— Киерены напали на наше поселение. И с ними вместе были — «большие люди»… — гонец не поднимает глаз в нашем направлении.
Как в той старой рекламе говорилось: «Шок — это по-нашему!?»
В общем: немая сцена…
Этим «взрывом» поражены все. И нугари и мы. И еще непонятно — кто больше?
Молчим. Ни к чему тут плести кружево слов.
Ну и с-суки же вы — демиурги!
…Если быть точным — гонцов двое.
Одного послали сюда сразу. Вернее — послал сам «князь» еще до того, как его «городок» подвергся нападению.
Второй самостоятельно улизнул из своего поселка — уже после его захвата и в пути случайно нагнал первого. Этот беглец выглядит так — словно им только что вместо снаряда из пушки выстрелили.
Одним словом ситуация — просто пиз…ец на двух ногах. И шок это — наверное не совсем подходящее слово…
— Как выглядят — те «большие люди»? — я первым беру себя в руки — мне по-должности положено, — Сколько их? Чем вооружены? Сколько киеренов? Как все произошло?
Первый гонец оглядывается на второго — который естественно «глубже в теме».
Чуть подумав, «потрепанный» отвечает:
— Они не такие как вы — они больше похожи на киеренов.
И снова задумывается.
Дружно наваливаемся на притормаживающего «скорохода». Повторяем вопросы. Сколько врагов? И тех и других? Чем вооружены «большие люди»?
Выясняем, что до щитов, неведомые «непохожие на нас» — союзники киеренов — додумались. У каждого имеется. Печально.
На вооружении у них — топоры и сабли в основном. Большие ножи. Копья. Короткие. Метательные. «Зеленые железные шлемы — как у вас». А вот про бронежилеты гонцы затруднились ответить. Не заметили или нет их? Похоже, точно это узнаем — когда встретимся.
Сколько их — гонцы точно сказать не смогли. «Много киеренов и около полусотни больших людей. Может и побольше»
— Как случилось?
Из рассказа складывается следующая картина произошедшего. Под вечер в их поселение прибежали жители совсем уж маленького — всего на несколько семей, поселка неподалеку. Несколько мужчин и женщин. Рассказали, что их хутор под корень вырезан киеренами. Сами спасшиеся — в момент нападения были на охоте и потому избежали общей участи. Их приютили. Послали гонцов за помощью по окрестным селениям. А ночью «беженцы» — оказавшиеся предателями, вероломно и неожиданно напали на охрану у ворот и устранив её — открыли их врагам…
«Никогда такого не было — чтобы нугари против своих пошли, предав соплеменников ради киеренов», — с сомнением закачали гривами убеленные сединами вожди народа Нугари. С ними были солидарны и те — кто помоложе.
Да уж! Вот ведь святая простота! Чистота нравов и детская наивность. Хорошие вы мои — добрые и неискушенные люди…
— Да не ради киеренов они на это пошли, уважаемые, а ради своих близких, которых эти «большие похожие на киеренов люди» — пообещали мучительной смерти предать, если они этого не сделают. Ради жен своих, дочерей, сыновей, матерей и отцов. Старо как мир.
Снова шок и долгое молчание — мне в ответ.
— Кто же эти люди? В вашем мире такое возможно? — наконец спросил Варун.
— Эх, вождь! В нашем мире — и не такое возможно! Может оттого, что мир у нас неправильный? — последнюю фразу уже не озвучивая вслух — я додумываю уже про себя и для себя. Впрочем, предаваться размышлениям о судьбах нашего мира и оценкам его «правильности» — сейчас просто некогда!
— Что было дальше? — и жестом обращаюсь к самому молодому из присутствующих «эльфов», находящемуся «на разливе» — дабы снова наполнил кружку «потрепанного», который услышав вопрос — предсмертно бледнеет прямо на глазах.
Дальше все было вполне предсказуемо.
В ближнем бою, застигнутые врасплох и лишенные защиты стен — нугари и против киеренов как не крути — жидковаты, а уж против «больших людей» с превосходным стальным оружием — вообще говорить не о чем…
Всё достаточно быстро завершилось…
И началось!
