Читаем без скачивания Я иду искать… Книга вотрая: За други своя! - Олег Верещагин

— Боитесь? — зло спросил мальчишка. Данваны не отреагировали, только тот, сзади, механически приказал:

— Выходи.

Открывавший дверь пошел справа и чуть впереди, указывая путь. Пол под ногами пружинил. Олег пытался разглядеть, что в других камерах — они тянулись по обе стороны коридора — но почему-то не получалось, как он ни сосредотачивался: глаза скользили мимо, а при попытках сфокусировать зрение все расплывалось в цветные пятна. Это было так неприятно, что в конце концов Олег оставил эти попытки.

Броситься на них? Это ничем не хуже…

Крутнувшись на пятке, Олег врезал правой ногой под дых тому, кто вышагивал сзади, перехватил руку с оружием у развернувшегося второго и в полуприсяде отправил через себя, навалился сверху, изо всех сил, в падении, гвозданув локтем по маске. Схватился за рукоять ножа на поясе, но немедленно выпустил — оказавшийся на ногах первый целил в лицо сапогом. Поймав ногу, Олег рванул ее вверх, подсек вторую, рубанул ребром ладони в промежность и еще раз добавил в маску лежащему. Еще год назад он и не подумал бы драться с двумя двухметровыми мужиками, сейчас — получалось, и неплохо. С обоих концов коридора бежали еще данваны. Олег вырвал нож из ножен, задержал на миг дыхание и ударил себя в грудь слева, меж ребер.

… - Неплохо тебя накачали. Ведь еще бы чуть — и зарезался.

Голос принадлежал человеку, стоящему у огромного панорамного окна, занимавшего две трети стены овального кабинета, чем-то похожего на рубку космического корабля из фантастического боевика. Сходство усиливал изогнутый латинской S стол, одну половину которого занижала плотно установленная разнообразная аппаратура, а возле другой стояла кресло с высокой мягкой спинкой. На уровне человеческого лица стену опоясывали висящие картины: эпизоды боев на разных планетах, парады, эскадры в космосе, портрет невероятно красивой женщины, осыпанной драгоценностями, словно искрами звездного света — ее голову венчала корона в виде головы и крыльев грифона. За панорамным окном плыли редкие облака и светило весеннее солнце.

— Тут хорошее солнце, — сказал огромного даже для данвана роста человек в красно-белом с черно-золотыми обшлагами и воротом мундире. Кроме нет и Олега больше никого в кабинете не было. — Когда я только начинал службу, меня послали на Торкаан. Великолепная планета. Вместо неба — постоянные облака. Духота. Жара. Влажность сто процентов, все постоянно мокрое, никакие поглотители не спасают. Кроме того, нас там любили так же, как и везде. Но это оказалась хорошая школа.

Олег только теперь сообразил — сознание работало с заминкой, от парализатора, что ли? — что он привязан к креслу. Запястья к поручням, щиколотки — к ножкам. Привязали его свободно, но плотно, и не веревками, а широкими пластмассовыми ремнями. Попробовав, мальчишка отчетливо понял — не порвать.

Человек повернулся. Олег впервые видел данванского офицера не в боевой, а в повседневной, форме — и признался себе, что это величественное зрелище. Чем-то данван напоминал английских офицеров с иллюстраций к книгам Киплинга. То ли очень правильным лицом, то ли холодными глазами, то ли выправкой. Интересно — предки данванов — не всякие там англы и саксы?

— Вы… — Олег заперхал, кашлянул громче и начал заново: — Вы Капитан крепости?

— Нет, хотя это его кабинет, — охотно поддержал разговор данван. Он говорил на чужом языке совершенно свободно и легко. — Я им пользуюсь по праву старшинства. Видишь ли, Олег Марычев, я — анОрмонд йорд Виардта по кличке "Палач".

Нельзя сказать, что Олег не удивился. Он поразился — но умело скрыл свои чувства. Очевидно, данванский главнокомандующий ожидал именно такой реакции, потому что одобрительно кивнул:

— Хорошо держишься. Твой дед был бы доволен.

— Тут и шагу нельзя ступить, чтоб не наткнуться на знакомых моего деда, — сказал Олег, пытаясь понять, что у чего за спиной? Есть там кто-нибудь? Там дверь? Или что?

— Почти так, — согласился йорд Виардта. — Во всяком случае, мы однажды имели длительную беседу. Он в основном спрашивал, но в конце мы сбились на отвлеченные темы. Потом он отдал приказ меня расстрелять… впрочем, я не держу на него зла. Попадись он мне в руки — я бы то же сделал лично.

— Однако — вы живы, — заметил Олег. Данван улыбнулся:

— Огорчу тебя… или обрадую? Не благодаря доброте твоего деда. Я самым вульгарным образом проломил голову одному конвоиру, его штыком заколол второго и бежал.

— Очень жаль, — с чувством добавил Олег.

