Его взгляд вдруг обратился к Шериану.
– Пойдем со мной, друг, и ты увидишь, что лучше для людей, а вернувшись, сможешь рассказать, – глаза Владия сверкнули отточенным лезвием. Почувствовав угрозу, ему послали приказ забрать этого человека с собой, убрать из мира живых.
Хват загородил иноземцу дорогу.
– Не делай этого, Шериан, – тихо произнес он. – Я не хочу увидеть таким и тебя. Это же ловушка, ясное дело. Не ходи, а?
– Я пойду, – твердо ответил он, – только так я смогу помочь Владию. Изнутри легче справиться с Тьмой и вернуть его назад.
– Ничего не легче, если ты станешь, как он!
– Не стану, Хват. Вспомни: я не из этого мира. Им не обратить меня в своего. – Окружив себя защитой теней, он шагнул вперед, мимо дружинника, навстречу темному чужаку.
Энгир молча провожал его взглядом, отстраненно заметив про себя: "ну вот, начинается". Волга не двигался с места, хотя было видно, как он желает прямо сейчас красиво броситься вперед и перерезать глотку этим приспешникам Тьмы. Но он здесь один, а в одиночку много не навоюешь. Тем более Энгир не собирается ввязываться, будет просто стоять и наблюдать, как еще один пойдет складывать дурную голову. И куда только понесло иноземца?! Если еще и он переметнется на ту сторону, станет совсем тяжко.
– Вы подумайте, – вновь заговорил Владий. – Мы не требуем ответа прямо сейчас. Защита стихийных недолговечна, Светлых – слишком пристальна. Мы придем за ответом завтра. Решайте, что выбрать, сами. Вам жить в этом мире. Всем вам.
Туман постепенно таял, унося с собой темных и размытый силуэт иноземца. Хват и Регвой уловили короткую синеватую вспышку в меркнущей тьме, застывшие облака дернулись и неловко поплыли дальше, подгоняя уснувшее время.
– А сами говорили "да мы темных, как только увидим, так сразу", – с ходу напал на Волгу разгневанный Хват, – а сам… стоял да за меч держался, раздумывал, видите ли, напасть или подождать! Чего, спрашивается, ждал?! Ты кто, светлый герой или так, из тех, кто с краю?!
– Хват, Хват! – попытался урезонить его Регвой. – Чего на человека накинулся? Шериан знал, что делал.
– Право, я думаю, что Тьма действительно предпочтительнее. Те так бросать не будут и раздумывать тоже, – с тихой яростью в голосе продолжал дружинник. – Какую защиту может предоставить Свет? Достаточно мы повидали людей отсюда. Многие, кто приходил к нам и оставался, были разочарованы в своей вере. Они хотели уйти от тех, кто предал их надежды, не пришел, когда убивали друзей, родных, выжигали целые города. Вот он весь, ваш Свет! Проклятье!
Волга безмолвно внимал граду обвинений и не мог найти ни одного аргумента против. Все так, как говорил воин, не всегда, конечно, но гораздо чаще, чем следует. Он низко опустил голову и подумал, что хорошо бы просто испариться, но тогда он будет выглядеть совсем трусом, не способным ответить на оскорбления. Совсем неожиданно вмешался Энгир, приняв его сторону.
– Остынь, воин, – миролюбиво предложил он Хвату. – Иноземец меньше нас знал, но лучше понимал, я видел это по его глазам. Может, потому, что побывал во многих мирах и начал ощущать не только внешнюю разницу, но и внутреннюю, на уровне человеческого сознания. Когда я ему сказал, что освобождение Владия – прямое нарушение древних правил, он не стал возмущаться, корить нас или обвинять. Принял, как должное, уважая наши законы. Ни в чем нас не обвинял, – повторил защитник, – словно знал, что такое чужие устои и как сильно они влияют на сам мир. Потому и пошел сам, будучи вне Роуна. У него свои цели, свои пути. Если мы связаны родством, памятью и положением, то его не держит ничто. Выбирался же он как-то до этого, выберется и сейчас. Главное, верить.
– Ты во многом прав, Хват, – наконец выговорил Волга, – но поверь, не так уж все плохо, как ты себе представляешь. Признаю, мы часто бываем не правы, поступаем так, как к лицу, казалось бы, лишь нашему извечному противнику – Тьме, но и там не все идеально. В общем-то нет большой разницы, кого вы предпочтете, хотя я все же надеюсь на благоразумие князей Роуна. – Он искоса посмотрел на сосредоточенные лица Родомира, Отаринора, Вирнома и Славеня. За Довиана Волга не беспокоился. Знал наверняка, что тот никогда не свернет с пути, по которому шли многие поколения его предков. – Но, как и говорил Владий, жить вам, выбирать тоже вам.
– Мы бы предпочли стихийных магов, – ответил за всех Вирном, предварительно обменявшись быстрыми взглядами с соседями, – нам это как-то ближе и понятней.
– Ну еще ничего не потеряно, – хмыкнул Энгир. – Не те люди, чтобы просто взять и отступить. Вот увидите, еще явятся в самый неподходящий момент.
Просторная длинная комната с камином подкупала непринужденной обстановкой. Лишь пламя, в котором Шериан сразу разглядел живое существо, несколько портило впечатление. А так будто в гости зашел.
При их появлении человек поднялся из глубокого кресла. Он явно был настроен благожелательно, хотя лицо терялось в царящем полумраке. Просто так чувствовалось. Владий застыл рядом, вел себя, словно потерял изрядную долю памяти. По крайней мере его он не помнил точно. Воислава, присев на корточки подле камина, протянула к огню руку. Тут же показалась пламенная песья голова, красные глаза внимательно заглянули ей в лицо.
Начинать разговор Шериан не торопился, пристально оглядывая место обитания темного князя. Похоже, какой-то тайный дворец, наверняка со множеством неприятных сюрпризов. Итак, забраться сюда он забрался, а вот что делать дальше?
– Давайте будем считать, что вы заглянули на огонек, – вежливо предложил хозяин, напомнив Мириэла спокойным уверенным голосом.
Видимо, мысли Шериана отразились в глазах или он произнес это вслух, но князь тут же продолжил:
– Да-да, Мириэл, что отдал вам свой жезл, – он усмехнулся. – Не просто так, кстати. Имелось одно древнее пророчество, гласившее, что через него он сможет вернуться один-единственный раз и ненадолго, чтобы хоть как-то успокоить душу. Доподлинно мне слова неизвестны, но что-то там определенно говорилось о потомке старого врага, коему и должен достаться жезл. Нечасто исполняются пророчества, но это сбылось.
– Ваша Сила и его чем-то схожи, ведь так? – нашел, чем поддержать разговор Шериан.
– Возможно, возможно…- неопределенно ответил князь, и как бы спохватившись махнул рукой, указывая на выдвинувшееся из мрака еще одно кресло. – Прошу вас, присаживайтесь. На манеры внимание не обращайте. Давненько гостей не было, вы уж извините. Может быть, вина? – вежливо поинтересовался он. – Поверьте, такого вы больше нигде не найдете. Говорят, у моего противника тоже вино хоть куда, но он еще более нелюдим, чем я. Вот уж кто точно никогда не позовет к себе в гости иноземца. Спесь с него, знаете ли, сбить неимоверно трудно. Я вот так категорично не настроен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
