него.
Дарен обхватил пальцами мой подбородок и поднял голову, чтобы я посмотрела на него.
– Ты не можешь сопротивляться мне, как и я не могу сопротивляться тебе. Ты боишься воды… – Он блуждал взглядом по моему лицу, словно хотел запомнить каждую черточку. – Я думаю, что ты на самом деле наследница Огня.
Весь мир, все, чем я жила и что чувствовала, перевернулось с ног на голову.
Он взял мое лицо в обе руки и прижался губами к моей макушке, пока я стояла там, никак не реагируя. Он медленно улыбнулся, коснувшись большим пальцем ямки между верхней губой и носом.
– Это называется «линией молчания», – сказал он. – Когда человек рождается, ангелы прижимают сюда палец, чтобы он забыл о своей прошлой жизни. – Я не понимала, о чем он говорит, зачем это говорит. Мои пальцы будто сами собой дотронулись до небольшой впадинки над губой. – Сейчас я заставлю тебя забыть обо всем. Я должен заставить тебя забыть, потому что хочу защитить. Потому что ты должна сама найти путь. Найти меня.
– А что, если не смогу? – рефлекторно спросила я.
– Тогда я буду неправ, – печально сказал он. – Тогда один из нас погибнет в этой войне. – Он снова взял мое лицо в ладони. – Я возвел вокруг тебя успокаивающий щит, чтобы ты спокойно выслушала меня. Я знаю, что если бы не сделал этого, то ты не стала бы слушать меня, не поверила бы мне. Тебе будет нелегко меня простить, ты захочешь избавиться от всех мыслей обо мне, ото всех следов, что я оставил на тебе. Поэтому я спрячу их, а когда ты придешь в себя, то подумаешь, что я их уничтожил.
Я чувствовала себя лучше, чем когда-либо прежде. Живой и здоровой. Не просто хорошо, а даже отлично. Но как будто не по-настоящему.
– Я смогу вынести твою ненависть, но страшно боюсь того, что ты полюбишь его. – Он снова поцеловал меня. На вкус он был похож на лес, полный жизни. Мои губы шептали для него собственную песнь. – Я буду ждать тебя, моя безумная девочка, – прошептал он, – столько, сколько потребуется.
Языки пламени затанцевали вокруг нас. Он закрыл глаза и прошептал какие-то слова. В последний раз приблизился ко мне и прижался губами к линии молчания – ямке между носом и губами. Я почувствовала холод его металлического кольца, а спустя секунду его уже не было.
Я открыла глаза в оцепенении, как будто только что очнулась. Невольно потянулась к холодной щеке и вздрогнула, хотя ничего не произошло.
Чертов Дарен.
Небо мне свидетель, я заставлю его заплатить за все, что он сделал.
Я подбежала к зеркалу. Он бессовестно заявил, что не оставит на мне никаких следов. Он забрал все! Придурок. Да кем он себя возомнил?! Я проверила все свои метки в отражении зеркала, но на коже не осталось никаких следов, кроме тех, что сделали лесной дух и Арын.
– Лала! – изо всех сил позвала я маленькую фею.
– Ты в порядке, Нова?
– А ты в порядке? – спросила я, подбегая к ней через всю комнату. – Этот придурок не причинил тебе вреда, верно?
– Нет, – ответила она. – Я была на кухне, он тебе что-нибудь сделал?
– Все то же самое … – сказала я, закатив глаза. – Он не позволит нам навредить Элементалю, теперь я сама по себе, и он также забрал метки, которые нанес мне. Арын лжец и бла-бла-бла. Будто он образец честности. Демон.
– Отдохни немного, – сказала Лала. – Ты сегодня переутомилась.
– Мне стало легче, когда я накричала на этого дьявола. Чувствую себя как никогда сильной, но мне лучше поспать.
– Я приготовлю кашу, тебе надо хоть что-то поесть. Давай, ложись.
Я кивнула и забралась в постель. Я была полна абсолютной энергии и энтузиазма. Чувствовала себя невероятно сильной. Эти глупцы Дарен и Айзер получат по заслугам, вместе со всем Элементалем. Я собиралась атаковать их в самый неожиданный момент, чтобы они пожалели о том, что встретили меня. Он заплатит за каждую секунду, потраченную на то, чтобы дразнить меня.
Я скользнула было пальцами по потрескавшимся губам, но с удивлением обнаружила нежную кожу. Ямка над верхней губой внезапно зачесалась, и я прижала большой палец к этой линии, а затем закрыла глаза.
Глава 21. Святые и благословенные
Большие железные ворота были опущены, а окружавшие башню высокие стены не допускали вторжения посторонних. Вымпелов, которые обычно развевались над дворцами, не было. Башня была глазами всех дворцов, всех королевств. Но сейчас здесь не осталось никого, кроме нас с Арыном, нескольких фей-помощниц, парочки эльфинов и двух стражей. В тот день, когда стражников выдворили из башни, к нам пришли двое Неверных и сказали, что хотят служить Арыну. По их словам, было несколько групп, которые ничего не могли сделать, потому что боялись Амона, но поддерживали Арына. Хоть Арын и принял их, но дал понять, что не позволит им стать доносчиками. За то время, что я его знала, Арын всегда вел себя благородно в отличие от остальных лордов.
Я не успевала следить за восходом и заходом солнца. Я перебирала исписанные рукописные черновики, наброски и карандаши, которые вызывали улыбку на моем лице. Последние алые отблески солнца заливали деревянный стол и страницы.
– Опять изматываешь себя.
– И это говоришь мне ты… – ответила я, не поднимая глаз на Лорда Воды, который окликнул меня из угла зала. Если он не находился рядом со мной, то проводил каждую минуту за чтением, а некоторые книги он почти не выпускал из рук.
– Я бессмертный лорд, – сказал он. Я услышала, как он встал и начал приближаться ко мне. – Но твой цикл еще не завершен. Ты чувствительна, как и человек.
– Люди не настолько чувствительны. – Я рассмеялась, пошевелив плечами, и невольно зевнула. Но я прекрасно понимала, что он имеет в виду. Пока метка не проявится, я не стану одной из них, – больная тема, о которой никто из нас не любил говорить.
Я не сомневалась в том, что моя метка существует, просто каким-то образом скрыта, но Арын с мрачным выражением лица раскрыл мне истинную правду. Моя метка на самом деле не была скрыта. Ее забрали. В Элементале ни у одного лорда не хватило бы силы, чтобы скрыть сигил наследника, – для этого требовалась мощь из другого измерения. И Элементаль не позволил бы им забрать мою силу, даже если бы кто-то того захотел. Это была не просто земля, а место с сердцем и мозгом. Каждое
