— А почему бы вам не дождаться утра? Или поехать автобусом?
— Я же сказала вам, у меня не было выхода.
— Но это не очень-то конкретно?
— Конкретней мне не хочется говорить.
— А все же…
— Но я же сказала, я не люблю, когда ко мне пристают.
Роберт вновь закурил. Потом, спохватившись, предложил сигарету попутчице. Та, взглянув на него, отрицательно качнула головой.
— Спасибо, я не курю.
— Если вы не курите, так может быть выпьете?
Держа руль одной рукой, Роберт порылся в ящичке, достал оттуда купленную в кафе бутылку виски и поставил ее девушке на колени. В ящичке лежало еще два маленьких стаканчика, и он поставил один рядом с ней на сиденье. Он закрыл ящичек и повернул ручку приемника.
— Нужно было об этом вспомнить раньше, — подумал Роберт. — Но я чувствую себя не в своей тарелке рядом с женщинами.
На удивление, девушка абсолютно спокойно взяла бутылку, открыла ее, затем налила себе в стаканчик и одним глотком выпила его содержимое.
Роберт протянул к ней руку. Она снова наполнила стаканчик, отдала ему бутылку и осушила его во второй раз. Роберт закинул бутылку в ящичек, девушка положила туда стаканчик, и Халинген захлопнул крышку.
Потом она немного вытянулась на сиденье и расстегнула верхнюю пуговицу блузки. На ней была довольно легкомысленная с кружевными вставками одежда, сквозь которую проглядывался лифчик.
Роберт, спохватившись, постарался не отвлекаться от дороги. Теперь от нее пахло не только духами, но и запахом виски. Как раз такая смесь, чтобы вожделенно кружить голову у мужчин.
Роберт сидел рядом с ней. Одну руку он положил на спинку сидения и уже не произносил ни слова. Он только вдыхал аромат, идущий от девушки, который временами доходил до него.
И это его чертовски возбуждало. Он принялся представлять себе эту девушку стоящей посередине спальни в одних только трусиках.
Роберт вздохнул достаточно громко, чтобы девушка это заметила. У нее был такой вид, словно она только что проснулась и понемногу приходит в себя.
— Вас, наверное, поразило, что я так спокойно приняла предложение выпить виски?
— Нет, — покачал головой Роберт. — Меня поразило то, как вы спокойно его выпили.
— А в этом нет ничего зазорного, — поджала губы попутчица. — И, пожалуйста, не смотрите на меня таким взглядом.
— А как я на вас смотрю?
— Все равно, лучше смотрите на дорогу. Я просто вижу, как блестят ваши глаза.
— Это от ветра. Они слезятся.
— Может вы еще начнете рассказывать, что у вас большое горе, и я должна вас утешить?
— Насчет горя, я ничего вам не скажу. А вот насчет утешить…
Роберт хитро принялся ждать, что же на это скажет девушка.
— Так вы хотите, что бы я вас утешила?
Но это было произнесено таким тоном, что сказать «да» было бы равносильно самоубийству.
— Естественно — нет, — твердо сказал Роберт. — Если вы едете к маме, то я еду к другу.
— Вам хорошо, у вас есть друзья?
— У меня даже есть подруги.
— Но я никогда не буду в их числе.
— А я и не предлагаю.
Внезапно девушка привстала, ухватившись руками за ветровое стекло. Ее блузка надулась, как парус от сильного ветра.
— Смотрите, огни! — закричала она, указывая пальцем на самый горизонт. — Это — Мельбурн.
— Вы кричите так, словно увидели землю после долгого плавания в открытом океане?
— Может быть. Знаете, я готова вас расцеловать за то, что увидела Мельбурн.
— Я здесь не причем.
Роберт держался двумя руками за руль.
— Я просто подвез вас.
— Если вы подвезете меня к самому дому, я буду вам очень благодарна.
— С удовольствием, у меня еще масса свободного времени.
— Но приглашать вас к себе я не буду. — Конечно, ведь там мама!
— Да нету у меня никакой мамы в Мельбурне, — внезапно призналась девушка. А с вами я вела себя так, потому что боялась. Я очень боюсь темноты. И виски выпила, чтобы хоть немножко отпустили нервы.
— Неужели я так страшно выгляжу? — спросил Роберт, пытаясь заглянуть в маленькое зеркальце, укрепленное на ветровом стекле.
Но как Роберт не старался, в нем он видел только лицо своей попутчицы.
— Да нет, вы вполне симпатичный мужчина, — ответила она.
Попетляв по ночным улицам Роберт подвез девушку к небольшому двухэтажному дому, на верхнем этаже которого горел свет.
— Вот здесь я живу. Спасибо! — девушка потянулась к карману, чтобы достать кошелек, но Роберт рукой остановил ее.
— Не нужно денег.
— Ну хоть за виски я должна рассчитаться?
— За виски? — задумался Роберт. — Лучше сделаем так.
Он вновь открыл ящичек, достал стаканчик и плеснул на дно виски.
Девушка рассмеялась, с благодарностью приняла стаканчик и быстро выпила.
— Это лучшее путешествие во всей моей жизни, — сказала она и поспешила к дому, сгибаясь под тяжестью чемодана.
— Может вам помочь донести багаж, — крикнул ей Роберт.
— Спасибо, не надо, — не оборачиваясь ответила девушка и взбежала на крыльцо.
Роберт еще несколько минут постоял, как бы давая остыть мотору. Он дождался пока отворится дверь и его попутчица исчезнет в глубине дома.
Глава 32
— Безукоризненно ухоженные ногти президента компании «Харпер Майнинг». — Неожиданный визит мистера Кросби меняет все планы Стэфани Харпер, она заказывает самолет до Мельбурна. — Тереза Макфейл впопыхах не может сообразить, какой образ ей принять. — Радостная встреча. — Деннис узнает, почему раньше он не мог понять свою мать. — Отъезд в Эдем. — Майор Брикс не любит расставаться с деньгами.
Сидней жил своей обычной деловой жизнью.
Зато в самой конторе «Харпер Майнинг» царила приятная прохлада. После слепящей, раскаленной улицы, тут, казалось, было темно. После уличного гама тут было как-то особенно тихо.
В дверь постучали. Стэфани, очнувшись, убрала руки со стола.
— Войдите!
В кабинет вошла секретарша Стэфани Хилари. Она была в белоснежном строгом костюме.
— К вам мистер Кросби, — сказала она.
— Кросби? — попыталась вспомнить Стэфани. Ее взгляд снова скользнул по черным ящичкам. Этой фамилии она не припоминала.
— Ах, да, Хилари, вспомнила. Пригласи, пусть он войдет.
Стэфани встала и пожала руку вошедшему, предложила ему сесть.
Кросби сел лицом к окну, а Стэфани Харпер осталась в тени.
— Я рада вновь видеть вас, мистер Кросби. Что привело вас ко мне на этот раз? Как идут дела в вашей компании?
— Я сейчас к вам не по поводу контракта, — мистер Кросби попробовал встать. Ему было неудобно сидеть в присутствии женщины.
