середине XIV в. оно распалось на отдельные владения, во главе которых стояли представители монгольской кочевой знати.
Но и на этом опустошение страны монголами не закончилось. С 1380 по 1393 г. Иран был завоеван «железным хромцом» Тимурленгом, или Тамерланом, как его называли европейцы. Нашествие Тимура снова сопровождалось разрушением хозяйства и массовым истреблением населения. Только в Исфагане было отрублено 70 тыс. голов, из которых были возведены пирамиды. Такие же пирамиды из отрубленных голов возводились и в других местах.
Но государство Тимура распалось на части уже вскоре после его смерти. Снова наступил период раздробленности.
Последняя династия средневекового Ирана, Сефевиды, была тоже пришлой. Ее основателями были азербайджанцы из дервишского ордена Сефе-вийэ, и их опорой были кочевые племена, говорившие на азербайджанском языке. Они носили чалмы с полосами красного цвета, поэтому их называли «кызылбашами», т. е. красноголовыми. В начале XVI в. Сефевиды овладели Ираном, но до середины этого века столица Сефевидского государства находилась в Азербайджане, в Тавризе. Таким образом, строго говоря, это было азербайджанское государство.
В начале XVII в. персидские чиновники в правительственном аппарате стали оттеснять на задний план кызылбашскую кочевую знать. Столица была перенесена в Исфаган. Укрепление центральной власти было необходимо шахиншаху, чтобы противостоять сепаратизму беглербегов, вождей кызыл-башских племен, которые стояли во главе управления провинциями. Итак:
VI–IV вв. до н. э. – государство Ахеменидов;
III в. до н. э. – III в. н. э. – Парфянское государство Аршакидов;
III–VII вв. – государство Сасанидов;
VII–XI вв. – Арабский Халифат;
XI–XIII вв. – государство Сельджуков;
XIII–XIV вв. – монгольские государства;
XVI в. – государство Сефевидов.
В этот перечень мы не включаем периоды раздробленности и правления отдельных династий, например, династии Хулагидов.
Таким образом, Иран в периоды Древности и Средних веков не был одним государством. Чередовались государства и периоды раздробленности. И только два из этих государств имели местное происхождение – государства Ахеменидов и Сасанидов. Поскольку в разных государствах, особенно в государствах пришлых кочевников, были разные условия экономической жизни, мы не можем это игнорировать при рассмотрении экономического развития. Это и заставило нас уделить столько места изложению основных событий политической истории.
12.1.2. Ирригация и земледелие
Иран представляет обширное нагорье, окруженное горными хребтами. Центральная часть нагорья – бесплодные пустыни, непригодные для земледелия без крупных оросительных сооружений. Поэтому скотоводство занимало господствующее положение в хозяйстве страны. Земледелием занимались в оазисах вдоль хребтов, где для орошения использовались горные речки и ручьи.
Государственные оросительные системы здесь начали строить лишь в V–VI вв. в государстве Сасанидов, причем это была очень сложная система ирригации. Ее основу составляли каризы – подземные тоннели – галереи, по которым текла вода, скапливавшаяся в подпочвенном слое у подножия гор.
Каризы прокладывались на глубине 8-10, а потом даже 30–50 м и достигали в длину до 40 км. Через каждые 7-10 м располагались колодцы, которые служили, в частности, для очистки каризов от наносов, что было важной частью трудовой повинности крестьян. Очевидно, что строительство и содержание такой сложной системы было по силам только государству, но не общинам или частным землевладельцам, которых здесь называли дехканами (как мы знаем, в Средней Азии позже дехканами называли просто крестьян).
За пользование оросительными системами, естественно, государство взимало с земледельцев особую плату.
Дальнейшее расширение оросительной системы происходило в X–XI вв., когда длина некоторых каризов достигла 125 км, а глубина – до 90 м. Новая активизация ирригационных работ происходила уже в XVI–XVII вв. при Се-февидах. Французский путешественник Шарден описывал, как воду из колодцев поднимали в больших бурдюках специальными колесами, которые вращали волы, затем она выливалась в бассейн, откуда по каналам шла на поля.
В результате ирригации был достигнут очень высокий уровень земледелия. Кроме зерновых культур и овощей здесь было освоено производство сахарного тростника, хлопка, красителей (шафрана, марены, индиго), шелководство. Продукция именно этих новых для Ирана культур шла в основном на экспорт. По словам Шардена, в государстве Сефевидов производилось за год свыше 20 тыс. тюков шелка – сырца весом по 276 фунтов. Не более тысячи тюков оставалось в Иране, а основная часть вывозилась, причем не только в Европу, но и в Индию, где производился собственный шелк. По словам того же Шардена, в Исфаган на продажу привозили столько дынь, что за день их там съедали больше, чем за месяц во всей Франции.
В государствах Ахеменидов и Сасанидов, т. е. в древний период, верховным собственником земли считался шахиншах, «царь царей», но практически земля находилась в распоряжении общин, через которые собирались налоги и распределялась трудовая повинность. В период Средневековья община формально оставалась как административно-территориальная единица, но уравнительное землепользование было уже нарушено. Из общины выделялись крупные землевладельцы – дехкане. Своего хозяйства они, как правило, уже не вели, а сдавали землю в аренду на кабальных условиях. Широко практиковалась кабальная аренда и на землях, передаваемых государством в условную собственность представителям государственного аппарата. Особенно значительные масштабы кабальная аренда стала приобретать со времени Арабского халифата. Само слово «кабала» – арабского происхождения
12.1.3. Государственное землевладение и икта
Государственное хозяйство, если исключить строительные и ирригационные работы, не играло важной роли в экономике страны на протяжении всей истории. Правда, при Ахеменидах существовал специальный термин для обозначения работников царского хозяйства – «курташ». Но эти люди были заняты в основном на обслуживании царя и строительных работах. При дворе Сасанидов числилось 6000 слуг, 8000 коней, 12000 мулов и 760 слонов. Соотношение занятых людей и скота свидетельствует, что это не было производящее хозяйство, оно лишь обеспечивало роскошь правящей династии.
Конечно, полностью в распоряжении государства находилось производство вооружения. Государству принадлежали рудники, но они не разрабатывались государственными работниками, а сдавались на откуп артелям горняков и частным предпринимателям. При Сефевидах действовало свыше 30 шахских мастерских, «караханэ», в каждой из которых было занято около 130 работников, но это составляло ничтожную долю ремесленного производства огромной страны.
Основным же источником государственных доходов, как в Древности, так и в Средние века, была эксплуатация крестьян-общинников, причем в основном крестьян, которые вели хозяйство на государственной земле.
При переходе к Средневековью государственное землевладение не сокращалось, как можно было ожидать, а увеличивалось. Во-первых, поскольку ирригация была делом государства, орошаемые земли становились государственными. Во-вторых, при каждом вторжении иноземцев-завоевателей (арабов, монголов, туркмен) в собственность нового государства переходили не только прежние государственные земли, но и владения сопротивлявшихся завоеванию. Правда, потом часть государственных земель раздавалась в условное владение представителям господствующей группы, но приходили новые завоеватели и процесс начинался сначала.
В древний период, при Ахеменидах и Сасанидах, еще не было сложной системы условного землевладения. Крупные земельные владения просто раздавались членам царской династии, представителям персидской знати, крупным чиновникам в полную наследственную собственность. Владельцы этих
