Читаем без скачивания Основы политико-просветительной работы - Надежда Крупская

Поэтому, конечно, нельзя так ставить вопрос, как ставят его отдельные работники профсоюзов: «Мы только будем для профсоюзов работать, а до остального нам дела нет». Неверно, нельзя так делать. Необходимо, чтобы рабочие, добиваясь всячески повышения культуры, своей культуры, в то же время работали и над повышением культуры всего остального трудящегося населения — и колхозников и единоличников, — помогали тому, чтобы единоличник пошел в колхоз. Ведь он часто по своей темноте, по отсталости не идет в колхоз. Почему иной бедняк не идет в колхоз? Не хватает культуры, не хватает понимания преимуществ кооперированного хозяйства, общего, коллективного хозяйства. Старое еще держит в своих лапах. И тут развить работу необходимо также не в целях уравниловки; характер работы будет. другой. Вы по-одному подойдете к рабочему, который двадцать лет на производстве, — он у вас с полуслова некоторые вещи поймет; по-другому вы подойдете к молодому колхознику, который в колхоз пришел с энтузиазмом, но еще не знает, как в крупном хозяйстве работать. У нас первое время, когда пошло увлечение колхозами, очень многие (я знаю это из писем колхозников и из разговоров) пришли в колхоз с красными знаменами. А дальше они ждут, что будет, — что кто-то придет и все устроит. А как взяться за работу — неизвестно.

Вот, например, что наблюдали наши бригады, которые ездили в колхозы.

Вот, скажем, общая конюшня. Бригадир пошел в колхоз с большим увлечением. Но свой конь — это одно: он своего коня и напоит и накормит. А в колхозе он бригадир и у него целая куча коней. Тут он думает, что можно пойти спокойно спать, что кони не подохнут за одну ночь. Это — пережитки старого, пережитки мелкобуржуазной психологии. Это еще очень живуче. Знаете, больше всего живуче то, что в быту, в повседневной жизни. За последние годы у нас сдвиг большой. Бригадная плановая работа, организационная работа дала очень большой сдвиг в понимании коллективного хозяйства, но все же пережитков старого' еще очень много. С этими пережитками надо бороться.

И тут избачу нужно провести огромную работу, чтобы это старое стереть, чтобы оно ушло бесследно, чтобы было новое отношение — отношение коллективиста к общему имуществу, к общей работе, которое есть у рабочих, давно на производстве находящихся.

Мне запомнились слова одной работницы из Тверского района. Она, рассказывая про свою жизнь (она раньше в Ленинграде работала), говорила так: «Ну у рабочих как? Если у одного беда, то другие сейчас помогут. А как пришлось мне работать в деревне, то вот я со своим сынишкой на полосе маемся и никому до нас дела нет». Другая психология, мелкособственнический подход. «Моя полоса — так моя, а твоя — так твоя». Умения коллективно выходить изо всех бед — этого пока нет. В колхозе оно уже нарождается, и избачу нужно проделать здесь очень большую работу.

Сейчас перед нами — задача посевной кампании. Конечно, это задача в первую очередь производственная. Чтобы действительно повысить урожайность, надо, чтобы работа проводилась гораздо культурнее, гораздо сознательнее. Задача в том, чтобы поднять урожайность, но на этой работе можно лучше организовать массы, глубже пробудить в них сознательность, если умело подойти к делу, — надо знать только, как к массе подойти.

Читая протоколы конференции по библиотечному делу, где описывается работа Путиловского завода, завода «Электросила», видишь, как рабочие находят пути подхода к каждому читателю. Так и в деревне, конечно, надо найти эти пути — как подойти к каждому, чтобы не просто ограничиться вывешиванием плакатов. Нужно повести очень большую работу по этому делу. В материалах Госплана рассказывается, что в Баландинском районе (по Нижней Волге — туда ездила бригада, может быть теперь картина другая) есть Дом культуры, в нем — районная библиотека, в которой только сто двадцать читателей (из них восемьдесят пять человек ребят), — и это районная библиотека, которая должна обслуживать всю работу! Разве может это сделать такая библиотека, такой Дом культуры, о котором даже не знают в районе, который не протянул всюду щупальцев — не поехал в каждое селение посмотреть, что там есть, как там нужно влиять на население?

