Послание это, выдержанное в изысканном и жеманном духе, свойственном тому времени, вместе с тем изобличало чудовищное, не поддающееся никаким доводам упорство его автора и в известной степени подействовало на Изабеллу так, как он и рассчитывал. Девушка, хмурясь, все еще держала этот листок бумаги перед собой, и перед ней словно во плоти представало лицо молодого герцога, искаженное дьявольской гримасой. Тем временем цветы, которые лакей положил на столик, от комнатного тепла мало-помалу расправляли лепестки, наполняя покой пьянящим экзотическим ароматом.
Изабелла поспешно схватила букет и вместе с браслетом выбросила в прихожую, опасаясь, что цветы могут быть пропитаны каким-нибудь неведомым снотворным снадобьем или средством, возбуждающим чувственность, от которого ее рассудок может помутиться. Пожалуй, никогда еще с такими удивительными цветами не обходились так жестоко. Они и в самом деле нравились Изабелле, но она боялась, приняв их, поощрить герцога. Да и сами эти причудливые растения невиданной расцветки с пряным чужеземным ароматом были лишены скромной прелести обычных цветов, которые выращивают повсюду во Франции. Своей надменной красотой они напомнили девушке того же де Валломбреза, они были ему сродни.
Не успела Изабелла разделаться с цветами и снова вернуться в кресло, как явилась горничная, чтобы ее одеть и причесать. Это была довольно миловидная девушка, но без кровинки в лице, грустная, кроткая, но совершенно безучастная, очевидно, сломленная страхом или тягостным гнетом жестокой власти. Не поднимая глаз на молодую актрису, она предложила ей свои услуги голосом, который больше походил на шелест прошлогодних листьев.
Изабелла кивнула в знак согласия, и горничная расчесала ее белокурые волосы, которые пребывали в полном беспорядке после бурных событий вчерашнего дня и минувшей ночи, а затем связала и стянула их шелковистые пряди бархатными бантами. Затем она достала из вделанного в стену шкафа несколько невероятно дорогих и элегантных платьев, скроенных словно по мерке Изабеллы, но девушка отвергла их одно за другим. Ее собственное платье было измято и перепачкано, но она не пожелала облачаться в богатые шелка, сочтя их своего рода герцогской ливреей. Сверх того, она твердо решила ничего не принимать от де Валломбреза, сколько бы ни продлилось ее заточение.
Горничная не стала спорить, как не спорят с осужденными, предоставляя им право делать все, что им заблагорассудится, но в пределах их камеры. У Изабеллы на миг возникло впечатление, что эта девушка сознательно избегает более близкого знакомства со своей временной госпожой, чтобы не проникнуться к ней бессильным сочувствием. Поначалу Изабелла надеялась получить от нее хоть какие-то сведения, но вскоре поняла, что расспрашивать бесполезно, и предоставила ей делать свое дело.
После того, как горничная ушла, подали обед, и, несмотря на свое положение и общую подавленность, Изабелла отдала ему должное. Природа властно заявляет о своих правах даже в таких обстоятельствах, а девушка очень нуждалась в подкреплении сил, истощенных мучительной борьбой с непрерывными попытками герцога сломить ее волю.
Немного успокоившись, она стала припоминать, как достойно и мужественно вел себя Сигоньяк. Если бы не коварная ловушка в виде плаща мнимого слепца, он наверняка даже в одиночку отбил бы ее у похитителей. Теперь ее друг наверняка уже знает обо всем и не станет медлить – он тотчас бросится на помощь той, которую так преданно любит. При мысли об опасностях, которые могут при этом подстерегать барона, ведь де Валломбрез не из тех, у кого легко вырвать добычу, глаза ее невольно увлажнились. Она винила себя во всем и чуть ли не проклинала собственную красоту – источник и причину всех этих бед. А ведь она всегда вела себя на редкость скромно и никогда даже не пыталась, подобно другим актрисам и даже дамам высшего света, разжигать вокруг себя страсти с помощью кокетства!..
Эти размышления прервал короткий удар в оконное стекло. Стекло тут же треснуло, словно от удара крупной градины. Изабелла бросилась к окну и увидела сидящую на дереве в развилке ветвей Чикиту. Девочка знаками показывала, что ей следует открыть створки и отойти в сторону. При этом она раскачивала в руке свою бечевку с крючком на конце.
Поняв ее намерение, Изабелла выполнила все, что от нее требовалось, и крючок, брошенный уверенной рукой, зацепился за ограждение окна. Другой конец бечевки Чикита привязала к ветке и, в точности как ночью, повисла на ней.
Но не успела девочка одолеть и полпути, как узел на дереве, к ужасу Изабеллы, развязался. Но Чикита, вопреки всему, не свалилась в заполненный зеленой водой ров, а вместе с веревкой, словно на качелях, перелетела к подножию стены замка, а затем, цепляясь за неровности каменной кладки, вскарабкалась под самое окно покоя пленницы. Перемахнув через кованое ограждение, девочка спрыгнула в комнату и, заметив, что Изабелла еще не пришла в себя от страха за нее, проговорила с улыбкой:
– Ты боялась, что Чикита отправится к лягушкам? Не дождутся! Я ведь нарочно сделала на веревке скользящую петлю, чтобы не оставлять ее на ветке, а забрать с собой… И пока я болталась на ней, наверно, была будто голодный паук на паутинке – такая же тощая и черная!..
– Милая моя, если бы ты знала, какая ты храбрая и умная девочка! – воскликнула Изабелла, целуя Чикиту.
– Я свиделась с твоими друзьями, они все время тебя искали, но без Чикиты им бы ни за что не узнать, где тебя спрятали. Капитан метался, как разъяренный лев, глаза у него пылали, как плошки. Он усадил меня с собой на седло и довез сюда, а сам он и его товарищи спрятались в лесочке неподалеку от замка. Только бы их не заметили! Нынче вечером, едва стемнеет, они попытаются тебя выручить. Конечно, тут не обойдется без стрельбы, да и шпаги пойдут в ход, – словом, будет на что посмотреть. Это очень красиво, когда сражаются мужчины! Ты только не пугайся и не вздумай кричать. Женские крики и визг лишают смельчаков отваги. Хочешь, я побуду с тобой, чтобы ты ничего не боялась?
– Не беспокойся, Чикита, я не стану никому мешать, ведь мои друзья, пытаясь спасти меня, рискуют собственной жизнью.
– И правильно! – одобрила девочка. – А до вечера, если будет нужда, защищайся ножом, который я тебе подарила. Главное, не забывай – удар нужно наносить снизу! А сейчас я пойду и посплю где-нибудь, нас не должны видеть вместе. И не стой у окна – это может вызвать подозрение, что ты ждешь помощи, люди герцога обшарят все окрестности и найдут твоих друзей. Тогда все пропало: ты останешься в лапах этого злющего вельможи!
