кс-с-стати, где он?! Почему его здесь нет?! Ты же к нему так рвалас-с-сь сюда?! Кому ты чуж-ж-жая?! Мне?! Или Бумеру?! А караванщ-щ-щики?! А Грас-с-с и остальные?! Раз-з-зве могут те, кому ты помогла, кого спас-с-сла, сказ-з-зать, что ты им чуж-ж-жая?!
Как же всё меняется. Вот только я хохотала, а теперь реву белугой. Но Макс не угомонился:
– У тебя ведь и дом уже ес-с-сть, стоит только предъявить это завещ-щ-щание. Кари, опомнис-с-сь! Куда уходить?! З-з-зачем?! Твои родные давно похоронили тебя, с-с-сама же говорила. Твой дом здес-с-сь! Здес-с-сь, на Окатане!
Бумер вскарабкался, цепляясь удлинёнными пальцами, ко мне на колени и, громко скуля, принялся вылизывать лицо, руки, легонько прикусывать за нос, выражая свою любовь и бесконечную преданность. Я стиснула щенка и уткнулась в густую шерсть.
– Вс-с-сё, хватит реветь, – ангалин облокотился на мои колени. – Прос-с-сти… Я опять не с-с-сдержался. Нам с-с-сидеть здесь ещ-щ-щё долго, вс-с-ся зима впереди.
Я хлюпнула носом и крепче стиснула волчонка.
– Я сейчас-с-с за добром с-с-своим сплаваю, припрятал тут неподалёку, и на охоту, а то у тебя с едой не гус-с-сто.
– Дайк нам кое-что подкидывал…
Он усмехнулся:
– Потом расскажеш-ш-шь, времени у нас-с-с много. Я только хочу спрос-с-сить… а где кольцо?
Я рефлекторно глянула на руку. По кольцу я скучала. Настолько привыкла к нему, что поначалу очень сильно ощущала, что его нет.
– Как оказалось, колечко это не простое. Помнишь, там надпись была?
Макс кивнул:
– Да, какое-то имя…
– Это кольцо матери Дайка.
Ангалин присвистнул:
– Вот оно как!
– Дайку и его деду очень нужно знать, как оно попало к тебе. Они думают, что это ангалины потопили тот корабль… Отец, мать и сестра Дайка были там.
Макс замотал головой в стороны, закатывая глаза:
– Не-е-ет! Мы не топили! И хоть это было очень давно, я прекрас-с-сно всё помню. Эта женщ-щ-щина с-с-сама отдала мне кольцо. Я её маленькую дочку вытащ-щ-щил, когда ш-ш-шхуну волной накрыло. Ш-ш-шторм с-с-сильный был, а там появилос-с-сь нес-с-сколько плавучих ос-с-стровов, вот они и не ус-с-спели отвернуть. Мы были довольно далеко от корабля и пока доплыли, многие утонули. Братья не пус-с-скали, в такие дела мы не вмеш-ш-шиваемс-с-ся, но там были дети, я и не выдерж-ж-жал, поплыл. А то, что во вс-с-сех бедах в море ангалины виноваты, так… – и он отмахнулся, – мы давно привыкли. Никто не топил тот корабль.
– А потом? Что потом было?
– Все, кто с-с-спасся, ос-с-стались на одном из островов. Этим путём много кораблей ходит, их долж-ж-жны были подобрать после ш-ш-шторма. Когда девочку привели в чувс-с-ства, её мать заш-ш-шла в воду и протянула мне кольцо. Почему я долж-ж-жен был отказ-з-затьс-с-ся?
– Нет, Макс, дело не в этом! Просто из-за кольца мы поссорились, и я вернула его Дайку, ведь это память о его маме и младшей сестрёнке.
Макс пожал плечами:
– Ну вернула и вернула. Но было так приятно, что ты носиш-ш-шь мой подарок.
Я вытерла мокрые глаза и погладила бархатистую чешую:
– Мне тоже нравилось его носить.
