Читаем без скачивания Несущественная деталь - Иэн Бэнкс

— Что ж, может, это и к лучшему, — сказала синяя птица. На сей раз ее тон был не столь язвителен.

— Пожалуй, — сказал Ватюэйль. Он оглядел всех. — Спасибо, что выслушали. Прощайте. — Он посмотрел на люстру и кивнул.

Мерцание — и его не стало.

— Ну вот, — сказал Заив.

— Будем принимать это за чистую монету? — спросила серебристокожая аватара.

— Это вполне соответствует тому, что нам известно, — сказал деревянный манекен. — В большей степени, чем большинство имитаций.

— Доверяем ли мы космическому маршалу? — спросил Заив.

Птица фыркнула.

— Этому заблудшему, древнему призраку? — презрительно сказала она. — Он давно известен. Я даже сомневаюсь, что он помнит, кто он такой, я уж не говорю о том, во что верит или что обещал в самый последний раз.

— Нам не обязательно ему верить, чтобы учитывать в наших расчетах принесенную им информацию, — сказала серебрянокожая женственная аватара.

Худощавая аватара посмотрела на люстру.

— Вам необходимо сказать вашему подверженному несчастным случаям агенту, чтобы она прекратила попусту тратить время и добралась до места назначения, на сей раз предпочтительно так, чтобы больше не гибли невинные люди. Чтобы она предотвратила убийство Вепперса этой И'брек. — Аватара повернулась к синей птице и оранжево-красному облаку над ней. — Хотя, конечно, в этом не будет необходимости, если ОО просто прикажут «Выходу за пределы общепринятых нравственных ограничений» прекратить выдумывать всякие глупости о посредничестве в благородной мести или справедливом наказании, которыми он сейчас забавляется.

— Не смотрите на меня, — сказала аватара «Гламурного шрама», возмущенно взмахивая крыльями. — Этот ублюдочный пикет не имеет ко мне никакого отношения.

Птица наклонила голову и посмотрела на оранжевое облако.

— Вам бы лучше прислушаться, — прокудахтала она. — У вас контракты. Поговорите с ВСК, который выпустил этого конкретного «Ненавидца». Пусть он попытается втемяшить немного здравого смысла в тот мусор, который называется Разумом в этой дебильной машине.

…добрый вечер, добрый вечер, добрый вечер.

Холодок разлился по ее коже. Она хотела задрожать, но сон сковывал ее; она вся была словно спелената, забылась в теплой, одуряющей духоте.

До нее донеслось что-то, похожее на настоящий голос, лязгающий, неприятный.

— Привет! Кто-нибудь тут есть? — сказал голос. — Есть кто живой?

— А? — услышала она свой голос. Ну вот, теперь она уже и галлюцинирует. Слышит голоса.

— Привет!

— Да? Что? И вам привет. — Она вдруг поняла, что говорит — не транслирует. Это было странно. Ей потребовалось на это несколько мгновений, но все же она открыла глаза, сумела разлепить веки. Моргнула. Дождалась, когда картинка обретет резкость. Свет. Здесь было светло. Тускловато, но все выглядело по-настоящему. Лицевой щиток шлема, внутренний экран, на котором теперь не было ничего, кроме помех, но она чувствовала, что внешняя и наружная части костюма расширились вокруг нее, и прохладный сквознячок обдувает ее обнаженное тело, которое покрылось гусиной кожей. Она могла дышать! Она сделала несколько глубоких, нормальных вдохов, наслаждаясь ощущением прохладного воздуха во рту и ноздрях, а ее грудная клетка, расширяясь, не встречала препятствий.

— Ауппи Унстрил? — спросил голос.

— Гммм. Да. — Во рту у нее все забилось, онемело, ей пришлось разлеплять его, как веки. Она облизнула губы. Они распухли и побаливали. Но уже то, что она могла их облизнуть, радовало ее. — Кто вы? — она откашлялась. — С кем я говорю?

— Я — элемент пикета Культуры «Выход за пределы общепринятых нравственных ограничений» класса «Ненавидец».

— Элемент?

— Элемент номер пять.

— Правда? Откуда вы?

Какой еще класс «Ненавидец»? Никто не упоминал корабля класса «Ненавидец». Это в самом деле? Она еще не была уверена, что это не какой-то похожий на правду сон. Она нашла клапанок на конце гибкой трубки водоснабжения шлема, присосалась к ней. Вода была прохладной, вкусной, великолепной. На самом деле, сказала она себе. Настоящая вода, настоящая прохлада на коже, настоящий голос. Настоящий, настоящий, настоящий. Она чувствовала, как вода растекается по ее организму, охлаждает ей горло, пищевод и желудок.

