поджав губы, и смотрела в пол пустым взглядом.
—…собственно после этого меня выкинуло в реальный мир.
— «А про монашек не будем рассказывать? Ну, я как бы уточняю на всякий случай.»
— «Хон, все что можно, ты уже рассказал.»
— То есть, — заноза покачала головой. — Ты променял горсть конфет на задницу стража… хех… фантастика… просто фантастика. Ты настолько идиот, что мне хочется тебе аплодировать.
— Может прекратишь обзываться?
— Нет, Джек. Я серьезно. Мне очень жаль, что я не могу переместиться в пантеон, потому что эта история заслуживает того, чтобы записать ее в вечность. Хохотали бы всем небом.
— Ты лучше скажи, что теперь делать?
Я как-то после ее рассказа тоже проникся масштабами проблемы.
— Что делать, что делать… — заноза снова вздохнула. — Носи с собой конфеты теперь. В каждом кармане. — она некоторое время помолчала, а затем заговорила вновь. — Меня еще кое-что беспокоит. Вернее не меня, а Княжну…
— Что еще?
Идель вытянула губы в трубочку и взглянула на меня исподлобья.
— Тебе бы к Ангеле… Сходить провериться, а то мало ли…
— После…
— Немедленно, — перебила меня богиня. — Прямо сейчас, Джек.
Настала моя очередь тяжело вздыхать. С одной стороны бесит это все, а с другой… Так-то по делу говорит.
* * *
— Ты большой молодец! Просто умница! У тебя очень хорошо получается.
— С-спасибо, — миленько и смущенно улыбнувшись, Княжна заправила прядь розовых волос за ушко. Сейчас она чем-то напоминала молоденькую студентку.
— Только не нужно пытаться обнять гриф тремя руками — это неправильно. Тебе должно хватать одной.
— Я пытаюсь, — виновато пробухтел хонкайчик. — Но тремя же удобней!
— Возможно! И все же, давай сначала научимся справляться с одной рукой, а потом если захочешь, можешь использовать все три. Договорились?
Девушка снова мило улыбнулась.
— Договорились, а сейчас… — лиса аккуратно отложила гитару, но я поспешил ее остановить.
— Мы сегодня засиделись, — поглядел на часы. Время уже было далеко за полночь.
Княжна как-то сразу приуныла.
— Вот так всегда, на самом интересном месте!
— Ничего страшного. Не будешь вредничать, я тебя обниму покрепче и за ушком почешу, — последнее решил выдать авансом, отчего хонкайчик зажмурилась и забавно втянула голову в плечи. — Увидимся во сне.
Хе-хе, расцвела сразу. Нет, Княжна определенно милаха.
— Увидимся во сне. Ты ложись пока, я пойду умоюсь.
В общем, примерно так у нас стали проходить вечера, лишь за редким исключением, когда к нам в гости приходила Араши вместе с близняшками и Банши. Иногда такую хрень зададут, что без ста грамм не разберешься. Приходилось подключать коллективный разум.
А иногда все было вот так, по-домашнему.
Но сейчас не об этом. Первый случай донимавших меня и всю академию событий случился именно в тот вечер.
Я проснулся посреди ночи с мыслью, что пора творить добро, и чем быстрее, тем лучше. Тогда я точно был уверен, что это не сон, однако образ мышления сильно отличался. Он не стал примитивным, скорее каким-то неправильным. Схожим с тем, как человек размышляет во сне, когда ты можешь жарить гвозди и думать, что они будут очень полезны для твоего организма. Причем найти миллион подтверждений своим мыслям.
Так было и у меня. Я был четко уверен, что мне нужно сделать что-то хорошее. Вот прямо сейчас, иначе не успею, а раз не успею, значит опоздаю.
— М-м… Ты куда? — послышался сонливый голос занозы.
— В туалет. Спи.
Говорят, что добрые дела любят тишину.
Быстренько одевшись, вышел за дверь. Коридор встретил меня тишиной и мягким ночным освещением. Все спали. Нежились в теплых постелях, набираясь сил к завтрашнему дню.
Я хорошо помню как в тот момент озадачился. Как творить добро, когда все спят? Ответ был прост, нужно просто найти того кто не спит.
С такими мыслями, вышел на свежий воздух. Немного побродил вокруг корпуса, а затем пошел к административному зданию.
«Холодно…» — взглянул на темное небо, откуда хлопьями валил снег. Ветра почти не было, а потому вид был довольно волшебный. Снежинки падали медленно, не спеша, вальсируя то в одну сторону, то в другую. Это чем-то напоминало новогодние сувенирные игрушки. Думаю, у всех был такой стеклянный шарик наполненный водой, который нужно было потрясти.
