жертва. К тому же, я думаю, мы скоро ещё увидимся. И не раз. А сейчас нам надо торопиться. Я должна вылечить тебя и привести в чувство твоего друга, пока не прибыли полицейские.
Аня снова улыбнулась, поцеловала меня и скомандовала:
— Ложитесь на кушетку, курсант Воронов!
Глава 24
Эпилог
Всё хорошее и приятное рано или поздно заканчивается и, как правило, заканчивается очень быстро — вот и три моих выходных дня пролетели как три часа. Я прошёл паспортный контроль, вышел в зал прилётов и направился на стоянку, где меня должен был ждать Роман. Я запретил водителю покидать автомобиль и встречать меня в здании аэропорта: добраться до стоянки и найти свою машину я и сам могу, а после случившегося в Монте-Карло я ещё сильнее начал остерегаться покушений.
Вообще, у меня после этой поездки осталось очень много вопросов, на которые я не мог пока найти ответы.
Кто же всё-таки меня «заказал»? Было это покушение связано с заводом или меня хотели убрать вместе с Артуром за то, что я работал ранее на ИСБ? Петя однозначно — лишь исполнитель. Но чьего приказа?
Неужели сибирские бандиты решили от меня избавиться, наплевав на то, что я выступал на турнире в качестве бойца их князя? Или это сам князь всё организовал, но красиво отыграл роль ничего не знающего? Возможно, и так. Может, если бы не Аня, князь сам бы меня и добил в той комнате.
Опять же, Аня… Что она делала на турнире? Что её связывает с Сибирским князем? С одной стороны, точки соприкосновения есть: Аня — жена самого влиятельного человека в министерстве обороны, а Илья Николаевич это министерство курирует. К тому же княгиня Васильева, как я понял, была внештатным куратором Новосибирской военной академии — главного военного вуза в вотчине Сибирского князя.
Но с другой стороны, одно дело — контакты по части министерства обороны, и совсем другое — приезд Ани в качестве гостя Сибирского князя на турнир. Это всё же выходит за грани обычного сотрудничества. Значит, есть ещё что-то, что их связывает. Но что? Какой-то бизнес? Этого я не знал.
А вот в чём я был уверен на все сто процентов, это в том, что Аня спасла меня не только тем, что вылечила, но и просто самим своим появлением. В этом у меня не было ни капли сомнений. Что бы там князь ни собирался со мной делать, в итоге ему пришлось сыграть роль моего покровителя, отсыпать денег и пообещать дать информацию, если он выпытает её у пленных. Ещё Илья Николаевич дал мне в сопровождение свою охрану, чтобы она помогла нам с Артуром добраться до ожидающей нас машины.
Последнее было лишним, но отказываться я не стал — в любом случае люди князя проследили бы, как и с кем я уехал. В итоге нас проводили до машины, и, к моей радости, дальше всё прошло без приключений. Мы спокойно добрались до аэропорта Ниццы, где мы с Артуром сели на самолёт и улетели в Москву. А Григорий остался — сказал, что хочет немного развеяться.
Да, вопросов было очень много, и я понимал, что ответов на них в ближайшее время можно не ждать. Но с другой стороны, выжил — уже хорошо. А дальше будем разбираться.
И хорошо, что отдохнул. Сейчас я понял, насколько это мне было нужно — я вернулся в родной город не то чтобы другим человеком, но близко к тому. А ведь сначала не хотел. Но потом подумал и решил, что я это заслужил. Причём сначала решил, что заслужил один выходной, а потом всё взвесил и дал себе целых три.
Ну а что? Деньги на проценты по старому кредиту я достал, а теперь с учётом бонусов от Сибирского князя ещё и на ближайшие расходы по заводу хватало. Текучку и без меня есть кому контролировать. В общем, я не нашёл причин, чтобы не устроить себе выходные, а Насте сюрприз и не снять нам на три дня номер в лучшем СПА-отеле Челябинска.
При отъезде из Ниццы Григорий предложил мне задержаться на пару дней на Лазурном берегу и отдохнуть там. Он вообще ужасно расстроился, что все наши приключения для него ограничились лишь работой водителя, и что он пропустил самое интересное. Но всё равно Гриша был очень рад моему приезду, сказал, что испытал большое удовольствие, глядя на мои поединки, и испытывает гордость от того, что у него есть такой друг.
И ещё он оба раза ставил на меня большие суммы и неплохо заработал. И эти заработанные деньги он предложил мне прокутить на Лазурном берегу. А когда я отказался и заявил, что собираюсь отдыхать в Челябинске, Орешкин посмотрел на меня как на умалишённого. В принципе понять его было можно: при всём уважении к Челябинску и его жителям, планируя отдых и выбирая между этим славным уральским городом и Лазурным берегом, не каждый выбрал бы Челябинск. Тем более зимой.
Но к чести Григория, комментировать мой выбор он не стал, лишь выразил сожаление, что не сможет удивить меня блюдами прованской кухни в каком-то очень крутом ресторане. Впрочем, я пообещал ему, что мы ещё как-нибудь приедем вместе на Лазурный берег и отожжём, и я даже ещё раз попробую устриц.
С Артуром я расстался в Москве, улетев оттуда первым же рейсом в Челябинск. Билетов на этот рейс, конечно же, не было, но это когда в кассу обратился я. Для Артура они неожиданно нашлись.
Настя безумно обрадовалась сюрпризу, бросила все дела, и мы с ней провели вместе три замечательных дня и три не менее замечательные ночи. Но теперь это всё уже было позади. Теперь надо было перестроиться на деловой лад и вернуться к работе.
Я без труда нашёл свою машину, сел в салон, и Роман повёз меня домой. Там я планировал быстро позавтракать и переодеться, да отправиться на завод. Но едва машина выехала со стоянки, раздался телефонный звонок. Звонила Оксана. Я посмотрел на часы, они показывали ровно девять утра. Невольно усмехнулся.
Приехав в воскресенье утром Челябинск, я позвонил Оксане и распорядился, чтобы меня никто не дёргал до девяти утра среды. Разумеется, я всё это время не выключал телефон, чтобы в случае какого-либо чрезвычайного происшествия меня сразу могли вызвонить, но в ситуациях, которые терпели до среды, беспокоить меня запретил. И вот теперь, в среду, ровно в девять
