– Зеленый – цвет хлорофилла, образующегося при воздействии света на растительность. По всей видимости, у них на планете есть растения.
– Еще меня поражает тот факт, что у нее такие же длинные волосы и прическа, как и у наших женщин! Как вы это прокомментируете, господа?
– Прической она обязана рукам. Если бы у львов были руки, они, наверное, тоже стягивали бы гривы в конский хвост или пучок!
Эта шутка позабавила как ведущего, так и приглашенных в студию ученых.
– А почему она говорит по-французски? Кто бы что ни говорил, но тот факт, что инопланетянка общается на типично земном языке, соблюдая все правила грамматики и синтаксиса, не может не вызывать удивления.
– По ее собственным словам, они располагают аппаратурой, позволяющей перехватывать радиоволны с нашей планеты. Вероятно, они случайно поймали передачу на французском – этого было достаточно, чтобы решить, что этот язык для нас единственный, и выучить его!
– Услышав незнакомый нам инопланетный язык, мы тоже могли бы разложить его на составляющие, проанализировать грамматику и синтаксис, а затем воспроизвести не хуже родного. Даже не догадываясь о том, что для обитающих рядом с нами инопланетян этот самый язык является не более чем местечковым диалектом.
– Я целиком и полностью согласен с доводами моих коллег, – подтвердил третий ученый, – и поэтому думаю, что свое имя, Эмма Стодевять, она услышала в одной из передач французского телевидения.
– И как теперь для нее будут развиваться события, господа?
– На мой взгляд, вскоре она отправится в Соединенные Штаты, соберет в ООН представителей всех государств и прочитает перед ними доклад.
– Лучшего приема для гостьи с далекой планеты и желать нечего, – одобрил эту мысль другой научный деятель.
Президент Станислас Друэн взял пульт, нажал кнопку и выключил телевизор. Затем наклонился к переговорному устройству:
– Соедините меня с полковником Овиц. Срочно.
– Она не отвечает, – ответил ему голос секретарши.
– Как это?!! На глазах у всей планеты Эмче в праймтайм дает интервью CNN и выдает себя за инопланетянку, а она, видите ли, не отвечает! Надеюсь, это шутка. Вызовите Бенедикт.
В кабинет с бесстрастным лицом вошла пожилая седовласая женщина в очках и строгом костюме. Она уже была в курсе происходящего.
– Мне кажется, что всему виной их вчерашний успех.
Полковник Овиц говорила, что они собираются устроить грандиозный праздник, чтобы расслабиться и…
– Мир вот-вот встанет на уши, а те, кто устроил весь этот переполох, ударились в загул!
Бенедикт бросила взгляд на часы:
– Думаю, сейчас они спят без задних ног, а полковник Овиц, должно быть, отключила все телефоны, смартфоны и прочие средства связи. – Женщина сняла очки. – Ситуация требует срочного вмешательства. Нужно не искать виновных, а преодолевать кризис. Ваш самолет в Нью-Йорк готов.
Президент в изумлении посмотрел на нее.
– Учитывая, как развиваются события, я подумала, что реагировать нужно быстро. Я попросила приготовить самолет, чтобы вы могли успеть… к официальному выступлению мадемуазель Стодевять в ООН, которое состоится через несколько часов.
– Как вы ее назвали? Мадемуазель Стодевять?
Президент встал и стал мерить шагами кабинет. Кристаллы кокаина, горячей волной ударившие по нейронам, усилили его возбуждение.
– А что об этом думают министры?
– Министр науки полагает, что нет повода терять голову. Это просто шумиха в прессе. Пыль уляжется так же быстро, как и поднялась. Подобно Розуэллу и прочим историям с НЛО, все это интересует только юнцов, свихнувшихся на компьютерах и прочей дребедени, да уфологов. – Бенедикт надела свои очки в массивной оправе. – Министр обороны полагает, что мы не должны брать на себя ответственность за диверсии на иранских ядерных объектах, в противном случае у нас могут возникнуть проблемы дипломатического характера. Он боится, как бы Эмма-109 не наговорила лишнего, и предлагает послать агента, чтобы тот помешал ей разгласить информацию, способную навредить внешнеполитическому ведомству.
– Речь идет о ее… устранении? – Президент мысленно оценил подобную возможность. – Это очень упростило бы ситуацию.
– Боюсь, уже слишком поздно. Она постоянно находится под наблюдением. – Секретарша еще раз перечитала свои заметки и продолжила: – А если нашего агента поймают, мы прослывем убийцами мирных инопланетян. Что крайне отрицательно скажется на нашем имидже.
– А что об этом думаете вы, Бенедикт?
– Мне кажется, в случившемся есть и положительные стороны. Если инопланетяне говорят на нашем языке, он может снова войти в моду.
– Какое счастье, Бенедикт, что у меня есть вы. По крайней мере, вы более дальновидны, чем министр культуры.
– Напомню, что он очень озабочен обвинениями в педофилии. Судебный процесс не за горами, и ему явно не до того, какое влияние появление инопланетян окажет на франкоязычный мир. Он думает только о том, как бы не оказаться за решеткой.
– Каков идиот! Говорил же я ему – до выборов сидеть тихо и не высовываться, так нет же, он усыновил двух четырнадцатилетних бирманских мальчиков, да к тому же стал позировать вместе с ними перед фотографами! А когда я ему об этом сказал, ответил, что его предшественник был ничем не лучше. И откуда у меня только взялась эта команда жалких неудачников! Что еще, Бенедикт?
– Министр по делам женщин считает, что, если инопланетяне отправили в полет продолжительностью несколько световых лет первопроходца-женщину, значит, у них прекрасный пол может выполнять задачи, которые у нас традиционно возлагаются на мужчин.
– Что вы говорите! Она что, тоже во все это поверила?
– Не забывайте, что в курсе происходящего только вы, министр обороны и я, – напомнила Бенедикт, поправляя седые волосы.
Президент рухнул в большое кожаное кресло:
– Боже мой, вот невезение! И как раз когда мы добились успеха!
– Если позволите, на мой взгляд, все не так уж и плохо.
Помимо положительного имиджа франкоязычного мира (я даже придумала слоган: «Французский – идеальный язык для путешествий к границам Вселенной»), не забывайте и о том, что Эмма-109 появилась на свет в государственной лаборатории, которую финансировали вы. В определенном смысле, она является госслужащим и обязана нам подчиняться.
Президент поднялся и вновь стал нарезать круги по комнате:
– Кто еще в курсе?
– Американцы, которых вы поставили в известность, и израильтяне, предоставившие в наше распоряжение летающие тарелки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
