— Я знаю, — тихо произнес он.
— Плевать я хотела, что ты знаешь об этом! — я разгорячено вскинула руками. — Я никогда не хотела, чтобы ты вернулся. Я надеялась, что этого не случится. Нам прекрасно жилось с мыслью, что ты не вернешься в нашу жизнь.
Отец оставил мои слова без ответа.
— Что? Нечего сказать? — с презрением фыркнула я.
— Ты должна выговориться, — кивнул он.
От возмущения я начала задыхаться.
— Не указывай мне, что делать! — на эмоциях я толкнула его в грудь. Слегка изумившись от моего действия, отец посмотрел на меня широко распахнутыми глазами, которые вскоре опять стали отстраненными и пустыми. — Я ненавижу тебя, — удар в плечо. — Я никогда не прощу тебя, — громкая отдышка, предательская дрожь в голосе.
— Я заслужил это, — он покорно свесил голову.
Я скривилась от отвращения.
— Ты всегда был ублюдком. Ты им и останешься.
Сделала большой шаг назад.
— Видеть тебя противно.
— Мне жаль, что все так вышло, — просто сказал он.
— Не говори о том, чего не знаешь.
Отец непонимающе уставился на меня.
— Не верю, что тебе знакомо чувство вины, — пояснила я, скрестив руки под грудью.
— Но я действительно сожалею, — однако прозвучало как-то не очень убедительно.
Устало потерев лоб, я махнула рукой.
— Просто уходи. У меня нет времени слушать твой бред.
— Я такой, какой я есть, Наоми.
— Избавь меня от своих ничтожных оправданий.
— Я думал, что, возможно, смогу измениться, — он попросту проигнорировал меня. — Мне жаль, что я заставила поверить в это Линдси. Я не хотел, чтобы все так получилось.
— Видимо, портить всем жизнь у тебя заложено на генетическом уровне, — скептически подметила я.
Он пропустил мою колкость мимо ушей.
— Все же, я не гожусь на роль хорошего мужа и отца.
— Серьезно? До тебя это только сейчас дошло? — не удержалась от сарказма я.
Его злило то, что я постоянно перебивала, но он не сказал об этом вслух.
— Я ведь правда все испортил, — я не хотела верить в то, что печаль в его голосе искренняя. Это понятие не совместимо с моим отцом. — Собственноручно разрушил то, что должен был беречь. Но… Это не для меня. Это не моя жизнь, и я не чувствую себя собой, находясь рядом с Линдси и тобой.
— Не надейся, что разжалобишь меня своими соплями, — продолжала грубить я.
— Когда спустя столько лет я встретил Линдси, то подумал, что мог измениться за это время. В какой-то момент я действительно хотел вернуть семью.
Я закатила глаза.
— Мне это не интересно. Расскажи эти сказки кому-нибудь другому. Например, своей любовнице.
Отец медленно втянул в себя воздух.
— Я не оправдал ваших надежд…
— Я никогда не надеялась на тебя, — перебила его злым голосом. — Никогда и ничего не ждала. Ты предал маму, но не меня. Мне не больно оттого, что ты такой мудак, не способный отвечать за свои поступки. Но я готова закопать тебя в землю, потому что ты сделал больно маме. Она — единственная причина, по которой я к тебе вообще что-либо чувствую.
Один уголок его губ медленно пополз вверх.
— Вам будет лучше без меня.
— Спасибо за очевидность.
— Ты напоминаешь мне Линдси в молодости, — улыбка стала шире. — Она была такой же дерзкой.
Я вперила в него уничтожающий взгляд.
— Не смей произносить ее имя.
— Хорошо. Ты права.
Отец наклонился, чтобы взяться за ручку чемодана.
— Мне следует забыть о вас, — он сказал это таким тоном, словно напомнил себе выбросить мусор. — Так будет лучше.
— Не сомневайся, — буркнула я.
Вновь улыбнувшись, он подошел ко мне и остановился.
— Прости, что был тебе отцом так мало.
Он находился ближе, чем обычно, и его глаза, так тщательно изучающие мое лицо, заставили мои внутренности скрутиться от странного волнения.
— Не велика беда, — растерянно сглотнув, я отвернулась.
Услышала его мягкий смешок и нахмурилась. Почему он все еще смотрит на меня?
— Я люблю тебя, Наоми. И всегда буду любить.
С этими словами отец подался вперед, раскинув одну руку и пытаясь обнять меня ею. Вовремя спохватившись, я отпрыгнула назад и бросила ему недовольный взгляд.
— Не трогай меня, или я сломаю тебе руку.
Он снова усмехнулся.
— Линдси вырастила тебя хорошим человеком, и я рад, что ты есть у нее. Я надеюсь, что будущий малыш будет на тебя похож.
Он говорил, как мама…
Я встряхнула головой.
— Скажи Линдси, что я буду помогать ей с ребенком, — пропустив сквозь пальцы густые, черные волосы, заявил отец. — Элементы, и все такое…
— Обойдемся, — гордо вскинув подбородок, ответила я. — Все, что ты мог сделать, уже сделал.
Улыбнувшись самому себе, он взглянул на меня, обернулся, осмотрев гостиную, и выдохнув будто бы с облегчением, направился к выходу.
Он ушел, осторожно прикрыв за собой дверь и не сказав «Прощай», что могло намекать на его возвращение. Но я была уверена, что он не вернется в нашу жизнь.
Я все так же стояла на месте, старательно пытаясь убедить себя, что вся эта чертовщина позади.
Теперь все будет хорошо.
Запрыгнув в машину Зака, я отметила про себя, что этот прощальный разговор с отцом был самым продолжительным за время после его возвращения.
***
— Зак.
— Ммм?
— Я ничего не вижу.
— Ты и не должна.
Я захныкала.
— Может, уже можно снять повязку? — как только я потянулась рукой к своему лицу, чтобы снять дурацкую черную ткань со своих глаз, Зак не позволил мне сделать это.
— Нет. Еще рано.
— Где мы вообще? — я чувствовала себя неуютно оттого, что не имела возможности знать наше местонахождение.
— Это сюрприз.
Его голос раздался у моих губ, и я слабо вздрогнула.
— Зак, — во мне мгновенно закончился воздух, и я сделала шумный вдох, чтобы не умереть от нехватки кислорода.
Он нежно обнял меня за талию и легонько толкнул вперед.
— Осторожно, не споткнись, — предупредил, когда я собиралась сделать шаг.
Напряженно кивнув, я чуть выше подняла ногу, но все же зацепилась за что-то шпилькой. В черных лодочках я чувствовала себя вдвойне неудобнее, так как привыкла к простой обуви.
— Блин, — выругалась шепотом, но Зак не позволил мне упасть.
— Я держу, держу, — его губы ласково коснулись моего уха.
Мне казалось, будто я начала падать вниз. Мое сердце грохотало где-то в районе пупка. Ноги, ставшие ватными, отказывались держать меня, и если бы не Зак, поддерживающий мое равновесие, я бы давно оказалась на… полу?
