большими, не меньше тридцати сантиметров в длину, гвоздями. Остальные обступили распятие вокруг, и покачивались в такт монотонному бормотанию. Прижав острие гвоздя к середине предплечья, прямо между костями, главный сектант на секунду вознес молот к небу, что-то прокричал, и опустил вниз. Гвоздь пробил руку и вошел в свежеструганное дерево на несколько сантиметров. Эмиль вздрогнул, но не закричал и не начал вырываться. Толпа взорвалась ликованием. Несколькими ударами, глава секты загнал гвоздь и переключился на другую руку. Завершил последним через ступни. Для надежности, дополнительно закрепили конечности несколькими оборотами колючей проволоки. Последним штрихом надели на голову венок из той же колючей проволоки, и, чтобы не спадал, натянули как можно ниже, обдирая кожу до кости.
Крест подняли, протащили до ямы, опустив основание в землю. Несколько человек держали распятие снизу, остальные толкали вверх. Когда конструкция приняла вертикальное положение, яму закопали, утрамбовав землю до плотности камня.
Саша смотрел на это, скрипя зубами. Единственное, что сдерживало от беспорядочной стрельбы по тварям — Женя. Если собой он мог рискнуть, то девочкой нет. Она и так слишком много хлебнула за свою короткую жизнь, и он просто обязан ее спасти. А если ввязаться в бой, то шансов будет мало, и не известно, чем это обернется для пленников. На секунду задумался, что возможно это и есть его смысл жизни, для этого и пережил эпидемию. Что бы оберегать её, быть своего рода ангелом хранителем. Только вот, хренового ангела выбрали. Вспомнил, как трусливо сбежал, скривился, и еще сильнее сжал цевье винтовки.
Тем временем к кресту подтащили две бочки с огнем, подсветив Эмиля багровым. Старик не двигался. Князев внимательно присмотрелся. Еще дышит, грудь медленно, но колышется. Лишь бы дотянул, пока придумает как их спасти. Толпа вокруг распятия зашлась молитвой, воздев руки к небу. Глава секты стоял прямо по середине и трясся, словно в приступе эпилепсии.
«Как разойдутся, спущусь вниз. Они, вроде, все перед храмом тусят. Охраны и постов не видно. Надо найти канистру с бензином, и устроить пожар. Поджечь храм с противоположной стороны. Эх, жаль гранат или мины нет, так бы устроил засаду. Пока будут заниматься тушением, на машине подъехать к кресту. Надо найти клещи, перекусить проволоку и гвозди. Подожди, а Женя и охранники возле автозака? Да они скорее всего побегут тушить, так что сняв Эмиля, подъезжаю к грузовику, забираю девочку и сваливаю. Бензин, кусачки, машина. Но сначала дождусь пока уйдут».
Взглянул в прицел. Толпа перед крестом продолжала раскачиваться в такт молитве. Глава секты стоял в руках с неким подобием копья: к деревянному шесту армированным скотчем примотан широкий кухонный нож. Фанатик подошел ближе к распятию, поднял руки к небу, потряс своим оружием и под вой толпы всадил клинок под ребра Эмилю. Старик дернулся и беззвучно открыл рот, словно рыба, выброшенная на берег. Люди вокруг пали на колени и начали бить поклоны, осеняя себя крестом. Сектант в рясе одним рывком вытащил копье из раны и начал подносить его к головам склонившихся людей, прислоняя окровавленное лезвие к темени.
Князев не выдержал. Ярость затмила глаза и трезвый рассудок. Подскочил и ринулся к выходу с крыши, забыв о любой осторожности. В голове пульсом билась только одна мысль — убить. Сколько их не важно, выживет ли он, тоже не важно. Главное — забрать как можно больше этих тварей. На какое-то время забыл даже о девочке.
По лестнице вниз не бежал, а прыгал через несколько ступеней, оглашая здание гулким эхом. Свет от фонарика в телефоне хаотично метался по стенам. Как дежавю, перед глазами всплыл побег из горящей квартиры. Тоже лестница, тоже прыжки через ступеньки, только тогда бежал «от», а сейчас «к». Вспомнил неудачное приземление, вывихнутую ногу, ушибленное плечо и сбавил темп. Не хватало еще сейчас расшибиться по пути. Входную дверь открыл с удара ноги. Повернул за угол, и со всех ног побежал в сторону храма. Когда почти добежал до конца здания и приготовился выскочить с поднятым карабином, его резко дернули за плечо и повалили на землю. Начал брыкаться, пытаясь встать, но чье-то колено придавило к земле, выбив дыхание. Сайгу вырвали, оцарапав ремнем руку. Потянулся к пистолету в кобуре, но человек над ним предугадал движение, вывернув Саше руку, и выкинув пистолет в сторону.
— Тихо, ты блин, не рыпайся. — Шёпотом сказали над самым ухом.
— Я вас, блять, всех завалю, твари! Суки! — Закричал Князев и тут же получил кляп в рот.
— Да не ори ты, дебил. Всех выдашь! — Повторил голос.
Только сейчас смог различить, что над ним не один из фанатиков, а крепкий мужчина в форме, балаклаве и боевой разгрузке. Мужчина умело стянул руки стяжкой, повторив тоже самое с ногами.
— Посиди пока тихо. Тимур? — Мужчина обратился к кому-то за спиной Князева.
— Да.
— Присмотри за ним, что бы не натворил ничего. Прикрывай тыл. — Боец чуть склонил голову к микрофону гарнитуры на плече. — Все на позициях? — Прислушался, принимая ответы в наушник, затем опять нажал кнопку связи. — Начинаем.
Рядом опустился невысокий и худощавый парень без маски, сжимающий в руках автомат Калашникова. На вид едва за двадцать. На лице — страх и неуверенность.
Мужчина в маске прижался к стене здания, осмотрелся по сторонам, поднял вверх руку и коротко махнул. Князев увидел, как из кустов показались еще двое в такой же форме и балаклавах. Они двигались синхронно и плавно, словно плыли над землей. Буквально через минуту к стану фанатиков уже приближалось шесть человек, скрываясь в тени от света костров. Послышались сухие звуки одиночных выстрелов, крики и предсмертные вопли.
— Слышь, пацан, стяжку ослабь, рук не чувствую. — Сказал Саша, протянув сидящему рядом руки.
Парнишка неуверенно подошел ближе, и потянулся вперед.
Схватил его за руки и дернул на себя. Парень весил не больше шестидесяти килограмм, сдернуть его с ног не составило труда. Подавшись вперед, встретил его ударом головы в лицо. Парнишка крякнул и упал рядом, потеряв сознание. По лбу Князева потекло что-то теплое. Подтянул руки к лицу и перегрыз пластиковый хомут. Зубы отозвались болью, забил, главное — освободится. Вызволив руки, наклонился к ногам, но стяжка на рывки не реагировала, дотянуться зубами не позволяла пластичность. Повалился на бок, и, обыскав карманы бессознательного парня, нащупал складной нож. Всё, свободен. Свою Сайгу искать не стал, в темноте плохо видно. Схватил автомат, лежащий рядом на земле и побежал в сторону перестрелки. На ходу протер лицо от горячей липкой жидкости. Кровь, только не ясно его или того
