Я впервые видел, как летают элвары. Грандиозное зрелище! Тёрн легко планировал в потоках воздуха, поднимаясь все выше и выше. Телохранители сорвались за ним. Дайр засопел, сделал два жеста рукой — и взлетел вверх. Не так красиво, зато очень быстро. Я зажмурился — и последовал за ним. Высшие силы, как же я не люблю летать! Я просто боюсь высоты.
А Ёлка, наверное, боялась смерти.
Да хрена! Ничего она не боялась. И своей смерти тоже! Она просто в нее не верила. И никогда не по-верит. Не поверила бы. Как же страшно думать о подруге в прошедшем времени!
Завал я перелетел. Но приземляться не рискнул. Это каменное месиво — другого слова и не подберешь — могло поползти от малейшего толчка. Но элвары и не приземлялись. Они держались в воздухе прямо над поверхностью, как стая ворон-переростков.
Стервятников.
Стервецов, сказала бы Ёлка. Ей ужасно нравилось поддразнивать людей. Причем она делала это с са-мым серьезным видом, так, что человек до самого конца не понимал — разыгрывают его или нет. Я вздохнул и подлетел поближе.
— Есть какой-нибудь способ разобрать этот завал?
— Нереально, — отозвался Дайр. — Да и незачем. У Ёлки будет царское надгробие.
— Только после смерти, — отозвался Тёрн.
С виду он было совершенно спокоен, но я всеми зачатками своей телепатии воспринимал его тревогу. М-да, не хотел бы я из-за кого-то так переживать. Он же просто одержим! И мы его отсюда не утащим. Он просто в этом ущелье и сдохнет, если своего не добьется.
А потом до меня дошли его слова. И даже высотобоязнь отступила.
— Ты хочешь сказать, что она…
Я просто не мог произнести это вслух — и услышать в ответ 'Нет'. Но мне и не пришлось.
— Она жива.
Тёрн на миг запнулся, а потом продолжил:
— Когда выводили элваров, им придавали различные свойства, полезные для солдат. И это — одно из них. Я могу почувствовать, жива она или мертва. Я буду знать, когда ее сердце остановится — как буду знать, где найти Ёлку. Хоть в другом мире.
— Вы так можете со всеми людьми!? — не выдержал я.
Фиолетовые глаза сверкнули яростью.
— Я обязательно поговорю с тобой на эту тему — когда моя… моя подруга будет извлечена из-под это-го завала. Не забывай, каждое наше слово — это миг ее жизни. Возможно, решающий.
Мне стало стыдно. Ёлка бы не рассуждала.
— Телекинезом мы всю эту кучу не перекидаем.
— Руками тоже. — Дайр, впрочем, не расстраивался. — А если телекинез усилить?
— Можно попробовать. Ты или я?
— Давай я. Я послабее, но лучше в технике.
Это было действительно так. Дайр мог передавить меня грубой силой, но знал я чуток побольше. И умел тоже. Все-таки сила есть — ума не надо.
— Действуйте! Помощь нужна?!
— Если только поддержать нас в воздухе, — вздохнул я. — Если мы вымотаемся. Начали?
Дайр развернул пальцы и направил на меня поток силы. Я пропустил его через себя, присоединяя свою энергию. Так мы сделаем гораздо больше, если будем работать по отдельности.
Каменные обломки разлетались в стороны один за другим.
— Вы не чувствуете, куда надо копать?
Тёрн покачал головой.
— Не чувствую. Знаю, что она жива — и она там.
— А хотя бы примерно? Ущелье большое.
— Примерно — там, — Тёрн ткнул пальцем в одну из стен ущелья. То есть когда-то это определенно бы-ло ущельем. А сейчас его завалило мало не до краев. Ёлка оторвалась от души. Но теперь я более-менее знал, где она находится. И этого мне было достаточно.
Если она жива…
Да плевать мне на время и на элементалей! Пусть хоть один вылезет — я ему на макушку и плюну. Главное, что Ёлка жива! Я это ущелье сам, руками, разберу на запчасти! По камешку!
Камни отлетали в стороны.
И в какой-то миг мне показалось, что под камнями мелькнула прядь волос.
Показалось?
Черта с два!
Ёлка действительно была жива. И даже относительно цела. Она лежала плашмя в углублении скалы. И даже была почти невредима. Кажется. Возможно, у нее чертовски сильные внутренние повреждения. Хотя…
Дайр мгновенно оторвался от моего разума и прервал поток силы. Теперь он левитировал прямо над Ёлкой и шевелил пальцами. И под его воздействием тело женщины поднималось вверх, сохраняя абсо-лютную неподвижность. Это сейчас было самым главным. Если у нее что-либо сломано… если у нее сломан позвоночник…
А вот черта вам под хвост! Здесь врачи лечат все! Вплоть до клинической смерти! А зная Ёлку — она доживет до врачей.
Медики соберут ее за два дня. А на ноги она встанет, как только придется идти на лекцию по магана-лизу. И не только встанет, а еще и помчится, сломя голову!
Дайр медленно левитировал туда, где почва была более устойчива. Реллон подхватил его под руку, помогая держаться в воздухе, а потом и вовсе перехватил под мышки, оставив приятелю только пере-мещение Ёлкиного тела из точки 'А' в точку 'Бе'.
И через несколько секунд Винер последовал его примеру.
Меня стиснули стальными клещами, подхватили и как котенка перенесли на вершину ущелья. Здесь была относительно ровная поверхность. Не слишком широкая, но удобная.
Дайр опустил Ёлку на землю и Реллон опустил его рядышком. Винер поставил меня на землю и раз-жал захват. Я с радостью деактивировал заклинание левитации и опустился на колени рядом с подру-гой.
— Что делать будем?
— Сейчас я ее просканирую, — ответил Дайр, вытаскивая из заплечной сумки какие-то конспекты. — Жаль, что Азэлли здесь нет, у нее бы это лучше получилось.
— Она же специалист по животным? — уточнил Винер.
— Не думаю, что Ёлка экзотичнее или сложнее трехрогой конриэльской химеры, — фыркнул Дайр. — Скорее наоборот.
— Да уж, — прошипел Тёрн.
На Его Величество было просто жутко смотреть. Сперва он и не надеялся застать Ёлку в живых. По-том не надеялся выкопать ее живой. Теперь — отчаянно надеялся, что она выживет. И судя по его виду — надеялся, потому что мечтал придушить ее своими руками. Медленно и мучительно.
Небольшой зеленый огонек разгорелся над ладонью Дайра и начал медленно перемещаться вдоль тела Ёлки — от ног — к голове. Потом достиг затылка — и словно бы нырнул под кожу.
Дайр сидел, зажав уши руками, закрыв глаза и для верности даже почти не дыша.
А потом резко открыл глаза.
— М-да, не знай я, что Ёлка — девушка умная, сказал бы, что она полная и круглая дура.
— Что с ней!?
Я посмотрел на Винера. Он-то чего так волнуется? Аж дрожит весь. Хотя,… Что ему там Тёрн обе-щал, если Ёлка будет мертва!?
— Жива и практически здорова. У нее очень серьезные ушибы и даже могут быть проблемы с почками, если в ближайшие две недели мы не доставим ее к врачу. Сломаны четыре ребра и вывернута нога. Короче — дуракам счастье!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