А вот, например, путиловцы пришли к тому заключению, что нужно составить паспорт каждого цеха, для того чтобы знать, какой состав рабочих, откуда они. А имеются ли в колхозах такие паспорта? Знает ли колхоз, кто у него работает, откуда каждый колхозник? Нет, он этого не знает; а если не знает, он не может подойти по-настоящему к этому вопросу. Вот здесь-то и нужна большая работа, большое умение подойти к каждому обслуживаемому, захватить его под свое влияние.

Этой особенностью отличался Ленин: он умел вглядываться во все мелочи, во все частности; знал, за какое звено нужно ухватиться и с чего начать; как подойти, чтобы захватить, увлечь человека. У рабочих и крестьян, которые его слышали, складывалось такое впечатление: «Он с нами всерьез говорит, он знает, что нам нужно».

Мне кажется, что каждому избачу, каждому политпросветчику надо поставить своей задачей научиться так подходить, чтобы человек видел, что к нему относятся всерьез, а то у нас бывает так, что подходят к рабочему, который давно вырос, закалился в борьбе, и начинают ему говорить о пользе грамотности — о самом элементарном, а он уже давно грамотен. Не с того конца начинают. Конечно, рабочий послушает и уйдет — скучно ему станет. С этим рабочим надо говорить о другом — знать только нужно, чем он живет, что его волнует, что его захватывает.

Точно так же и по отношению к колхозникам.

Нам нужно объединение со всеми организациями, которые ведут работу на культурном фронте. У нас такая объединенная работа возможна, потому что цели общие — строительство социализма, пути общие — Советская власть, советская организация, руководство единое — руководство партии. У нас нет того, что есть в буржуазных странах, где рабочий по-одному смотрит, буржуазия — по-другому, где непримиримые противоречия интересов. Там никакого единого культплана не может быть. А у нас в стране, где мы ставим общие цели, имеется возможность создания единого плана. Конечно, надо говорить не о бюрократическом едином плане. Это тоже пережиток старого: взял на бумажке распределил — тому денег дать, этому не дать, там работника сократить, — это пережиток старого, бюрократизм, «бекратизм», как выразился один крестьянин. Если тут такого «бекратизма» напустить, то можно такой «единый план» сочинить, который будет не помогать работе, а только мешать ей.

Но мы не о таком едином плане думаем. Мы думаем о едином плане, при котором нет стрижки под одну гребенку, — где каждая организация ведет работу применительно к условиям, изучая эти условия, зацепляя как можно глубже, где каждая организация несет ответственность за свой отрезок работы, — но все объединяется общим стремлением к единой цели и пониманием того, что одна балка должна крепить другую, что только общими усилиями можно строить здание социализма.

Вот сейчас вопрос стоит о посевной кампании. С вышеизложенной точки зрения и нужно особенно подумать о посевной кампании. Позвольте пожелать, товарищи, чтобы вам на этой посевной кампании удалось поднять свою работу на более высокую ступень.

1932 г.

ПОЛИТПРОСВЕТРАБОТА В СВЯЗИ С РЕШЕНИЯМИ XVII ПАРТКОНФЕРЕНЦИИ

(ИЗ ДОКЛАДА В ОБЩЕСТВЕ ПЕДАГОГОВ-МАРКСИСТОВ)

…Политпросветработа становится одним из самых боевых фронтов. Мы видим очень сильное отставание культурного фронта от фронта хозяйственного, сделавшего колоссальные успехи за последнее время. Тут у нас очень большой разрыв. Все учение марксизма-ленинизма говорит о тесной, неразрывной связи, которая существует между экономикой, политикой и культурой.

Когда в 90-х годах складывалась наша партия, именно по этой линии шли бои с «экономистами», которые механически отделяли эти факторы друг от друга и считали, что все дело в экономике. В своих первых произведениях Ленин особо подчеркивал взаимосвязь между всеми этими сторонами, в частности указывал на то, что темнота деревни способствует развитию особо грубых и тяжелых форм эксплуатации, что более зажиточные слои деревни, более грамотные, используют свою грамотность в целях эксплуатации бедноты, что городской капитализм несет в деревню технику, но не культуру и т. д. Тогда же, когда шла борьба с «экономистами», стоял вопрос и о стихийности и о сознательности, о необходимости борьбы пролетариата на всех фронтах, о том, что само собой ничего не делается, что необходима для пролетариата сознательность и организованность во всей этой борьбе.