Анахель даже сразился против двоих сразу несколько раз, и они заставили попотеть Анахеля, хоть он и не использовал все свои силы. Это был спарринг, а не бой насмерть, потому Анахель занижал свои способности, что бы получить новый опыт и знания. Вскоре к ним подошли и другие бойцы, которые так же хотели провести спарринг. Происходил масштабный обмен знаниями и опытом, каждому было что сказать, и все задержались дольше, чем изначально планировали, но и день у всех выдался продуктивней.
В конце дня подошли два как остальные говорили «безумца», те, кто сражался с настоящим оружием. И они предложили сразиться Анахелю, отказываться причин не было, и на теле Анахеля теперь появилось ещё больше шрамов. А понимание своего оружия стало, как ему показалось глубже.
Анахелю нравилось сражаться, а недавний прорыв в закалке крови позволял наращивать его выносливость, и практически не обращать внимания на раны, которые можно было считать поверхностными. Даже перерубленные сухожилия мало влияют на общую боевую эффективность. Закалка кости позволяет приводить конечности в движение без помощи мышц или сухожилий, но и силы в таких ударах будет мало. Всё-таки основным механизмом, который придает силы и ускорению оружию являются мышцы. День выдался продуктивным, хоть совершить ещё раз тот надрез ножом у Анахеля не получилось, он не расстраивался, главное, что прогресс ощущался.
Когда Анахель возвращался из зала, ему путь, слегка робко и неуверенно преградила девушка. Красивая и милая, девушка в форме горничной встала перед Анахелем, поклонилась и сказала.
— Привет? — спросила Катя неуверенно и смущенно. Анахель узнал девушку, и в памяти всплыло воспоминание о том, как её в личную комнату на первом этаже уволок мужчина. Анахель не знал, что ему делать, но проигнорировать девушку он не мог, мысль об этом показалось ему грубой. Всё-таки девушка не виновата, что работает в месте, где её, скорее всего, принуждают предлагать своё тело в качестве услуги, что бы задобрить клиента.
— Привет. — Мягко ответил Анахель, но в голосе его слышалось легкое нежелание.
— У вас, есть минутка свободного времени?
— Минутка есть. — Старался разрядить напряженную обстановку между ними Анахель, придав голосу бодрость.
Девушка, видя, что Анахелю тоже неловко облегченно вздохнула. Она, наконец, подняла взгляд, и сказала.
— Знаете, я выросла в столице, поэтому если хотите, могу провести экскурсию по городу. — Слова девушке давались с трудом. Девушке понадобилась вся её храбрость, что бы предложить Анахелю подобное. Она теребила подол платья, в нервном трепете ожидая ответа.
Анахель слегка приподнял бровь в недоумении. В его голове была полная карта столицы, девушка об этом не знала, но Анахель, скорее всего, знает столицу лучше, чем она. Так же Анахель не понимал смысла приглашения девушки, он не знал, что она пригласила его на прогулку что бы сблизиться, и узнать своего избранника получше, а так же поделиться своими переживаниями, надеждами и страхами. Катя не собиралась выкидывать на Анахеля всё сразу, но планировала высказать часть того что она испытывает, к Анахелю, и к жизни которую проживает в данный момент.
Но, к сожалению, Анахель не мог распорядиться своим временем непродуктивно. Он слегка вздохнул, и хоть не до конца понимал смысл предложения девушки, он постарался отказать ей как можно мягче.
Он уже хотел было объяснить, почему не сможет согласиться на экскурсию, как тут, его грудь запекло. Сначала в центре груди кольнуло холодом, а потом, зажгло так, словно ему на грудь положили раскаленное железо.
Анахель чуть не вскрикнул, больше от неожиданности, чем от боли. У него даже не было времени попрощаться или даже банально сказать что-то Кате. Он рванул в свою комнату, исчезнув с глаз Кати так быстро, что девушка подумала, что Анахеля здесь и не было, но затем она услышала звон сигнального колокола, и лицо её побледнело, как и у всех обычных жителей столицы. Каждый знал, что предвещает этот звон.