— Конечно, — согласился данван. — Но жить очень хотелось, а со взятыми в плен детьми Данвэ ваши борцы за свободу не очень церемонились. Так что я действовал по обстоятельствам. Ты, кстати, тоже? Оба моих гвардейца на лечении. Я оценил то, что ты с ними сделал — голыми руками.

— Я вижу, что вы это оценили, — Олег пошевелил кистями рук. И неожиданно спросил — секунду назад ему самому этот вопрос и в голову не приходил: — Где находится ваша планета?

— Невзгляд?.. — данван поднял руку, указывая в окно, но Олег перебил его:

— К черту Невзгляд! Это ваша база, вроде Звезды Смерти… — йорд Виардта поднял руку и взялся за подбородок. Спросил:

— У вас все еще смотрят этот фильм? Про звездные войны?

— А вы его видели?! — не выдержал Олег. Данван кивнул:

— Я три года жил на Земле… в США и СССР… Кажется, мы удивляем друг друга. Я не жалею, что приказал не убивать тебя… Данвэ далеко. У вас нет названия ни для этих звезд, ни для этих созвездий — они не видны с Земли. Когда наши предки уходили по Дорогам, они отыскали хорошую планету, им повезло.

— И вы стали давить остальных, чтоб больше не повезло никому? — тихо спросил Олег. — И начали с Земли? С моей планеты?

— Ее мы нашли шестьдесят лет назад, — возразил йорд Виардта, — когда нам в Мире на голову свалялись эти безумцы из Германии. До этого мы даже не подозревали, что на Мире уже до них были русские и что они еще в начале XX века построили телепортаторы. Мы до сих пор бьемся над их секретом! Но, конечно, мы сделали все для того, чтобы блокировать твою планету и ее развитие.

Олег довольно долго молчал. Ему хотелось есть и пить. И он был уверен, что йорд Виардта предоставит и то и другое, стоит лишь попросить. Вот просить-то и не хотелось…

— Я не понимаю, — признался Олег. — У вас есть межпланетные корабли. И, наверное, не одна планета принадлежат вам. Зачем вам лезть в дела других? Космос огромен. Там тысячи планет, их хватит на всех!

— Не так их и много, — вздохнул данван, прохаживаясь по кабинету. Его сапоги поблескивали серебряной отделкой. — Мы нашли двадцать три, на которых могут жить люди. На трех из них уже были свои цивилизации, нечеловеческие. Одна из них даже вышла в космос. Теперь её нет больше… И на восьми — считая тут и Землю — живут потомки выходцев отсюда. Ваша Земля из них — самая высокоразвитая. Но мы не исключаем, что таких планет и правда немало еще…

— А как же зеленые человечки? — не удержался Олег. Данван не удивился:

— Бред… Как это у вас говорят — утка, которую мы и запустили, и откармливаем по сей день, чтобы люди опасались космоса.

— Ну так я и не понимаю, — вернулся к прежнему разговору Олег, — зачем вам захваты? Традиция? Вот тут, на Мире — вы же тратите вредя, деньги, вы же сами погибаете, в конце концов, вы же не бессмертны! Какова ваша цель?!

И вот тут Олег в самом деле получил — получил сокрушительный удар, от которого не сразу оправился:

— Мир, спокойствие, благополучие в едином цивилизационном пространстве и для всех, — спокойно ответил йорд Виардта, — без дурацкого развития народов, которое приводит к истребительным войнам, без границ, политых кровью с обеих сторон, без дикарских табу, усложняющих жизнь. Или… — йорд Виардта осекся, внимательно посмотрел на мальчика и неожиданно мягко улыбнулся, — или ты поверил, что мы такие упыри-кровососы, беспощадные завоеватели, только и мечтающие уничтожить на этой планете все народы? Так тебе нас живописали горцы? — он засмеялся. — Вот уж дикость несусветная! Зачем нам это? Ради полезных ископаемых? Полно незаселенных планет, где их можно добывать автоматами… Кстати, рабы нам не нужны по той же причине — у нас хорошо развита робототехника. И хлопот с ней меньше. Земля? Проблемы перенаселения у нас давно не существует…

— Тогда зачем? — с трудом выдавил Олег. Ему стало плохо при мысли, что он… нет, только не это!

— Затем же, зачем и ты, — дружелюбно ответил данван. — Из чувства жалости и желания помочь. Только ты — вы все — ничего об этой мире, не знаете и совершаете ошибки, все ставя с ног на голову. Мы потому и «придерживаем» Землю. Нам не нужны лишние заботы с вашими романтиками, которые ломятся в этот мир с автоматами — "освобождать порабощенных". А решают все просто: раз эти нам симпатичны, то они и правы. Примитивно, а главное — приносит такая установка массу бед всем вообще. Ваша помощь спихивает обратно в болото, в ди кость, грязь тех, кого мы оттуда тащим…