— Я спешу, господин учитель.
Мир Эсмор как-то странно дернулся, а затем резко отпустил меня. И тут уж я снова бросилась бежать — двух обнимающих меня магистров мне на сегодня хватило!
Морозный воздух улицы охладил мой пыл и навел порядок в мыслях. По здравом размышлении я решила, что меняющиеся глаза мир Эсмора мне попросту привиделись с испуга, а его объятия были вовсе не жаркими, потому что этот холодный нелюдь ну просто не способен так страстно обнимать!
Успокоившись, я поспешила в общежитие, ибо желала пообщаться с Йеной.
Войдя в нашу комнату, я громко хлопнула дверью. Дождавшись момента, когда обе кузины повернуться в мою сторону, я зло воззрилась на Йену и грозно осведомилась:
— Скажи-ка мне, любезная сестрица, ты зачем придумала написать свое хмарное признание эльфу, подделывая мой почерк?!
Иллюзионистка судорожно сжалась в комок, а Лисса удивленно спросила:
— Нилия, объясни толком, что случилось?
— Это ты у нашей разноглазки спроси! Зачем она моим почерком письмо с признанием написала!
— Йена? — Лиссандра посмотрела на блондинку.
Последняя, сконфузившись, промямлила:
— Я… я хотела сделать Эльлиниру приятное.
— Что ты хотела сделать? — осторожно полюбопытствовала рыжая, а я разозлилась окончательно:
— Да ты совсем сошла с ума с этой своей любовью!
— Наверное, — пискнула Йена.
Я хотела возмущаться и дальше, но внезапно припомнила, как сама себя вела совсем недавно с мир Эсмором. Это что со мной такое было?
А в довершение всего ко мне опустился бумажный голубь-вестник. Догадываясь, от кого он, я с опаской развернула письмо. В послании сообщалось: «Дорогая моя террина, вам нравятся подобные игры?! Это будоражит ваши чувства? Хорошо! Я принимаю ваши условия! Будьте готовы в любой момент отправиться со мной в ресторан! Никакие отказы не принимаются! Ваш Элминир».
Я бросила листок Йене и зло прошипела:
— Дождалась?
Кузины вдвоем склонились над посланием.
— М-да…
— Извини, — прошептала иллюзионистка и виновато опустила взор.
Я с досадой махнула рукой и отправилась заваривать себе успокаивающий взвар, который мы распили на троих.
Ближе к вечеру собрались на факультативе по сказкам.
— Учитель ир Бирган, — обратилась я, — а вы можете рассказать нам что-нибудь о Шепчущем лесе?
— Что-нибудь рассказать найдется всегда, — ответил маг. — Есть много легенд, преданий и сказок о феях. Прочитаю, пожалуй, самую известную из них. Готовы слушать, барышни?
Мы с подругами усердно покивали и выжидающе посмотрели на учителя, и он незамедлительно начал:
В темный лес этотПутник усталый войдет,Но под сенью деревьевГлупец не уснет.Целый век неприкаяннымБудет бродить,Ну а после останется лес сторожить…
При этих строчках мы с кузинами недоуменно переглянулись — эти слова мы уже слышали. Они были в послании бабушки, но дальнейшее четверостишие заставило нас насторожиться.
Мрачен, страшен тот лес.Звери злобные в нем —Ночью их очи пылают огнем!Людям проход недоступен, закрыт.Так как город драконов пред лесом стоит!Если все же решишьПосетить этот лес,Будь готов в нем остаться.Под сенью небесДревом могучим ты будешь стоятьИ до скончанья веков этот лес охранять!
Мы с сестрами снова озадаченно переглянулись.
— Очередная мрачная сказочка, — подвела итог Тейя.
— В каждой сказке есть доля правды, барышни.
— Недаром находится не так много желающих посетить Шепчущий лес, — согласилась с учителем Зила.
— Но как-то же люди общаются с феями? — нахмурилась я.
— Общаются, — подтвердил ир Бирган, — только феи сами находят себе собеседников.
— А смельчаки? — вскинулась Лисса. — Разве они не стремятся в Шепчущий лес?
Маг обвел нас долгим задумчивым взглядом и ответил:
— Знавал я одного такого смельчака…
— И что с ним стало? — тут же поинтересовалась рыжая.
— Он исчез, как ушел в Шепчущий лес через Ранделшайн, так больше никто его и не видел. Я не знаю, что с ним случилось, — отозвался ир Бирган.
— Он деревом стал? — предположила Нелика.
— Может быть. Но вы не должны забывать также про Коварную Пустошь, и про озеро Т’Ореус, и про Ранделшайн.
Услышав упоминание про город, я задумалась о своем драконе. Это ведь Шайн — хозяин Ранделшайна, возможно, Андер прав и дракон знает про Шепчущий лес намного больше нашего. Вот только как его об этом спросить, не вызывая ненужных подозрений?
— Но ведь и Сверкающий Дол граничит с Шепчущим лесом, — произнесла Йена. — Разве эльфы не общаются с феями?
Ир Бирган задумался, а затем промолвил:
— Феи — весьма своеобразные существа. Думаю, даже эльфы испытывают трудности при общении с ними.
— И что это значит? — озадачилась Ланира.
— То, что в страну фей невозможно попасть без их приглашения.
Я призадумалась. Значит, бабушку пригласили сами феи? Но как ей удалось добиться этого приглашения? Кроме того, в письме бабушки было сказано про какое-то испытание… Загадочно все это!
— Но откуда тогда пошли все эти легенды? — резонно отметила Йена. — Выходит, что кому-то удалось проникнуть в Шепчущий лес.
— Есть и такие истории, — подтвердил маг. Вот одна из них.
Есть в центре леса сказочный мирок.Он как укромный уголок —Прекрасен, свеж —И феи там летаютК самым облакам.Цветы растут чудесные —В них самый сладкий мед.Кто пробовал его,Лишь тот меня поймет.Там солнце ясное сверкаетКруглый год,И время медленнее в том краю идет.Пробыв там век,Вернешься ты домой,По-прежнему веселый и младой.И позабыть не сможешь этот лес,Где древа достают небес,Где ты познал чудесное блаженство,Где все полно благого совершенства…
Пока учитель говорил, я пыталась представить себе неведомый Шепчущий лес. Его деревья — исполины, эти волшебные цветы со сладким медом. «Подумать только, — пришла в голову мысль, — уже этим летом я увижу все это!» Внезапно меня охватило безудержное предвкушение поездки в Шепчущий лес. Я посмотрела на сестер — они сидели, приоткрыв рты. Подруги тоже завороженно слушали.
— Это уже похоже на волшебную сказку, — тихо произнесла Ланира.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