Глава 77
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Анахель направлялся сначала в свою комнату, он хотел надеть доспех и затем двинуться к стене, но понял, что добираться до стены и так будет слишком долго, потому начал вынимать части доспеха из колец и одеваться на ходу. Выглядело это неуклюже и происходило это медленно, но в итоге, уже одетый в доспех он спустился на первый этаж.
Анахель мчался к стене как можно быстрей, по пути встречая и других бойцов, которые так же на всех порах спешили к стене. Разрозненные бойцы, которые были разбросаны в разных частях столицы, спешили к краю города.
Многие сетовали, мол, почему их всех не поселили в казармы, но они и так были забиты до отказа. Оставалось только выкручиваться, расселяя каждого по отдельности, что так же было затруднительно и хлопотно.
Единственные кому не нужно было бежать к стене столицы, были солдаты армии, они патрулировали город, так же неся стражу на стенах. Именно они первыми заметили тревогу и своевременно оповестили об этом всех жителей столицы. В данный момент солдаты стояли, с мрачным видом взирая на темный прилив морских тварей. Морских тварей было много, они приближались вперёд, как покров тени, который медленно поглощает земли в своем неисчислимом потоке. Среди целого тумана черных фигур, которые сливались в единую волну черной неразберихи, вдалеке мелькали огромные, даже с расстояния, исполинских размеров тени, они словно движущиеся холмы или горы приближались, выделяясь среди целого моря муравьев.
Солдаты стояли в боевой готовности, некоторые из них с моноклем на глазу, на стекле которого светились руны, записывали что-то в книги. Большинство из солдат стояли за орудиями, которые стояли по периметру стены плотным строем. Орудия напоминали «Извергающего пламя» со стены границы, но экземпляры на стене были меньших размеров, и были более продвинуты в плане технологии.
Столица, была городом, окруженным тремя стенами. Первая самая низкая, на лицевой части стены сияли ромбовидные алые кристаллы, на стенах были статуи горгулий и орудия, по центру были решетчатые ворота. На стене пока никто не стоял, но туда уже перебрасывались солдаты, а перед стеной, должны будут стоять элитные отряды.
Вторая стена, выше первой, на ней располагались боевые орудия и большая часть обслуживающего персонала, солдат тут почти не было. Эта стена будет той, которая должна забрать большую часть жизней морского народа.
Третья стена, которая служит последней линией обороны перед городом. По высоте она не намного выше второй стены, но по периметру третей стоят сторожевые башни, на вершине которых стоят мощные орудия, и венчают эти башни колокола.
Солдаты копошились как муравьи или пчелы, роясь и перебрасываясь к первой стене, проверяя по нескольку раз исправность орудия. Каждый нервничал и боялся совершить ошибку, но руки ни у кого не тряслись, здесь собрались опытные воины, не в первый раз вступающие в конфликт. Старые вояки ходили проверяя работу молодняка, и указывая ни их ошибки своим старческим, чересчур спокойным для данной обстановки голосом.
Первая стена была занята, перед ней уже выстроились элитные войска, которые пред тем как оказаться за стеной выстраивались и собирались.
Пять человек оставшихся от «Опустошителей» стояли спокойно, и сосредоточенно, каждый был в мрачном настроении и скверном расположении духа. Пирус и Рукардис надеялись, что глава отряда будет рядом с ними, но он стоит на первой стене. Остальные из отряда понимали роль главы отряда, хотя так же не могли скрыть свое негодование.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Элитных отрядов было много, очень много.
Все элитные отряды Зеута собрались сегодня здесь. Многие из них выглядели величественно, мужественно. От отряда, который стоял чуть впереди от всех остальных, веяло особым героизмом, и стояли они, лучась светлой силой, словно ангелы, снизошедшие в лучах солнца.
Солдаты, стоящие на стене проделав невидимые для элитных отрядов действия, заставили ромбовидные кристаллы лучиться энергией, которая создала щит, он тонким слоем накрыл стену и элитные отряды. Глаза горгулий засветились ярким мрачным светом, а внутри каждого глаза, два зрачка бегали, словно закованные в цепи души, от зрачков исходила жажда свободы, яркая ненависть, а так же толика безумия. Орудия на стенах начали тихо гудеть, накапливая энергию.
