и так и хочется потрогать мягкую шерсть на них, но я стоически держалась от чрезмерного проявления нежности, особенно при посторонних. Уже давно выяснила, что фамильяру нравились прикосновения и в том, как я к нему липла, Шад не видел ничего плохого. Сам он был таким же тактильным, что вызывало у меня лишь восторг, но до конца со своими тараканами и ощущением, что навязываюсь, я так и не разобралась. Поэтому — ещё сдерживалась.
— Разве ж? — рассмеялся Рэймо. — Феи говорят правду, но это не противоречит тому, что верить нам нельзя. Знаешь же сказку про рыцаря и болото, не мог не слышать!
Шад вдруг рассмеялся. Я подняла голову и непонимающе уставилась на него.
— Один рыцарь спешил на подвиг, но на его пути встало тёмное и широкое болото, — начал рассказ Шад. — Остановившись на его краю, рыцарь долго искал, где же тропа через это болото и как через него перебраться. На его счастье мимо проходил мальчик, которого рыцарь и спросил, указав туда, где он видел подходящий путь: «Хорошее ли здесь дно?»
— Мальчик ответил, — подхватил Рэймо, — что дно — хорошее. Когда же рыцарь ступил в болото, тотчас же начал тонуть. В ярости он закричал: «Ты солгал мне! Ты сказал, что дно хорошее!»
— А мальчик ответил: «Я не солгал, сэр, дно действительно хорошее. Просто вы до него ещё не добрались».
Тут рассмеялась и я, чуть не расплескав вино.
— Теперь я понял, о чём вы, — нарочито-важно закивал Шад. — Действительно, противоречия нет.
— С феями важны формулировки, — усмехнулся Рэймо. — Мы говорим правду, но и верить нам нельзя. А задавать верные вопросы — чуть ли не основа основ.
— Вы же расскажете мне вашу историю? — осмелилась спросить я. — С чего всё началось, как всё связано? Безо всей этой… «фейской» правды. Мне очень хочется узнать о вас больше.
— Непременно, — улыбнулся Рэймо. — Это будет длинная сказка, но я люблю рассказывать сказки, поэтому если ты — благодарный и внимательный слушатель, трудностей не возникнет. Ну, или если вы оба, — уточнил он, заметив заинтересованность Шада, — такие слушатели, детишки. Что-то мне подсказывает, что я не ошибся.
В этот раз его снисходительное обращение совсем-совсем не задело. Да и не было в нём пренебрежения или желания самоутвердиться, скорее — ласковое и поддерживающее.
— А Джордйель… какая она на самом деле? — не смог удержаться от вопроса и Шад.
— Джош — это имя нравится ей больше. Мне не нравится моя фамилия, ей — её полное имя, — рассмеялся чародей, а я про себя отметила, что многие драконы именно по фамилии к нему и обращались — то ли специально, чтобы позлить, то ли по незнанию. — Она не такая жуткая, какой её рисуют легенды, но и не такая мягкая, какой могла бы быть, так что обманываться вам не стоит. Как не стоит думать, что там была ваша первая и единственная встреча с ней. Разумеется, она не оставит меня насовсем, просто… визиты будут не столь официальные.
— А я от Калеба слышала, что у вас есть дочь, — полезла дальше с расспросами я. — Какая она?
— Калеба? — недоумевающе захлопал глазами Рэймо.
— Это сын Нериса, — пояснил Шад.
— Да уж, многое произошло и не обо всём мне известно… Значит, Рири общается с ним? Занятно и совсем на неё не похоже.
— Калеб называет её тётушкой, — поделилась я. — И считает очень красивой. Она похожа на Джош?
— Чуть-чуть, но характером — такая же упрямая, как я. На Джош больше похож наш сын, — отчего-то захихикал чародей. — Вот его упрямство — точь-в-точь её, а не моё.
— Вы по-разному упрямые? — настала моя очередь непонимающе хлопать глазами.
Но услышать про дочь великого чародея мне так и не удалось — Рэймо вдруг увидел кого-то среди веселящихся и внезапно подскочил, передав ещё не начатую кружку вина Шаду.
— Об этом, с вашего позволения, расскажу чуть попозже, — несколько виновато улыбнулся чародей. — Погуляйте пока, не сидите на одном месте. Давайте, детям нужно развлекаться, когда есть возможность. Я никуда не денусь и найду вас, как только кое с чем закончу.
Ни я, ни Шад не стали его останавливать. Тем более, замечание было дельным — Варша, в отличие от нас, уже давно успела затеряться среди остальных, улизнув куда-то с королевой фей. Или ей стало неуютно с нами, или не хотела мешать. В любом случае, она не боялась потеряться здесь. Так почему бояться должны мы?..
Шад поднялся первым и, протянув руку, помог мне.
Глава тридцать вторая, в которой забирают чью-то жизнь
Ощущение и правда было такое, словно вокруг летний музыкальный фестиваль, а не дворец фей. Вылетели из головы и мысли о том, что всё это — далеко не сказка, хотя именно такую атмосферу, я уверена, и пытался создать Рэймо. Даже Рюдзин рядом с ним не казался таким страшным, но обманываться, особенно новым его обликом, было опасно. А если прятаться за чародея и через него что-то просить у вредной лягухи, получится ли, пусть и немного, но подружиться с ним? Либо получить хоть толику чего-то полезного.
Об этом непременно стоит подумать, но — потом. И о том, как вести себя с Нерисом, чего я хочу от этого мира, как помочь Шаду и сделать что-то приятное или полезное для него. Да и со всей этой чехардой не обратила внимание на самое важное: империя Тиё — часть плана Рюдзина, который Рэймо, судя по его разговору с Нерисом, собирается поддержать. То есть, вроде как с драконами чародей враждовал, обиду за пленение на них хранил, но помогать — всё равно собирался? Или хитрым образом пытался отомстить? Или — решил закопать топор войны ради чего-то более важного? Исследования миров-отражений, например. Или дело в том, что тьму толком Рэймо не рассмотрел, поэтому хотел вернуться к своим старым целям? Или — в самом деле хотел искупить вину за свою ошибку?
Догадок — слишком много, и ответ получить куда проще, спросив чародея, а не плодить предположения. Уже поняла, что не всем его словам можно верить… вернее, не все его слова стоило