Он хитро улыбнулся и подмигнул:
– Вс-с-сё, успокойс-с-ся… Я скоро вернус-с-сь, – и, лизнув меня в нос, выскочил из дома и быстро побежал вниз по склону, смешно вертя задом.
Вернулись старые добрые времена. Вспомнился Банкор, «Тихий островок» и комната на первом этаже… Улыбающийся в бороду Крианн, Гарри, Марэна, Гун… И Макс точно так же уплывал на охоту, а потом возвращался…
А теперь у нас целый дом! И можно так не опасаться лишних глаз и ушей, а тут ещё и пещеры, склад оружия и какие-то ходы в скалистый берег. Нужно ехать в город и предъявлять завещание! Не знаю, что будет дальше и как, но Тухлый дом я хочу. Это моё наследство в полном смысле этого слова!
Пока я занималась своим хозяйством, навьючив Тучку, ездила за водой и прибиралась в доме, мысли то и дело возвращались к Максу: «Он нашёл меня! Нашёл! И хотя я вполне научилась выживать одна в этом мире, но присутствие близкого друга очень успокаивало. Когда рядом есть кто-то, кто может поддержать и помочь, – это такое счастье! Как жаль, что Дайк повёл себя совсем не так, как я ожидала. Надо всё равно пытаться наладить отношения, мне же так много нужно у него спросить. Захочет ли он проводить меня на Кифов нос? Может, хоть подробную дорогу расскажет? Почему он не поверил мне? Никак не могу понять! Макс же поверил и притом практически сразу!»
Мой ангалинчик появился на закате. Он был в доспехах, знакомые парные мечи на спине, поверх заплечная сумка, а в зубах и в хвосте он нёс две крупные рыбины. Бумер, учуяв свежатину, радостно кинулся ему навстречу.
– У меня тож-ж-же ес-с-сть подарок для тебя. Помниш-ш-шь? – он снял сумку, раскрыл и достал мешочек.
Я уже догадалась, что там может быть, но, дёрнув завязки, чуть не задохнулась. Это было ожерелье из синего жемчуга. Идеальные, крупные жемчужины постепенно уменьшались и менялись в цвете по мере приближения к металлической застёжке, и у самого крючочка жемчуг был уже не синий, а голубой. В центре же большой, пронзительно-небесной каплей свисала идеальная жемчужина вытянутой формы. Вот это подарок! Только за одну синюю жемчужину можно выручить целое состояние, а тут ожерелье и такое прекрасное! Видя мой восторг, Макс улыбнулся и, взяв у меня это чудо, сказал:
– Повернис-с-сь и придерж-ж-жи одну половину.
Когда мы вместе застегнули его на моей шее, я подошла к зеркалу. Голос в голове тихо произнёс:
– Подарок достойный богини…
Я хмыкнула. Ожерелье, в сочетании с моими глазами и платиновыми волосами, выглядело сногсшибательно. Тан продолжал шептать в ухо:
– А если ещё и платье соответствующее, то… – и вздохнул так чувственно, что я начала краснеть.
Я обернулась к Максу. Он смотрел на меня и по длинному телу бегали яркие сиреневые молнии. Отступив на шаг, он поклонился.
– Макс, не надо…
– Моя ш-ш-шаари… – прошипел он. – Сын Великого Ангалина Рекс-с-са принадлеж-ж-жит тебе.
Если честно, то я разозлилась. Он повёл себя так, будто я королева, а он подданный или раб. Я быстро расстегнула застёжку и сдёрнула небесную красоту с шеи.
– Не смей так больше делать! Я тебе не хозяйка, я никто здесь! Принц – это ты!
Свечение исчезло и, прыгнув, он повалил меня на кровать, улыбаясь потрясающей широкой ухмылкой и ехидно глядя прямо в глаза.
– Я з-з-знал, что тебе это не понравитс-с-ся, но не выдерж-ж-жал, мне та-а-ак захотелос-с-сь!
Злость улетучилась в три секунды. Я обняла его и чмокнула между ноздрей:
– Спасибо! Это прекрасный подарок! Только ты же
