варварски. На частые поломки техники и технологические катастрофы большевики реагировали репрессиями, выдумав словечко «вредитель». Постепенное нарастание профессионализма и компетентности в производстве не было результатом усилий большевиков. Этот процесс шел вопреки большевистской политике. Всерьез научнотехнический прогресс пришел в страну только после Второй мировой войны – вместе с конфискованным оборудованием и документацией исследовательских институтов оккупированных стран. Позднее советская наука, сконцентрированная в основном на оборонных вопросах, не могла продвинуться без шпионажа ни на шаг. Даже атомная бомба была создана не столько усилиями ученых, надзор за которыми осуществлял изверг Берия, сколько усилиями разведки, доставившей в СССР массу материалов Манхэттенского проекта.
Голод
Ещё в юном возрасте (1891 г.) Ленин выступал против Самарского комитета помощи голодающим, и вообще считал голод прогрессивным явлением – он способствует нарождению промышленного пролетариата и приближает марксистскую революцию. При всех упреках царскому, а потом Временному правительству, голод с приходом большевиков остановить не удалось. Вся «борьба за хлеб» свелась к тому, чтобы прокормить большевистских чиновников, ЧК и Красную Армию. Остальные должны были выживать, как получится.
Пахотная площадь одного хозяйства до революции составляла 4,6 десятин, а к осени 1921 года она сократилась до 2. По данным «Верховного статистического комитета», среднее количество урожая, собранного с десятины, упало на 10 %. Вместо прежнего годового потребления 22 пудов на душу приходилось теперь 12 пудов зерна. Всё остальное было собрано советским правительством без вознаграждения, что составило в среднем 243.839.000 пудов зерна за 1919‐й и за 1920 годы. Центральный статистический комитет определил излишки зерна в 337 миллионов пудов, предполагая полную обработку пахотных земель (37 миллионов десятин вместо 99 миллионов десятин в 1916 г.) и средний благоприятный урожай – после вычета собственных потребностей крестьян.
Тем не менее, согласно декрету от 21 марта 1921 года, зерновой сбор был установлен в размере 330 миллионов пудов зерна, 18 миллионов пудов масличных культур и 90 миллионов пудов картофеля, то есть около 10 пудов на десятину выделенной пашни. В любом случае, Советское правительство установило эту цифру, предвидя, что с некоторых крестьян не удастся собрать зерновой сбор. В декрете определен сбор, который зависит не от площади пахотной земли, а от количества десятин, находящихся во владении отдельных крестьян, и условий сбора урожая. При нормальном урожае в 30 пудов с десятины сбор был установлен в размере 7 пудов 31 фунт. Если средний размер хозяйства составлял 13,5 десятин, то сбор достигал 101,25 пуда на хозяйство. До революции крестьяне обрабатывали от 1/3 до 1/4 своей доли, теперь – от 1/6 до 1/7. Следовательно, при среднем хорошем урожае в 30 пудов с десятины, крестьянин должен был заплатить за десятину 4,5–5,2 пуда.
Если предположить, что все 37 миллионов десятин отведенной пахотной земли действительно обрабатывались, и крестьяне платили подати без задолженностей, то в этом случае размер подати с каждой десятины составил бы 10 пудов, т. е.
1/3 от обычного урожая. Такой сбор в пользу государства и отдельно от всех других налогов был невозможен. До революции крестьяне платили государству 20 копеек за десятину, примерно 8 фунтов зерном (1 пуд = 40 фунтов).
Цены Советской России на продукты питания (годовая динамика)*
В 1921 г. урожай в Советской России составил 43 % от уровня 1913 года. Это беспрецедентное падение связано вовсе не с засухой, которая по нормам прежних десятилетий давала падение урожайности в целом по стране не более чем на 20 %. В данном случае основные причины голода были созданы большевиками, а вовсе не природными условиями.
9 апреля 1922 г. в Москве пуд ржаной муки стоил 15–16 млн советских рублей, фунт бурого хлеба – 120.000 рублей, фунт сахара – 850.000 рублей, 10 яиц – от 1.200.000 до 400.000 рублей, чайный стакан молока – 6.5000 рублей, фунт масла – 1 млн рублей, бутылка шампанского – 20 млн рублей, пара сапог – 2 2 млн рублей, трамвайный билет – 75.000 рублей.
В мае 1921 г. рабочий мог зарабатывать 12–17 тыс. рублей в месяц при 12‐часовом рабочем дне. Этого едва хватало на несколько фунтов хлеба. Работали за паек: в день – 1,25 фунта хлеба и крупы, 1/5 фунта мяса, 1/40 фунта сахара. Но реально, как писала «Экономическая Жизнь», рабочий получал 40 % от теоретически допустимого количества хлеба и 3 % от количества сахара. В пересчете на хлеб рабочий получал 19–20 фунтов в месяц, что до революции стоило 38–40 копеек в месяц в валюте мирного времени, тогда как его заработок ранее составлял 60 рублей. В сравнимых ценах – падение более чем в 100 раз.
К концу 1921 года голод охватил 40 губерний РСФСР, включая те, что прежде были основными производителями сельхозпродукции. Голодал к исходу года 21 миллион человек. К весне следующего года умерло не менее 1 млн человек, в стране образовалась целая армия детей-сирот – 2 миллиона.
Попытка взять хлеб у крестьян силой провалилась. Крупные города начали вымирать, их население – разбегаться. Численность Петрограда сократилась с 2,5 млн в 1917 г. до 600 тыс. в 1921 году. Смертность в Москве в 1917 г. составляла 212 человек на 10 тыс., в 1918 г. – 218, в первом полугодии 1919 г. (голод) – 504 человека, во втором полугодии снижение до 390, а в 1920 г. снова рост до 462 человек. За 1917–1920 гг.
Москва потеряла почти половину своего двухмиллионного населения – в условиях развала хозяйства люди из больших городов просто разбежались от бандитизма, голода и эпидемий. Смертность в Петрограде была ещё выше – в 1920 г. достигла 506 человек на 10 тыс. (в 1914 г. – 215 чел.). Насилие над крестьянами обернулось лишь сокращением производства хлеба. На это указывает таблица, опубликованная в большевистских источниках, касающихся положения дел на Украине (см. ниже).
Если из этого вычесть необходимое количество семенного фонда в 1.054.966 тонн, то для людей и скота останется 600.183 тонн. Вся Украина дала 14.795.666 тонн в 1916 году и 5.753.116 тонн в 1921 году, т. е. всего 35 %. При населении около 28.850.000 человек после всех вычетов на душу населения приходилось 109 кг в год. На самом деле в наличии было всего 20–60 кг. В Запорожском округе число голодающих возросло до 1.100.000 человек; из них 16.600 умерли от голода в течение 2 месяцев. В Херсонской области от этой же причины ежедневно умирало более 100 человек.
Чудовищный голод разразился на Урале, о чём свидетельствовал отчет, опубликованный после приезда в Москву представителей районных комиссариатов по борьбе с голодом. В Екатеринбургском округе голодали более 100.000 человек, плюс 10.000 беженцев из Поволжья;
