— Император, вы помните свое выступление в театре?
Грей поморщился.
— По крайней мере частично их план сработал. Не стоит рисковать.
— Алекс, насколько я помню, вы специалист в области вирусологии? — Тон Императора изменился.
— Да.
— Давайте оставим вам заботу о телесном здоровье, профилактику рака, а психику мою пусть оценивают психологи. — Грей поднялся с кушетки, потянулся за халатом. — Прервать Преклонение Ниц — немыслимо.
— Ваши психологи — трусливые подхалимы, — ровным голосом сказал Зимин. — Они предпочтут не замечать мелких нарушений, пока не станет слишком поздно. Необходимо комплексное обследование, отдых…
Грей задумчиво посмотрел на врача:
— Вы уже пятьдесят лет возглавляете мою медицинскую группу, Алекс. Прекрасно возглавляете.
Зимин коротко кивнул.
— Ваша мысль об отдыхе интересна. Я думаю, что полгода на лучшем курорте Империи не повредят… вам, доктор.
Врач молча смотрел на Императора.
— Я — владыка Империи, Алекс, — беспечно сказал Грей. — Но в первую очередь — владыка самого себя.
— Чего-то подобного я и боялся, — сказал Зимин. Потер подбородок. — По крайней мере не забывайте о ежедневном контроле, мой Император.
— Благодарю, Алекс. — Грей добродушно похлопал врача по плечу. — Через полгода ты признаешь свою неправоту. А сейчас отдыхай. Я распоряжусь об организации твоего отдыха.
Зимин молча сложил свой медицинский сканер. Посмотрел на Грея с легкой печалью:
— Прощайте, Император.
— До свидания, Алекс. И… оставь этот тон. Я не намерен отказываться от твоих услуг, но вначале — отдохни.
Когда врач вышел, Грей тихо засмеялся. Похоже, быть врачом у бессмертного — нелегкое испытание для психики. Заставляет выдумывать проблемы там, где их нет.
Коммуникатор на столе издал тихую трель.
— Слушаю, — бросил Грей.
— Челнок с клинч-командором Шегалом приземлился на правительственном космодроме. Он просит немедленной аудиенции. Какие будут распоряжения?
— Проводите его ко мне.
Император еще раз улыбнулся, вспоминая слова врача. Слишком много паники из-за ерунды. Вот и Шегал нашел очередную причину для волнений… Грей подошел к окну, коснулся тяжелых штор, и они медленно раздернулись.
На Таури сады не могли служить признаком роскоши. Комплекс правительственных зданий окружало желтое песчаное поле, усыпанное разноцветными каменными глыбами. Кусочек пустыни, которой никогда не было на этой планете. Мертвый и красивый… эстетика президента Таури была столь же своеобразной, как и его сексуальные вкусы.
— Этот мир мой, — сказал Грей.
Глупо сковывать себя политическими играми, когда являешься владыкой Вселенной.
— Командира оперативной группы ко мне, — приказал Грей, не оборачиваясь к коммутатору. — Министра пропаганды. Политконсультанта… нет, его не надо.
Он давно не смещал правителей такого уровня, как президент Таури. Но твердо собирался сделать это сразу после разговора с Шегалом.
8
Далеко от Горры, вне зоны контроля орбитальных баз, бывший имперский эсминец, ставший прогулочной яхтой Матери Семьи, лег в дрейф.
Лика Сейкер и Кей Дач стояли у навигационного экрана. Дач сам просчитывал курс, и Лика не стала предлагать услуги своего навигатора.
— Только с дозаправкой, — сказал Дач. — Либо на Рухе, либо на Фиернасе.
— Не думаю, что анклав Империи безопаснее Руха, — заметила Сейкер. — Скорее, с вероятностью шестьдесят пять процентов…
— Оставь свои расчеты, Лика. Погоню возглавляет Лемак, не так ли?
— Судя по заявлению Императора, да.
— У него старые счеты с мршанцами. Он не сунется на Фиернас.
— Возможно. Но СИБ в анклавах всегда имеет большую настороженность к транзитным кораблям…
— Я решу по дороге, Лика.
Сейкер смирилась:
— Ты подумал о документах?
— Да. Имя любое, возраст около сорока, профессия — коммивояжер, продающий сельскохозяйственную технику. Пластических операций не надо, хватит гель-масок. Томми будет моим учеником — в мелких фирмах это принято. Гражданство Каилиса — мы оба знакомы с этой планетой.
— Учти, я не смогу обеспечить фундамент для бумаг. Первая же серьезная проверка выявит липу.
— Понимаю. Но для дозаправки нужно не более суток.
— Я бы сказала — шесть часов… если ты не собираешься дегустировать молодые вина в барах.
— Коммивояжер, желающий покинуть Фиернас в период разлива вина, вызовет подозрения. Уверяю тебя, их космодромы сейчас забиты под завязку. СИБ завалена работой выше головы. За сутки они ничего не успеют проверить, даже если захотят.
— Тебе виднее. — Сейкер помолчала. — Я хотела бы дать тебе хороший корабль, этот, например, но единственное, что никогда не сумеют идентифицировать — «Кузнечик».
Дач кивнул. Серия малых катеров «Кузнечик» выпускалась на десятках планет и сотнями тысяч. Предназначенные для перелетов в пределах системы, они все же имели гиперпривод… с запасом топлива на один прыжок. Когда-то Империя всячески поощряла их выпуск — считалось, что в случае войны население сможет самостоятельно эвакуироваться в ближайшие миры. Сейчас, в годы мира и военной мощи человечества, в этом не было необходимости. Но корабли продолжали выпускаться. Они были очень дешевы, на удивление надежны, и многие мелкие фирмы использовали их в качестве служебных машин для рядовых сотрудников.
— Конечным пунктом укажи Юлианну, — попросил Кей. — Фиернас будет вполне логичным пунктом дозаправки, а летящие к Граалю уже могут быть под наблюдением.
— Значит, все-таки Фиернас. — Лика покачала головой. — Мне не нравится эта идея, Кей.
— Ну так считай, что я хочу напоследок выпить хорошего вина.
— Это твой путь, Кей. Хорошо.
Она щелкнула тумблером питания пульта, не позаботившись записать проложенный курс. В компьютере не должно было сохраниться следов расчета.
— И почему я тебе помогаю, Дач?
— Из-за человечества.
— Нет. Так же как ты идешь к Граалю не из-за него.
— Интересная мысль. — Кей поднял глаза. — А почему же?
Сейкер только улыбнулась и покачала головой.
Тюремная камера казалась уютной. Рашель это не радовало — почти домашняя обстановка лишь подчеркивала ту важность, которую придавали ее пленению.
Сегодня с ней уже во второй раз разговаривал следователь. Рашель поймала себя на том, что почти обрадовалась его приходу, и разозлилась.
Вежливый тон и мягкие манеры были ловушкой. Все было ловушкой. Полуоткрытое окно камеры, за которым начинался сад (вот только ветер не в силах пробиться сквозь барьер силового поля), дорогая мебель, хороший видеоэкран, на котором в каждом выпуске новостей мусолят лишь одну тему, — все было ловушкой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