Для начала — захватчики принародно и показательно отрубили руки и живьем ободрали кожу с вождя — того самого «надменного князя»… То что от него еще осталось и дышало — посадили на кол. На глазах у всего поселения — изнасиловали и после зарезали его жену и дочерей. Как овец…
Ну и так далее — по списку казней и в ассортименте кошмаров.
Костры, отрубленные головы и конечности, кишки на заборах, лихое и бахвалистое разрубание на спор, на лету — подброшеных в воздух младенцев, групповые и массовые изнасилования — венчающиеся вспоротыми животами и отрезанными девичьими грудями…
Ну и прочее подобное и сопоставимое…
К концу этого рассказа у присутствующих вождей, обычно спокойных и уравновешенных нугари — аж загривки вздыбливались и волосы электричеством трещали.
Даже нас — приученных своим миром ко всевозможным бесчеловечным гадостям — избалованных кровавыми сценами кинематографа и сообщениями новостей — услышанное проняло. Не по-детски.
Еще одна минута тишины…
— Что делать будем? — с тщательно скрываемым волнением и даже тревогой спрашивает Варун.
Его чувства и эмоции — вполне понятны и обоснованны. Ну а вдруг мы откажемся помогать его народу или вообще — встанем на сторону «своих» землян.
Еще не настолько хорошо научившийся владеть собой Тар — облизывает подтянувшиеся внутрь и внезапно пересохшие губы. Остальные ждут — тоже подобравшись серыми или покрасневшими лицами и сидя в явно напряженных позах. Но все же старательно скрывая обуревающие их чувства. Впрочем — их и так легко и увидеть и просчитать.
Для народа нугари и наших с ним отношений наступил «момент истины»…
— А что тут делать? — отвечаю вопросом на вопрос и не дожидаясь его предложений развожу руками, — Пойдем вызволять «наших» и наказывать этих непонятных «больших людей», — подчеркиваю и выделяю последние слова я. — Будем карать гадов! Чтобы знали — как наших братьев обижать…
На светлеющих лицах эльфийских вожаков — дикое, непередаваемое облегчение.
Геноцида, рабства и истребления их племен — не состоится!
Ну, в том случае — если мы все выстоим и победим, конечно.
Но это уже от нас самих и светловолосых союзников во многом зависит.
Призывные речи в духе «Сойки-пересмешницы», политрука Клочкова или иных штапованных в Голивуде или на «Мосфильме» типажей, наподобие: «Кто побоится взять в руки оружие — будет носить на них кандалы» — здесь и сейчас были не нужны.
Меня сейчас иное весьма озаботило. Как и моих друзей.
«Смуглые — похожие на киеренов». Ближневосточные «арабские братья»? Турки? Иранцы? Пакистанцы?
— Может испанцы или вообще — китайцы? — угадав о чем я думаю, спросил Зимний.
— Ты много видел «смуглых» китайцев? Не желтые? — и для уточнения еще раз обращаюсь к тому гонцу, который сбежал из поселка.
«Беглец» отрицательно машет грязными ладонями и головой в засохших колтунах. Именно «смуглые» и черноволосые.
— Стоп! А бороды у них были?
— Да! Почти все они с бородами!
— Басмачи, мля! — цыкает Шептун.
— Да — почти стопроцентно! Однозначно: какие-нибудь очередные талибы! — мы понимающе переглядываемся с художником.
В том, что этих южных беспредельщиков надо гасить — даже малейшей тени сомнений не возникает. Ввязываться в войну еще и здесь — нам совсем не хочется, но других вариантов попросту нет. Если сейчас не наказать этих смуглых бородатых бабаев — они воспримут это как нашу слабость и рано или поздно — нам все равно придется с ними резаться.
Однозначно!
Вероятность именно такого развития дальнейших событий — даже не подлежит рассмотрению.
Чисто в силу особенностей своего менталитета — эти ребятишки понимают и принимают только язык силы. Другого они просто не услышат. Вернее услышат, но сделают совершенно неправильные выводы и станут нападать еще и еще. Политика «умиротворения» с ними не прокатывает. Только карательные меры и акции устрашения — по типу: «око за око»!
Подобные им персонажи не договороспособны по-определению. Они не задумываясь перешагивают через любые только что данные обещания и клятвы — к тому же, данные «неверным». Да и своим тоже, к слову. Коварные ребята!
