не привел к тому, что ее отправили в монастырь. Толедо избавился от этих женщин менее жестоким, но более эффективным способом, нежели от их двоюродных братьев: он просто выдал их замуж за мужчин, которых сам выбрал.
Очаровательной юной вдове Сайри-Тупака Марии Куси Уаркай так и не было позволено пользоваться доходами с поместий ее мужа. Ими управляли разные испанцы, которые получали за это приличную плату. Ариас Мальдонадо, который приютил ее и, вероятно, стал ее любовником, был выслан в Испанию. Поэтому Толедо выдал Марию замуж против ее воли за никому не известного человека по имени Хуан Фернандес Коронель, которому она родила сына и дочь. Ее энергичные протесты по поводу того незавидного места, которое занимало ее изображение на панно, ее трогательный плач по брату Тупаку Амару и полные мести показания, данные ею против Инки Карлоса, дают нам понять, что это была женщина с сильным характером. Последняя информация о ней датируется 1586 годом, когда она обратилась к тогдашнему вице-королю с просьбой разрешить ей вернуться в ее любимую Вилькабамбу. Она попыталась соблазнить вицекороля обещаниями открыть ему, где находятся месторождения серебра и золота, но вице-король не позволил ей возвратиться туда ни под каким предлогом.
Толедо заставил замолчать мать, выдав ее замуж за одного из своих друзей. Теперь ему нужно было избавиться от дочери, пользующейся большим успехом у молодых людей, наследницы Беатрис. Он спросил у настоятельницы монастыря Санта-Клара, не хочет ли девушка дать обет. Но и настоятельница, и сама Беатрис считали, что ей нужно выйти замуж. Уже не стоял вопрос о браке с ее двоюродным братом Фелипе Киспе Титу, безвестным изгнанником в Лиме, хотя разрешение папы на их союз незадолго до этих событий прибыло в Перу.
Вместо этого Толедо решил предложить Беатрис самому немыслимому человеку, главному герою того времени, Мартину Гарсии де Лойоле. Ранее Толедо пообещал ежегодный доход в 1000 песо человеку, который сумеет захватить в плен Инку в Вилькабамбе. Когда же он узнал, что им стал начальник его собственной охраны, который провел операцию по захвату Инки с такой лихостью, он поднял награду до 1500 песо. Гарсия де Лойола был испанским идальго, внучатым племянником святого Игнатия, основателя ордена иезуитов, и очень амбициозным человеком. Он заколебался, стоит ли жениться на индейской принцессе, но решился, когда Толедо перечислил по пунктам ее состояние. Обручение этой пары состоялось в конце 1572 года, спустя несколько недель после казни Тупака Амару, который был пленником Лойолы и дядей Беатрис. Проявив необычайную бестактность, Лойола даже попросил позволения добавить к своему личному гербу изображение головы Тупака Амару. Толедо написал королю, что он уже дал на это свое согласие, но Совет по делам Индий отклонил эту зловещую просьбу. Толедо немедленно передал права на все поместья Беатрис Гарсии де Лойоле, который получал с них доходы в течение тех восемнадцати лет, когда он считался женихом принцессы. Толедо также помог своему фавориту подняться по колониальной служебной лестнице. В 1579 году Лойола стал губернатором Потоси и готовился жениться на Беатрис, которой к тому времени исполнилось двадцать лет.
Так как Лойола уже владел состоянием своей невесты, он не очень-то торопился жениться на ней. Но его попытке все же сделать это в 1580 году помешало появление мрачной фигуры из ее прошлого. Изгнанный из Перу насильник Кристобаль Мальдонадо решил попробовать восстановить свои богатства, утвердив права на девушку. Он испросил позволения у короля вернуться в Перу, чтобы оспорить законность брака между Беатрис и Мартином Гарсией де Лойолой. Он нагло настаивал, что «в 1565 году он сам обручился с Доньей Беатрис Койей, дочерью Инки, in facie ecclesiae[6] с согласия ее матери и опекуна и в их присутствии. И он вступил с ней в брачные отношения по ее доброй воле».
По словам Мальдонадо, вице-король Толедо, «отрубив голову ее дяде Инке и отправив в ссылку или уничтожив ее род, послал к ней людей, чтобы они уговорили ее выйти замуж за Дона Мартина Гарсию де Лойолу, начальника его охраны. Вицекороль сам обращался к ней по этому поводу и приказал ей повиноваться. Но она сказала, что не может и не хочет выходить замуж, потому что она уже была замужем за Кристобалем Мальдонадо, а по закону Божьему женщины не могут иметь двоих мужей». Толедо объявил ее «свободной от брака, который она заключила ранее, потому что ее насильно заставили сделать это, когда она была еще восьмилетним ребенком, а также потому, что неверно было бы говорить о том, что она вступила в половую связь со своим мужем». В подтверждение всего этого Толедо представил свидетелей, но «они подтвердили только ее возраст и больше ничего. На следующий день появился указ, объявляющий ее свободной. Ее немедленно увезли из монастыря и обручили с Мартином Гарсией де Лойолой в присутствии вице-короля».
Мальдонадо разрешили вернуться в Перу, чтобы он мог настаивать на своих низких притязаниях. Архиепископ Лимы распорядился, чтобы Беатрис была возвращена в монастырь, пока не будет принято решение относительно ее брака. Мальдонадо был удивительно удачлив. Служитель церкви, назначенный расследовать это дело, сильно невзлюбил Гарсию де Лойолу и вынес решение не в его пользу. Дело затягивалось. Оно разрушило предполагаемый брак Беатрис и повлияло на карьеру честолюбивого Гарсии де Лойолы. В 1581 году он был назначен губернатором Рио-де-ла-Платы, но вынужден был отложить свой отъезд, потому что дело о его браке оставалось нерешенным церковью. Пятью годами позже дело все еще оставалось невыясненным, и ему дали временное назначение на пост коррехидора Уаманги и Уанкавелики. В 1587 году его сделали адмиралом испанского флота, посланного на борьбу с пиратом Томасом Кэвендишем. Наконец, не ранее чем в конце десятилетия, суд решил, что эта пара может пожениться. К этому времени принцессе Инков было за тридцать, а ее мужу — сорок лет.