Мне кажется, я стоял минут пять, словно завороженный, и смотрел на этот белый карнавал. Слушал как бесшумно на землю падает снег.
«Красиво…»
Взгляд упал на одно из окон, в котором все еще горел свет. А раз горит свет, значит кто-то не спит. А раз кто-то не спит, значит ему можно, вернее даже нужно, причинить добро.
Помню как я был воодушевлен представившейся возможностью и, решив не терять времени почём зря, поспешил к административному корпусу.
* * *
Тереза взглянула на часы, а затем устало потерла глаза.
— Эх, ня… Опять не высплюсь.
Иногда ей хотелось все бросить и уйти в отставку, но няка чувствовала свою ответственность за всю академию. Она не воспринимала это как работу, а скорее как обязанность или как долг.
Никто не знал, а ей не хотелось, чтобы девочки лишний раз беспокоились, но из того списка на перевод в гарпии у нее получилось вычеркнуть троих. Они об этом не узнают. Да и не нужно! Только будут нервничать, а им еще учиться и учиться.
И вот буквально на днях, Тереза смогла похвастаться еще одним маленьким успехом. Получилось убедить инвесторов в необходимости новогодних украшений для академии, а также проведения полноценного праздника с Бабкой Холодрыгой и нарядной елкой.
Пусть говорят, что хотят, но все и каждый ждет этого праздника. Ждет, когда кто-то большой посадит тебя к себе на колени и спросит о самом заветном желании.
Сидя в своем кожаном кресле, няка громко зевнула, вытянула ножки, подняла руки и потянулась изо всех сил.
Все это, конечно, хорошо, но нужно еще начать подготовку к третьему турниру, а это тоже немало работы. Что-то сделать самой, что-то делегировать, а потом проверить как все сделано. Нельзя все бросать на самотек.
Очередной зевок и внезапно открывается дверь. Няка аж вздрогнула, настолько это было неожиданно и необычно.
— Д-джек? Ты чего здесь делаешь? П-почему не спишь, ня⁈
— Я пришел творить добро. — прозвучало как угроза.
С этими словами мужчина подошел к ее столу, расстегнул ширинку и через секунду на его поверхность с глухим стуком приземлился огромный болт.
Тереза от такого поворота аж икнула.
— Ты-ты-ты чего⁈ С ума сошел? С-спрячь его! — голубые глаза быстро переключались между лицом Джека и огромным хреном, который, по ощущениям, сейчас смотрел на нее в ответ. Твердым и уверенным взглядом. — Ты это… заканчивай шутки шутить, ня! — Тереза легонько махнула ладошками. — Я тут между прочим ра-работать пытаюсь! Так что н-неотвлекай!
* * *
Признаюсь, меня в тот момент очень умиляло наблюдать за ее кошачьими ушками. Самое забавное, что когда Тереза смотрела мне в лицо, они резко прижимались, но стоило ее глазам опуститься ниже, так ухи сразу начинали подниматься.
— Ты выглядишь усталой, Тереза. Совсем себя не бережешь.
— Д-да я не т-то чтобы… прям вот… то есть, устаю конечно…
— И не досыпаешь… — я стал обходить стол по кругу, приближаясь к няке.
— И… не… досыпаю… — согласившись, лолька сглотнула и уставилась на приближающийся к ее голове таран.
Глядя на нее мне стало казаться, что она была готова выпрыгнуть в окно. Вот прям в любую секунду.
Тем временем, я подошел к ней в упор. Вернее, к ее лицу. Аккуратно, но крепко взялся за одно ушко и, не особо беспокоясь о том, что в этот момент думала или хотела сама Тереза, направил член вперед. Головка уперлась в сомкнутые губы.
— Те-ре-за-а… Это для твоего же блага. — взялся за второе ушко и надавил еще сильнее. Больше сопротивления не было. Няка приоткрыла ротик и довольно смело заглотила стержень.
Почувствовал как член бодро поскользил по ее маленькому шершавому язычку и устремился к горлу, которое оказалось довольно узким.
Глаза няки разом округлились, она что-то замычала и принялась тарабанить своими маленькими ручками мне по ногам.
— Тут главное практика, Тереза! Немного практики и все будет хорошо! — я подался назад, но ровно до того момента, пока не заметил, что няка не начала успокаиваться. А затем снова двинулся вперед, натягивая ее голову все сильнее.
Глаза
