Но старые книги под страхом казни и читать, и держать в доме запрещено, а служителей бывших церквей или пожгли в первые же годы, или на отработки отправили, лет на тридцать-сорок. Зачем надо было так заморачиваться, не проще ли оставить все, как есть? Слишком много совершенно ненужных телодвижений.
— И золото под запретом, тяга к роскоши не поощряется и сурово наказывается, — добавила Ксана. — Но вы видели эти льняные платья с вышивкой, которые якобы будят женскую энергию в обладательнице? Во мне они только жабу будят, прости, Марыся. Цены — закачаешься, золотое кольцо дешевле бы обошлось! Но платье — необходимость для порядочной женщины, которая не должна экономить на себе, иначе муж будет экономить на ней. А за обручальное колечко, как у Илоны, которое она теперь дома прячет, можно на костер попасть.
— Всячески воспевается женская красота, а ум теперь не нужен, и образование тоже, — вздохнула о больном Июлия. — Учат наплевательски, чтобы худо-бедно производства необходимые работали. А девочкам уже со школы внушается, что главное — выйти замуж и подчиняться супругу.
— А супруг подчиняется Великим и воспитывает детей в том же ключе, — кивнул Артур. — Гиннар прав. Они говорят о силе, о красоте и чистоте души, но по факту из людей делают покорное и глупое стадо, которое не должно роптать и много думать. При этом нашими новыми хозяевами все равно поощряются человеческая уникальность, разработки всякие интересные или творчество. У таких людей сразу количество баллов на Испытаниях резко прибавляется.
— Может, не надо им столько народу на Перерождение? — Ксана вылезла из кресла и взяла со стола кружку с кофе. — Не думаю, что они хотят облагодетельствовать все человечество от мала до велика.
— А я зуб даю, что не хотят они на самом деле никого облагодетельствовать, — крякнул старый дворф и залпом осушил стакан с остатками чая. — Люди же с концами уходят на это их Перерождение, но никто не доказал, что они на самом деле стали белобрысыми. Их могут тоже мучить экспериментами, как соколов. Или вообще жрать заживо, шут его знает. От этих тварей всего можно ожидать.
* * *
Индра вышел из квартиры Каменевых в темноте, дождавшись наступления комендантского часа. Передвигаться ночью было безопаснее — сделать крюк через западную часть города, уйти в поля, затем в лес, пройти по краю топкого болота и снова в поля, под которыми и находился один из входов в бункер. Почти пять километров расстояния не пугали, он бегал быстро и бесшумно, ни один человек в темноте не смог бы его ни услышать, ни разглядеть.
Сокол постоял на крыльце подъезда, с удовольствием вдыхая горьковато-острые запахи мокрой земли после прошедшего под вечер дождика. Теперь несчастной сирени точно хватит воды на восстановление. А сам он завтра проспит минимум до десяти утра, уж больно суматошным выдался день.
Индра улыбнулся своим мыслям. Его люди. Такие неугомонные, трепетные и хрупкие. Возня с ними иногда утомляла. Что за привычка совершенно себя не беречь и мчаться, сломя голову, навстречу очередным приключениям на собственное седалище! Ладно бы, еще жили, как соколы или драконы, так срок их короток — сто лет максимум. Витту в этом году стукнуло сто сорок, и он считался среди дворфов совсем юным, драконьему повелителю Мангусу едва перевалило за двести, и далеко не все подданные считали его решения по-настоящему мудрыми. А повелитель Гаруда волею злого рока взошел на трон в неполные двадцать два, став самым молодым правителем в истории соколиного государства. Люди же в двадцать-тридцать лет уже владели ремеслом, что позволяло им стать мастерами, заключали браки, рожали детей. Им бы беречь свое хрупкое тело и психику от переживаний, вести себя тише воды, ниже травы, тогда есть шанс прожить дольше. Нет, что Илона, что Алиса порой вели себя так, будто у них в запасе еще минимум тысяча лет.
Но человеческая неукротимая жажда жизни, бьющая через край, пьянила Индру и восхищала. Парень решил, что и после выполнения миссии будет регулярно навещать новых друзей. Тем более, сам хочет остаться на Земле на какое-то время. А хоть бы и до конца их жизней, у него-то вся вечность впереди, и не одна. И к себе в гости их сводит, главное — заранее заказать охранные амулеты.
Вот только Алиса всю неделю его сторонится. Сокол вздохнул. Нехорошо получилось, совсем забыл про девчонку, которая почти трое суток его, больного, обихаживала, пока родители занимались взрослыми важными делами. Решено, завтра Каменевы всей семьей обещали приехать в бункер, и там он улучит момент и обязательно вызовет Алису на откровенный разговор. И извинится, если и вправду чем-то обидел.
Резкий запах травы после дождя ощущался терпкой кислинкой на языке. Хотелось лечь под какой-нибудь куст и дышать, растворяясь в зеленых и смолистых ароматах, и пусть мокрые капли стекают на лицо и за шиворот — плевать. Но еще больше хотелось крепкого чая с куском шоколадки. Индра нехотя тронулся с места. Надо сделать, что обещал, и идти в катакомбы, где есть запасы и того, и другого.
Сокол бесшумно скользнул к сиреневому кусту, присел на корточки и начал осторожно распутывать узел, который днем затянула Илона. Сырая ткань плохо поддавалась, а рвать ее он не хотел — вдруг дерево от тряски окончательно повалится на землю. Наконец, бинты мокрой тряпкой упали на землю.
Сонной одури как не бывало. Раскрыв от удивления рот, Индра уставился на ровный ствол без единого надлома. Сокол провел рукой по гладкой сероватой коре и почувствовал, как весело и бодро шумит внутри молодого кустика древесный сок. Никаких повреждений не осталось, ни внешних, ни внутренних.
Ладони моментально вспотели. От выпрямился и с тревогой взглянул в темное окно квартиры на первом этаже, откуда недавно вышел.
«Жаль, что у меня нет ни единой капли магической силы, — пару дней назад горестно вздыхала Илона во время очередного осмотра. — Я бы тогда радовалась, что могу управлять землей. А вместо этого переживаю, что кукушкой поехала».
Индра только пожал плечами. Земляной дар редок даже среди соколов, его носители очень крепки и сильны, вдобавок обладали железным здоровьем и спокойным характером. Ничего из этого у Илоны не было. Да и кровь не могла обмануть, человеческое происхождение не оставляло шансов на волшебный дар.
Но теперь от волнения у него встали дыбом волоски на руках и чуть ниже затылка. Забыв про Алису, про шоколадку с чаем и про все остальное, он ринулся к дороге. Придется сделать еще один небольшой круг, чтобы найти
