его глаз были темны. Сотни раз она целовала эти глаза — эти любимые, обожаемые глаза, видевшие в радужном тумане райские недостижимые врата, вбирала горячими губами трепет их век, колкость густых ресниц. Она размахнулась и с яростным воплем влепила Симонову пощечину. Влепила бы и вторую, но он перехватил ее руку, отшвырнул от себя на кровать, на подушку.
Она молча следила, как он собирает с пола свою разбросанную одежду. После оплеухи он словно отрезвел. Лена вдруг с ужасом поняла: это конец. Столько жертв, столько испытаний, и все, все зря! Он никогда уже не узнает, не захочет узнать, что у них будет ребенок.
Глава 10
ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ
Катя зверски не выспалась. Все вертелась в постели, все думала, вспоминала, плыла-путешествовала на теплоходе мимо темных Воробьевых гор с таинственными огоньками в ночи. В результате катастрофически опоздала на работу. К Колосову дала себе твердое слово не ходить. И не звонить ни за что на свете. Но после обеда посидела, поскучала и… спустилась в розыск.
Ноги сами принесли ее к девятому кабинету. Катю терзало любопытство: успел ли начальник отдела убийств побывать в ресторане? И вообще, как он там, после вчерашнего вечера? Лечит ли свой колоритный фингал?
В девятом кабинете, точно горный обвал, грохотали мужские голоса. Катя открыла дверь. Никита работал за компьютером, неумело тыкая пальцами в клавиатуру. Напротив него, спиной к двери восседал верхом на стуле, точно на горячем скакуне, крупный, плотный, похожий на буфет средних размеров блондин в тесном форменном кителе с погонами капитана. Китель едва не лопался по всем швам. Это была, по всему видно, старая, еще советских времен, форма, которую капитану давным-давно пора было сменить. Увы, новой формы что-то не выдавали.
Капитан раздраженно обернулся, и Катя узнала начальника Столбового отдела милиции. Пару раз она встречала его на совещаниях и однажды даже очень коротко беседовала с ним по телефону, приставая с ножом к горлу по поводу комментария к одному происшествию. Удовольствия, помнится, от той беседы она не получила никакого. А фамилию капитана запомнила. Она была под стать кителю — Лесоповалов.
— Это не дело, Никита, это могила наша с тобой! — восклицал Лесоповалов. — Нет, ну ты войди в ситуацию: труп на нас висит — раз, концы все в Москве завязаны — два, Петровка не берет, выкаблучивается — я звонил, убеждал. Ничего не знаем, отвечают, смерть потерпевшего наступила за пределами МКАД, значит, ваша территория. Чтоб его черти на том свете разорвали, этого пижона — не мог где-нибудь у Кольцевой скончаться! Образцов для экспертизы нет— это три или уже четыре? Четыре, Никита! А без экспертизы как мы докажем сам факт дачи яда? Ну как? Никак. А потом, проверяющий у меня бдит как сова круглые сутки, так и стережет каждый шаг. Насчет плана оперативных мероприятий семь раз уже напоминал, формалист!
— Ну так напиши ему план, сочини. Костя, ты бы тут не разорялся, а лучше бы… — Никита рассеянно смотрел в компьютер, что-то там постигая. — Никто с тобой и не спорит, это дело пока глухое. Точнее, хреновое, — Колосов увидел вошедшую Катю. — Привет.
— Привет, — поздоровалась Катя, — здравствуйте, Константин.
— Здравствуйте. Вы не могли бы потом зайти, а? — дерзко бросил Лесоповалов. — Не видите разве — у нас тут оперативное совещание!
— Нет, не вижу, — сказала Катя кротко, усаживаясь на свободный стул. Вынести ее теперь могли из девятого кабинета только вместе с ним, — я по делу Студнева, Никита Михайлович. Новости есть?
Колосов посмотрел на Катю.
— Вот данные кое-какие мне ребята подобрали, — сказал он, — я сейчас вам распечатку сделаю, и вы ознакомитесь с ними, Катерина Сергеевна.
Лесоповалов встал.
— А я что-то не в курсе, — заявил он совсем дерзко, — чтобы к этому делу пресса подключалась.
— Я не просто пресса. Я — криминальный обозреватель пресс-центра ГУВД. Вы, Константин Борисович, каждый раз это случайно или намеренно забываете, — ответила Катя совсем кротко. — А по этому делу я собираю информацию для будущей публикации с разрешения Никиты, Михайловича. Правда, Никита Михайлович?
— Когда успел разрешить? — изумленно спросил Лесоповалов.
— Я? Когда? Да вчера, — Колосов виновато улыбнулся другу. — Я что? Я не хотел, Костя, сопротивлялся даже. Шеф приказом обязал: надо осветить в прессе в случае удачного раскрытия. Дело-то неординарное, редкое. Отравление.
— Вот это называется — нож в спину революции, — Лесоповалов щелкнул зажигалкой, закурил. — Ну, просто руки опускаются. Значит, кроме проверяющего, у меня еще и пресса на шее. Ну, банда!
— О, не переживайте, — успокоила его Катя, — вас я вряд ли побеспокою. Вы однажды уже дали мне понять, что с такими, как вы, разговаривать о неординарных происшествиях бесполезно.
— Это почему бесполезно? Это с какими же такими, • как я? — вскипел Лесоповалов. — Вы знаете, вы тут не очень-то…
— И вы не очень-то, — елейно парировала Катя, — вы сначала дело раскройте, а потом голос повышайте. А то надо же, делает вид, что информацию зажимает, контролирует, а на самом-то деде и зажать-то нечего.
— Как это нечего?
— А так. Сколько времени прошло с момента смерти Студнева? Четыре дня? А у вас там еще и конь не валялся. Даже плана оперативного не составили.
— Слушай, Никита, или она, или я, — Лесоповалов побагровел.
— Катя… Катерина Сергеевна, тут как раз некоторые данные по делу… по некоторым фигурантам, — Никита засуетился, шурша бумагами на столе. Катя отметила: так часто обращаются о грудными детьми — отвлекают внимание погремушкой или пустышкой. — Вот ознакомьтесь пока, мне тут наш аналитический отдел помог. Данные из Интернета с сайта ресторана «Аль-Магриб» и данные нашей предварительной проверки. Константин, ну-ка выйдем на два слова, — Колосов вручил Кате компьютерную распечатку, вышел из-за стола и потащил упирающегося Лесоповалова к двери. — Катя, ты посиди тут, не уходи… Костя, ну я тебя как друга прошу!
Ушли. Клацнула дверь. Катя вздохнула — поле битвы за ней. Виват! Она бегло пролистала справку: фамилии, короткие комментарий к ним. Полезная штучка — Интернет. Правда, сведения в нем почерпнуть можно далеко не обо всех, кто нас интересует. Список был разделен на две графы: «Клиенты» и «Персонал». В графе «Клиенты» Катя прочла имена и фамилии: Аврора (Ветлугина Наталья Андреевна), Мохов Петр Сергеевич, Симонов Серафим Николаевич и Берг Анфиса Мироновна.
Последнюю фамилию прочла дважды, глазам своим не поверила, но решила пока ничему не удивляться и читать справку дальше. Из «клиентов» небольшой комментарий имелся только на Аврору и Мохова. Про певицу Катя прочла самые общие фразы: номинант конкурса «Российские звезды» 1995 года,
