Комнату заполнила кирпичная пыль. Роудс сел и выглянул наружу, но существо уже убралось подальше от света. Другие Кусаки на стоянке продолжали выбивать хвостами мерную боевую дробь. Дифин лежала на боку, тяжело дыша. Она понимала, что Кусака пытается перебить лампы. Потом ее будто ударило: двенадцать секунд назад мимо должен был пройти поисковый луч, ведь она не прекращала мысленный отсчет. Так где же он? Если его отключили…
О том, что это означает, думать не хотелось.
— Держись, — лаконично сказал Роудс. — Оно возвращается. — И потянулся к винтовке Тома.
На тесном и темном чердаке Хэммондов заворчал Бегун. Сержант зажег еще одну спичку, поднес к черной как смоль сфере, которую держал в руке, и ничего в ней не увидел, но, когда он встряхнул ее, то подумал, что слышит тихий плеск. Сфера была холодной, будто ее только что вынули из холодильника. Сержант приложил ее ко лбу, потом к щекам, словно это был кусок льда. Бегун поднялся со спального мешка и нервно взвизгнул. Сержант сказал:
— Ну, ну, без капризов. Старина Сержант тебя не…
Дом задрожал. Внизу, лопаясь, оглушительно затрещали доски.
— …бросит, — хрипло закончил он.
Загрохотала мебель — не то падая, не то переворачиваясь. Потом стало тихо. Бегун заскулил и прижался к боку Сержанта. Тот обнял своего лучшего друга. Спичка погасла, но он не пытался зажечь новую — она бы слишком громко чиркнула о коробок.
Затянувшуюся тишину нарушили шаги: кто-то вошел в коридор и остановился под люком.
Люк рывком раскрыли, и шаги возобновились.
Сержант, стискивая в руке черную сферу, начал отползать в глубь чердака.
— Спускайся, — произнес мужской голос. — Спору бери с собой.
Сержант не шевелился. Бегун тихонько заворчал.
— Если у тебя есть фонарь, бросай вниз. — Нетерпеливая пауза. — Ты же не хочешь, чтоб я окончательно взбесился?
Несмотря на техасский выговор, голос звучал как-то странно, в словах чудилась странная дребезжащая нотка, словно в горле у говорившего гнездились гремучие змеи. Потом к ней примешался другой звук: тихий стон агонизирующей собаки.
Сержант швырнул спичечный коробок в люк. Чья-то рука поймала его и смяла.
— А теперь ты. Со спорой.
Он не знал, что незнакомец называет "спорой", но дрожащим голосом прошептал Бегуну:
— Придется спуститься. Ничего не попишешь.
Он протиснулся к люку, Бегун — за ним.
В коридоре смутно виднелся силуэт, судя по росту — силуэт человека. Когда Сержант добрался до нижней ступеньки, чья-то рука вырвала у него сферу так быстро, что боль и проступившую на пальцах кровь он ощутил только через несколько секунд. "Острые у парня ногти, — подумал Сержант. Враз меня раскорябал". Он разглядел, как неизвестный поднял сферу к лицу. На груди у него, там, где полагалось быть только рубахе да телу, что-то шевелилось.
Человек прошептал:
— Е_с_т_ь_.
От того, _к_а_к_ он это произнес, по спине у Сержанта пошли мурашки.
Рука поместила сферу в шевелившуюся на груди незнакомца массу. Сержант услышал, как, принимая ее, щелкнули клыки.
Потом влажная и скользкая, как брюхо многоножки, рука обхватила Сержанта и оторвала от пола, выжав из легких весь воздух. Сержант был слишком ошеломлен, чтобы сопротивляться. Он еще не успел понять, что же происходит, а незнакомец уже шагал к зияющей в полу дыре. Сержант попытался кликнуть Бегуна — и не смог. Тут человек шагнул в дыру, и они полетели. Сержант намочил штаны.