— Вы не можете понять, откуда я взялся, — сказал голос. — Мое целое выдавал себя прежде за корабль класса «Палач», если так вам понятнее.

— А-аа. И вы меня спасаете, Элемент номер пять?

— Да. Я сейчас телепортировал некоторое количество нанопыли, чтобы отремонтировать что удастся на вашем модуле. Через пять минут он будет готов двигаться. Вы тогда сможете добраться до ближайшей базы, а ближайшая — это припланетный мониторинговый узел номер пять; но я думаю, что в свете недавних враждебных действий вам, может быть, разумнее и даже безопаснее присоединиться ко мне, войти в мое поле охвата. Решать вам.

— Что бы вы сделали на моем месте?

— Я бы держался меня, но, с другой стороны, я ничего другого и не могу посоветовать.

— Наверно. — Она прихлебнула еще драгоценной, прекрасной воды. — Но я буду держаться вас.

— Мудрое решение.

— А все остальные? Вы и остальных тоже спасаете? Тут было двадцать три других пилота микрокораблей и около сорока других. Плюс люди на «Гилозоисте». Что с ними?

— «Гилозоист» потерял четверых. Один был убит при повреждении припланетного мониторингового узла номер пять. Два пилота модулей/микрокораблей были убиты, один — при столкновении с фабрикарией, другой сгорел в атмосфере Ражира. Остальные пилоты были спасены или вскоре будут.

— Кто они? Как зовут тех пилотов, которые погибли?

— Лофджир, Инхада погиб при столкновении с фабрикарией, Терсетьер, Ланьярес погиб, когда его корабль сгорел в атмосфере газового гиганта.

С него была снята резервная копия, подумала она. Точно была. Ничего страшного. Он вернется. На это уйдет какое-то время, и, наверно, он будет немного другим — не совсем таким, как прежде, но в основном — таким же. Конечно, он по-прежнему будет тебя любить. Глупо с его стороны, если не будет. Ведь верно?

Она вдруг поймала себя на том, что плачет.

— Беттлскрой, насколько я понимаю, вы меня искали.

— Абсолютно верно, Вепперс. Для мертвеца вы неплохо выглядите.

Изображение адмирала-законодателя ДжФКФ на маленьком компьютерном экране чуть задрожало. Сигнал был слабый, многократно закодированный. Вепперс сидел вместе с Джаскеном в маленькой комнате одного из его запасных секретных домов в Убруатере, отдаленном от его главного дома несколькими кварталами и лесозащитной полосой.

Этот секретный дом (один из нескольких, приготовленных давным-давно на тот случай, если к власти придут не те политики и не те судьи и начнут досаждать креативным предприимчивым бизнесменам, которые иногда бывают не в ладах с законом) имел защищенную систему связи с его городским домом. Как только они здесь появились — оба в форме санитаров, — Вепперс принял душ, соскреб остатки радиоактивной сажи или пепла с волос и кожи, а Джаскен тем временем подключил чуть устаревшее оборудование связи в кабинете, а потом стал прочесывать новостные каналы и системы обмена сообщениями. Не заметить несколько срочных вызовов и посланий от адмирала-законодателя Беттлскроя-Биспе-Блиспина III было невозможно.

— Спасибо, — сказал Вепперс ангельского вида инопланетянину. — Вы выглядите, как всегда. Какова ситуация?

Возможно, низкокачественный экран исказил или преувеличил неуверенную улыбку на лице маленького инопланетянина.

— Ваша ситуация, Вепперс, такова, что вы должны немедленно сообщить мне, где находятся наши цели. Вопрос более чем срочный — критический. Теперь от этого зависит все, что мы запланировали и ради чего работали.

— Понятно. Хорошо. Я вам скажу.

— Услышать это — огромное, чтобы не сказать до смешного запоздалое, облегчение.

— Но сначала я — как вы можете себе представить — очень хочу узнать, кто пытался меня взорвать в моем собственном верхолете над моим собственным имением.

— Почти наверняка НР, — быстро сказал Беттлскрой, взмахнув рукой, словно это и не стоило упоминания.

— Вы явно хорошо продумали этот ответ, союзничек, — спокойно сказал Вепперс.

Беттлскрой разразился раздраженной тирадой:

— Похоже, НР считают, что вы тем или иным образом предали их. Хотя, вполне возможно, это сделали Флекке по этакому субподряду — они всегда рады угодить. А возможно, обиженными себя почувствовали и джхлупианцы. Ваш друг Ксингре, кажется, исчез, а это может кое-что значить. Мы сделаем все возможное, используя все имеющиеся у нас свободные ресурсы, чтобы выяснить, кто несет ответственность за это покушение. Но в настоящий момент цели остаются важнейшим вопросом, намного превосходящим все другие.