Вездеход почти не замело, дверца радостно чмокнула, впуская хозяев, и оба быстро, не разговаривая, забрались внутрь.
Раевский думал, зачем Карлсон привёз его сюда. Всё было сделано специально — разыграть инспектора, приехавшего из тепла? Не верил же Карлсон во всё это?
Но откуда было это чувство ненависти и сменившее его пьянящее детское чувство восторга?
Они ведь были — но как с этим связаны обычные ледышки? Или сумасшедший гляциолог показал им забавные фокусы, а они испугались, как дети, лишь от одного его загадочного вида…
Нет, Карлсон всё знал, но всё равно ему явно было не по себе.
Сейчас казалось, что он был просто наркоманом, одиноким печальным наркоманом, который где-то достал ароматических палочек, вызывающих видения — Раевский где-то читал об этих палочках, которые были только похожи на ароматические.
.
Но оставались ещё покойный Стаховский, странное взбудораженное состояние людей на станции и собственные сомнения. Время текло, настроение портилось.
Через несколько дней они собрались снова заехать в немецкий скит, и Карлсон даже сходил в столовую за хлебом.
Но тут к ним в офис заглянул один из операторов ледового резака.
Он рассказал, что Сумасшедшего Немца нашли замёрзшим около его дома. Приятель оператора, вертолётчик, нашедший труп, подивился предсмертной записи на диктофоне. Оператор смеясь, как над анекдотом, передал, что ученый обещал смерть всему человечеству, — но странным образом.
— «За вами придут все, кого вы любили», — вот что записал старикан перед смертью. Так это ж хорошо, — недоумевал оператор. — Те, кого мы любили… Нет, вы что-нибудь понимаете?
«Кажется, понимаю. Нет, вдруг всё взаправду?», — подумал Раевский и представил, как раз за разом будет высвобождаться память льда. Вдруг хмурый Карлсон просто решил поделиться своим страхом, чтобы не нести его за пазухой?
В этот день осколок ледяного купола отправлялся в плавание к австралийскому берегу.
Пора было и Раевскому лететь отсюда.
Перед отлётом он пошёл на берег и принялся смотреть на гигантский айсберг, что сполз в океан и был облеплен вертолётами, как мухами.
Вот сейчас он дрогнет и начнёт движение на север. Впрочем, здесь действительно везде север.
— Ни грамма не пропадёт, — вдруг хлопнул его по плечу кто-то из инженеров в оранжевых касках. — Ни грамма! И тут же убежал куда-то, скрылся за спинами точно таких же людей в оранжевых комбинезонах.
Что будет потом — он постарался не думать.
Немец со смешной фамилией Маркс так испугался этого, перелистывая свою ледяную библиотеку, что ушёл из жизни. Он давно всё понял.
А вот Раевский начал бояться только сейчас.
В любом случае, любопытство убило страх перед будущим.
Интересно посмотреть на этот мир, а там будь что будет.
Раевский представлял, как начинает таять гигантский айсберг, приближаясь к тёплым странам.
Осталось совсем немного.
Как он будет наполнять мир всем тем, во что верили миллионы людей — сначала это будут кумиры в платьях с блёстками, потом святые, а потом…
Как он будет высвобождать образ за образом, видение за видением.
А потом и весь континент понемногу стает, вернув людям прошлое.
И, чтобы два раза не вставать — автор ценит, когда ему указывают на ошибки и опечатки.
Извините, если кого обидел.
29 июня 2015
История про то, что два раза не вставать (2015-07-01)
Скажу ещё раз:
Меня вот что всегда поражало — как часто люди в качестве оценки говорят: «Меня блевать тянет» и все такое. По мне, так рвотные позывы нужно скрывать, тошниться в кустиках подальше, а не публично демонстрировать оные.
Меж тем, даже изысканные дамы описывают через рвоту все, что угодно.
Извините, если кого обидел.
01 июля 2015
История про то, что два раза не вставать (2015-07-02)
Дело в дом, что нужно сидеть достаточно долго. Некоторые видят желаемое только к пенсии, в половодье, когда бурный поток воды подточит деревенское кладбище и соседи пустятся в неожиданное плавание.
Извините, если кого обидел.
02 июля 2015
История про то, что два раза не вставать (2015-07-05)
Есть стыдные глупости и нестыдные глупости.
Вот если Татьяна Ларина спьяну дала Зарецкому, то это не стыдно.
А вот когда Онегин читает Татьяне нравоучительную лекцию и упивается своим благородством — это стыдно.
Извините, если кого обидел.
05 июля 2015
История про то, что два раза не вставать (2015-07-06)
Героиня неоконченного романа Пушкина и Анна Каренина видят одно и то же — мужчину, который так легко ломает их жизнь, который принципиально легкомыслен.
Теперь я говорю о философии легкомыслия, потому что «Анна Каренина» — роман о двух нравственностях, игра в кошки-мышки, когда мышку — женщину — не пропускают, а кошку — мужчину — с удовольствием пропускают, ласково.
Шкловский В. Энергия заблуждения: книга о сюжете Тетива: о несходстве сходного — М.: Художественная литература, 1983. С. 327.
Извините, если кого обидел.
06 июля 2015
История про то, что два раза не вставать (2015-07-11)
Жизнь не густа, а война состоит из большого взаимного неумения — так писал Шкловский.
А ещё он написал повесть Zoo или Письма не о любви, которую неправильно называют "Зоо", а надо бы "Цоо" — потому что действие происходит в Берлине.
Извините, если кого обидел.
11 июля 2015
Царь рыб (День рыбака. Второе воскресенье июля) (2015-07-13)
— Вот ты знаешь, рыбу выбрать — это как жену выбрать, — Шеврутов хитро поглядел на меня и положил перед собой судака.
Хрустнули кости, и судачья голова отлетела с разделочной доски.
— Ты можешь выбрать себе геморрой, а можешь земное счастье, и никто не знает, что для кого счастье, а что геморрой. А можешь выбрать снулую рыбу, пустую и никчемную, можешь получить от судьбы ледяную рыбу, прозрачную гостью южных морей. Тебе скажу, как аквариумист со стажем, что правил общих нет.
Над нами действительно высились железные стеллажи со снующими рыбками. Стучали компрессоры на балконе, в воде что-то булькало, и даже, кажется, кто-то бил хвостом.
Шеврутов любил рыб, и сам понемногу становился рыбой. Он ел рыб, разводил рыб, кормил рыб и жил рыбами. Тайными тропами к нему приезжали люди за редкостями, с ненадёжными людьми встречались посредники.
Он давно стал тайным магистром ордена аквариумистов.
Я