Ноги похитителя самортизировали о дно, и тем не менее Сержанта так встряхнуло, что собственная голова показалась ему мешком битого стекла. Сержант издал сдавленный стон. Человек, чавкая башмаками по слизи, побежал во тьму извилистого тоннеля, унося Сержанта с собой.
52. СДЕЛКА
Хвост чудовища проломил стену и проник в комнату, где обнимались с полом Кёрт Локетт и еще четверо. Полетели кирпичи; один из них попал в светильник на стене у двери, и разбил его вдребезги. Свет погас. Кёрт услышал, как в соседней комнате гулко бухнул винтовочный выстрел. Хвост заметался у него над головой и убрался в кипящем облаке пыли, а Кёрт на полусогнутых, будто огромный краб, опрометью кинулся из комнаты в коридор.
Коридор был забит людьми. В резком свете ламп десятки жителей Инферно и Окраины сгрудились так тесно, что со стороны казалось, будто они сплавились в единое целое. Клубилась пыль, ревели младенцы, да и кое-кто из взрослых мужчин тоже пустил слезу. Кёрт и сам готов был расплакаться. Он пришел сюда за Коди, но кто-то из "Отщепенцев" сказал, что Коди уехал. Кёрт остался дожидаться сына, а потом начался сущий ад. Он отполз от двери, чтобы между ним и зверюгой с колючим хвостом оказалась еще одна стена. Прямо над ухом кто-то заворчал по-испански, однако люди потеснились и дали Кёрту укрыться.
Пол вздыбился. В помещение опять посыпались кирпичи, крики стали громче. Рядом с Кёртом всхлипывала какая-то старуха. Вдруг ее ладони оказались у Кёрта на рукаве и скользнули по руке вниз, к пальцам, в которые она намертво вцепилась. Он заглянул в морщинистое лицо и увидел глаза, застланные пеленой катаракты. Старуха непрерывно раскачивалась. Сидевший рядом с ней мужчина обнял ее за плечи.
Кёрт и Ксавьер Мендоса уставились друг на друга.
— Где Коди? — спросил Мендоса.
— Все еще где-то там.
Старуха горячо заговорила по-испански, и Мендоса принялся ее успокаивать. Палома Хурадо отчаянно пыталась выяснить, что с Риком и Мирандой, но, насколько знал Мендоса, в здании ребята еще не появлялись.
Неподалеку Кёрт увидел притиснутую к стене жирную тушу Стэна Фрэйзера. С него градом катился пот, а в руках был зажат блестящий кольт с большущей рукояткой. Когда здание в очередной раз содрогнулось, Кёрт высвободил руку и подполз к соседу.
— Эй, Фрэйзер! Эта штука тебе нужна?
Белый от страха, одуревший Фрэйзер судорожно втянул воздух. Язык не повиновался ему. Кёрт сказал: "Извини", и вытащил пистолет из толстых, как сосиски, пальцев. Потом он ползком вернулся в комнату, откуда только что сбежал. В стене зияли два пролома величиной с колесо грузовика. Кёрт залег под разбитым окном, взвел курок и стал ждать, чтобы ходячий таран снова показался из дыма. Кёрт отдал бы левое яйцо за глоток "Кентакки джент", но сейчас он не мог позволить нестерпимой жажде завладеть собой — дым расступился, смутно различимая тварь легко выбежала вперед и стегнула хвостом. Хвост обрушился на стену где-то справа от Кёрта, подняв кирпичную бурю. Кёрт начал стрелять и услышал, что две пули отскочили от бронированного тела, зато еще две с порадовавшим его чмоканьем вошли в более мягкие ткани. Монстр махнул хвостом в его сторону. Усаженный шипами шар промелькнул мимо окна и с треском проломил стену соседней комнаты. Пол дрогнул, словно от разрыва бомбы. Кёрт расстрелял два последних патрона, увидел, что из передней лапы монстра брызнула серая жидкость, но тут чудовище снова прянуло в темноту и отступило, с хрустом давя машины.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
