сюрприз, может составишь компанию за ланчем?
— С удовольствием, — улыбнулась я.
— Ура, — и мужчина оживленно начал сгребать все бумаги в сторону для обеденной зоны, часть роняя на пол.
Взгляд упал на зелёную папку, которая шлепнулась прямо у моих ног. Аккуратно присела, чтобы поднять. "Личные дела сотрудников" — прочла крупный шрифт.
— Запросил вчера у кадров. Не смотрел ещё. Хотел проверить косяки. Не идёт у Марата последнее полугодие. Почти свыше миллиона где-то весит. Решил проверить зарплатный фонд сам.
— Как всё сложно у тебя тут, — покачала я головой и положила папку на край стола.
Обед мы заказали в ближайшем ресторане, и уже через час душераздирающие запахи блюд заставляли выделяться слюнки в тройном объеме.
— Гера, я требую, чтобы ты выкроил себе хотя бы денёк на отдых, — смотрела на него скорее жалобно, чем настойчиво. — Я помню, что значит работать без отдыха, ты свалишься в нервном срыве.
— До конца этой недели потерпеть осталось, родная. И всё. Клянусь. В понедельник приезжает… этот самый…
— Гендиректор, — подсказала. Его мозг с языком уже явно в ссоре.
— Да. Я ввожу его в курс — и вуаля. Фирма под его руководством на наших акциях, а я больше не ломаю голову со всей этой головоломкой.
— Самое главное, чтобы гендиректор дельным оказался.
— Я его когтями вырывал у других бизнесменов. Почти лям в него вбухал.
Закончив ланч, собралась уходить. Гера поймал у дверей и напевно промурлыкал мне в ухо:
— Придёшь сегодня ко мне вечером?
— Гера, я на восьмом месяце…
— Я помню, и поэтому уже месяц тебя не трогаю. Но, если лишишь ещё и поцелуев, точно помру.
— Я приду в десять, — сладостно проворковала и томно поцеловала в губы. — Не опаздывай.
— В девять буду, как штык, — сжал крепко-прекрепко и чмокнул в щеку.
Вышла из его кабинета, улыбаясь.
Но муж не появился ни вечером, ни утром, а телефон резко замолчал.
Герман.
Был счастлив увидеть её посреди моего рабочего катаклизма. Эти пара часов с женой смогли напомнить мне, что я — человек, а не раб.
Взяв на себя управление фирмой, понял, что около полугода до своей смерти брат вообще не заботился о семейном бизнесе. Он забросил все отчетности, не заключал никаких договоров, а все ведущие компании в Москве и в других городах отказались с ним сотрудничать. Сослаться на траур по отцу не получалось, так как фирма пошла на спад ещё при жизни папы. Марата я знал достаточно, чтобы не сомневаться в его компетентности. Что с тобой творилось эти полгода? Депрессия?
Брат давно жил обособленно от нас и наоборот ратовал за такое существование. Отца он любил наравне со мной, с сестрой и мамой был даже в более хороших отношениях, чем я. И вроде всё. Господи, я больше тридцати лет прожил, называясь его братом, но абсолютно ничего о нём не знаю! Была ли у него любовь? То, что он периодически трахал Лику, знал и категорически не одобрял этого. В остальном — тёмный лес и густые заросли.
Жаль, что всё это стало волновать меня только сейчас, когда его больше нет. Капкан скорби вновь сдавил грудь, и я откинулся на стуле, чтобы вдохнуть воздуха.
Время перевалило за шесть. Секретарша, уставшая извиняться за казус с Викой, расстроенная сообщила, что уходит домой. Да, рабочий день простых людей подошёл к концу. У меня же ещё есть пара часов до домашнего свидания с женой.
Взгляд упал на зелёную папку с делами всех сотрудников. Точно, этим и займусь.
Поехали. Фото, резюме, заслуги, договора о принятии на работу, у кого-то об увольнении. Зарплатный отчёт по каждому. Табель, ставка, отработанные часы, больничные листы, прогулы, штрафы.
От количества цифр голова начала разбухать, пока внезапно не сдулась от следующего личного дела.
Да ладно, не может быть! Потёр глаза, решив, что ослеп. Нет, всё верно! Я не ошибся. Вот это поворот.
Быстро набрал Ярослава — не доступен. Чёрт! Сфотографировал на телефон и попытался отправить в мессенджере. Хрен вам! Ярослав — динозавр.
Но он должен это увидеть и как можно быстрей. Соскочил со своего места. Сунул папку в сумку и помчался к выходу.
В приёмной было уже темно. На кой черт, это глупая секретарша выключает свет, если я ещё здесь?! Искать выключатель нет времени, потому разблокировал экран телефона, подсвечивая себе путь. Вышел в коридор. Стук от подошв моих ботинок эхом ударялся в стены, пока шёл к лифтам. Зал айтишников тоже уже опустел.
Достигнув лифта, вызвал кабину. Где-то в глубине, среди столов услышал чьё-то явное присутствие.
— Эй? Кто здесь ещё?! — крикнул грозно. Нечего тут торчать, если рабочий день давно закончился. Без ответа, но ощущение меня так и не покинуло. Пойду проверю, не хватало ещё грабителей или хакеров.
Твёрдым шагом вернулся в зал. Кому прикалывает здесь сидеть в темноте? Нашёл выключатель. Щелкнул. Не работает?!
— Хрень! — прорычал я.
Всё дальнейшее произошло мгновенно. Сильная рука схватила за волосы и вписала меня головой в стену. В глазах мгновенно поплыло. Попытался ударить невидимого противника в ответ. Кажется попал. Звук боли и шипение. Вернуть себя из нокаута не успел — новый болезненный удар в переносицу. Кровь закропила на пол.
В шею что-то вонзилось, парализовав болью и горючая смесь поползла по венам.
— Падла! — прохрипел я, снова выбрасывая перед собой кулаки. Различил тёмный силуэт в капюшоне. Хоть немного, но я тебя достану. Следующий удар в лицо отправил сознание в темноту.
В петле
Ярослав
Слезы Виктории в трубке телефона сорвали меня из главка сразу же как ступил за порог.
В похищение Германа я поверил не сразу. Только оказавшись на месте вынужден был согласиться с версией Вики. Следы крови на полу и стене, а так же картинка с камер видеонаблюдения, где темная фигура нападает на нашего Германа и вырубает его.
Супругу Бермуда настоятельно отправил домой, поручив её одному из оперативников, а сам погрузился в основы следствия.
— Куда ведет лифт? — глянул на охранника. — В подземный паркинг?
— Да.
— Дайте картинку с тех камер.
Мужчина виртуозно вывел изображение на экран. Гера, словно вдрызг пьяный покоится на плече личности в капюшоне. Тушку Бермуда запихивают в иномарку, силуэт которой разглядеть довольно сложно.
— Мазерати, — вдруг осведомил охранник.
— Уверен?
— Точно. Моя несбыточная мечта, я её со всех ракурсов выучил, — слегка хохотнул.
Если ты прав, то спасенный Герман тебе самолично потом такую же подарит. Только марка тачки мне мало помогала, без номеров я слеп, как крот.
— Верни ту
