Читаем без скачивания Тени безумия - Юрий Пашковский

На третий день наведались тилаари. Эш-шенори допрашивали его полдня, прямо в палате создавая имагинативные картины парковой зоны и прося указать, что, как, где, когда, кто и кого.

Остальное время Уолт провел в одиночестве, иногда прогуливаясь по этажу и сдавая анализы по расписанию. Большего ему не дозволялось.

Впрочем, большего ему и не хотелось. Весточку в Школу Магии он послал и теперь ждал, когда высокие чины все уладят за него.

Вместо правой руки по-прежнему была пустота. Спасибо, хоть голова не пыталась взорваться, когда он потихоньку колдовал, по чуть-чуть восстанавливая запас компактифицированных заклинаний.

Когда врач объявил, что к нему посетитель, Уолт было обрадовался, ожидая Ясунари или кого-то из Школы. Но вместо я-маджирца или старых друзей в палату вошел походивший на ожившую статую человек.

– А у меня тоже вот остались вопросы, – сказал Уолт. – Много вопросов. И больше всего меня интересует, откуда у эгидовского наблюдателя оказалось семя королевы апофисов?

– На данный момент о связи Яниса Тиратуса с объявившимися в миртовских парках апофисами мы знаем лишь с ваших слов, Ракура, – сухо ответил Стайлон. – Неопровержимых доказательств, подтверждающих ваше предположение, пока не найдено.

– Хорошо. Как найдете – возвращайтесь. Тогда и поговорим.

Стайлон вздохнул.

– Уважаемый Ракура, мы с вами сейчас разговариваем приватно. Поверьте, мне бы очень не хотелось, чтобы наша беседа происходила официально.

– Это вы так ненавязчиво намекаете, что можете устроить мне допрос с пытками? – поинтересовался Уолт. Он понимал, что конклавовца не стоит, совершенно не стоит злить – но почему-то ему очень хотелось рассердить эту ходячую статую.

Вот как струп на ране – чесать нельзя, а хочется.

– Я ни на что не намекаю, Ракура. Просто хочу получить ответы на некоторые вопросы. Они касаются шрайя.

– А… – Уолт поскучнел. – Ну, давайте.

– Замечательно. – Конклавовец ничуть не удивился перемене в настроении Магистра. – Первый вопрос: кто, по вашему мнению, способен нанять шрайя, чтобы убить вас?

– Как я уже говорил эш-шенори, и они точно записали, сам видел, а это означает, что вы могли прочитать, но вы либо не умеете читать, либо мне соврали, что читали, – так вот, представления не имею.

– Жаль. Второй вопрос. Похожий вам задавали эш-шенори, но меня интересует совсем другое, чем тилаари. Они спрашивали вас, какие заклинания были использованы вами во время столкновения с шрайя. Я спрошу иначе: какие еще заклинания использовались в тот момент? Не вами, уважаемый Ракура, и не Абэ-но Ясунари. Другие заклинания. Чужие. Возможно, сотворенные кем-то из погибшего отряда «Эгиды». Или, может быть, самими шрайя. Вы не обращали внимания?

– Гм, дайте подумать. Такие, как эфирный огонь, которым меня ни с того ни с сего пытался прикончить ваш эгидовец, правильно?

– Правильно. – Стайлон не отреагировал на ядовитый тон Уолта.

Ракура сделал вид, что пытается вспомнить. Интересно, о чем именно спрашивал конклавовец? Неужели ищейки Высшего совета наткнулись на следы Силы Крови упырей, об участии которых в произошедшей схватке, разумеется, ни Уолт, ни Ясунари и словом не обмолвились? Плохо.

– Нет. Я не могу ничего припомнить. Кроме эфирного огня Тиратуса, конечно, и его же Колес Паралича. А арбалетные стрелы с бластами, которые мне риттеры в спину пускали, подходят?

– Жаль, жаль. Хорошо, третий вопрос. Откуда вам известно, как сражаться со шрайя?

– Я, кажется, не совсем вас понимаю.

– Позвольте перефразировать. Шрайя удалось справиться с Аэрусом, а он, уж простите за откровенность, маг посильнее и поопытнее вас. Не может не удивлять, что он проиграл, а вы – победили. Это наталкивает на мысль, что вы обладаете определенными знаниями о Клане Смерти, они и обеспечили вам победу. Не могли бы вы раскрыть эти знания и рассказать, откуда они у вас?

– Не мог бы, – донеслось от двери. – Секрет Школы.

Ричард Гластирский вошел в палату в сопровождении Дайры и Удария. Магичка глядела на Уолта так, будто выбирала: обнять его или врезать? Ударий глядел на Стайлона, и, похоже, тоже выбирал: врезать ему в лоб или по лбу?

– Разговор окончен, Генрих, – сказал, мило улыбаясь, Ричард. – Все дальнейшие вопросы ты можешь адресовать мне, непосредственному начальнику этого юноши Алесандру фон Шдадту или нашему любимому и обожаемому главе. Не забудь, правда, все оформить по правилам Конклава, заверить у руководителя департамента и прислать с официальным гонцом в приемную Школы. Дадим ответы, как только получим и прочитаем.

Стайлон прищурился, покачал головой. Посмотрел на Уолта.

– У смертных всегда есть выбор, Ракура. Есть он сейчас и у вас. Вы можете ответить на мой последний вопрос, заданный до того, как ваши товарищи вошли, а можете не отвечать. Что вы выберете?

– Нет у смертных никакого выбора, – буркнул Ричард, становясь между конклавовцем и Уолтом. – Нечего тут абстрактными спекуляциями молодые головы засорять. Иди, Генрих, иди. Мы Номосы не нарушаем, так что делать тебе здесь нечего.

– Ну что же, это ваш выбор, – пожал плечами Стайлон. – В любом случае мы скоро вновь с вами увидимся, Ракура. Желаю вам восстановиться до экзамена. В противном случае это будет нечестное состязание.

Поклонившись, конклавовец вышел из палаты.

– А вот это плохо, – пробормотал нахмурившийся Ричард.

– Что плохого-то? – поинтересовалась Дайра.

– Помнишь руагха, рыжего и коротышку во дворе?

– Ну, помню.

– Вот и не забывай их. Это ученики Генриха. И они ваши основные с Уолтом противники на предстоящем экзамене… – Ричард глянул на Ракуру, скривился. – Ну или только твои, если этот лоботряс к тому времени не вылечит свою ауру.

– Врачи отмечают у меня прогресс, – непонятно зачем сказал Уолт.

– Ага, прогресс. Мозги наконец-то начали расти? – Ричард раздраженно дернул плечом. – Проклятье, воспитанники Стайлона участвуют в экзамене на второй разряд, а наш основной претендент гробит свои Локусы.

– Меня, между прочим, чуть не убили…

– Вот убили бы, тогда к тебе не было бы никаких претензий. – Старый маг огорченно покачал головой, магическим зрением изучая тонкое тело Уолта. – Ох, оторвет тебе башку Архиректор.

– Эльза ее раньше оторвет, – радостно улыбаясь, сказала Дайра. – А то Алесандру он письмо отослал, а жена от него и слова за эту неделю не дождалась.

– В общем, в Школе тебя ждут не дождутся, – подвел итог Ричард. – Собирай вещи и пошли.

– Что, вот так просто? – удивился Уолт.

– А ты хотел бы, чтобы мы за тебя с местной полицией бились? Больницу штурмовали? Бегали по коридорам, убивая всех встречных?

– Нет…

– Вот мы этого и не делаем. Кстати, о посохе и артефактах можешь не беспокоиться, Бивас и Крисс уже все забрали. В общем, не стой столбом, пошевеливайся.

Уолт улыбнулся. И поспешил к выходу.

Мирта преподнесла ему много вопросов без ответов. Кто подослал к нему шрайя? Не о них ли предупреждал скрывающийся под именем Игнасса фон Неймара? А если не о них, то о чем или о ком? И полученное у Роамна Теллерика предсказание – о чем говорило оно? Как его следует истолковать? Можно сказать, что предсказание о смерти в ближайшем будущем сбылось. И что тогда со смертью в отдаленном будущем? Или это просто совпадение, поскольку именно полученный в святилище Магов-Драконов «расклад» Орат подсказал прибегнуть к Возвращению Мертвеца? Ведь чтобы умереть дважды, нужно ожить после первой смерти, и если это не обращение в андеда, то либо сильнейшая святая магия, либо заранее подготовленное сангвинемософское заклинание.

А еще упыри. Иукена мало что объяснила. Что за беда грозит Лангарэю? Не война с соседями, это понятно. Мало какому войску удастся без значительных потерь пересечь Границу. Сама Граница? Или дело в чем-то другом? В любом случае Татгем получила, что хотела. Вернее, почти – до крепости «орлов» ей еще предстоит добраться, а на Ближнем Востоке нынче неспокойно.

Но это, как говорится, уже не его проблемы.

В конце концов, Уолту предстояло разобраться с тьмой-тьмущей собственных проблем, которые, как он предвидел без всяких карт Орат, ждали его в ближайшем будущем.

– Орден Шрайя сообщил, что с некоторыми смертными из списка их постигла неудача, – обратился стройный худощавый полуэльф к человеку, называющему себя Алексурусом. Эйлин сидел в позе лотоса посредине пустой комнаты. Перед ним в воздухе мерцали образы четырех смертных – полуэльфа в белой тоге, высокого широкоплечего драуга из Белого Рода в кожаном доспехе, нага в цветастом саронге и чернокожей человеческой девушки в золотистой мантии.

– Что ж, они предупреждали о таком исходе. Не стоит беспокоиться. Мы успеем устранить тех, о ком нас предупредил Спящий.

– Но с ними, шы-шы-шы, даже ш-шрайя потерпели неудачу, – недовольно заметил наг. – Кому же тогда поручить эту работу, шы-шы-шы?