Развернувшись к нагам спиной, архидьявол окинул быстрым взглядом так позорно проигравших сородичей и кивнул им.
— А от вас я прямо сейчас жду клятвы верности. Конечно, принуждать я никого не стану, но знайте, что меня устроит любой вариант. Так что вы скажете, дьяволы? Подчинение или смерть?
Глава 18
Крепость в лесу беров. Дьявол Дим.
За окном начинался рассвет. Постепенно гасли звезды, небосклон медленно переплавлял черноту умирающей ночи в бледно-голубое утро. Никаких облаков на горизонте не имелось, и день обещал быть светлым, хотя и по-прежнему ветряным и холодным.
Разместившись в покоях наместника беров, я с удивлением заметил, как преобразились комнаты после появления Ксатты. Спрашивать об орчанке, однако, не стал — и так понятно, что Эгос вполне уживается с навязанной женщиной. Подробности же их постельных утех меня не интересовали. Раз наместник не стал ее убивать, значит, видел в этом какой-то смысл.
По комнате разлился приятный ягодный аромат с легкой толикой брожения. Хозяин крепости сломал печать на кувшине и, выставив на стол два серебряных кубка, наполнил оба. Придвинув один из них ко мне, Эгос уселся напротив, молча глядя в окно.
Повоевать он не успел, когда армия пересекла границу с Шипящими лесами, я уже принял клятву верности у дьяволов. Поэтому сейчас на лице наместника отражалась вся печаль и тоска вселенной.
— Эгос, ты же знаешь, что я могу тебя исцелить, вернув положенный от рождения облик? — спросил я, допив кубок с ягодным вином.
На самом деле это не совсем так. Как принявший присягу архидьявол, я могу вмешаться в организм наместника и просто приказать его телу регенерировать настолько, чтобы оно полностью восстановилось.
Сам Эгос мог бы и не справиться с подобной задачей, если у него не хватит опыта оперирования силой. Однако если потратит немного времени и усилий, благоприятный исход гарантирован.
Именно поэтому я криво срастил рог Азиль. Со временем она могла бы отрастить отрубленный кусок, но из-за того, что это сделал архидьявол, вмешательство в ее организм со стороны хозяйки теперь ограничено. Дьяволица физически не сможет нарушить мою работу, так как мироздание просто не даст стоящей на более низкой ступени иерархии наместнице нарушить установленный мной порядок.
Единственные варианты исправить кривой рог для нее — выпросить у меня разрешение или же в бою с противником получить по голове, чтобы нарост был отрублен вновь. При этом, само собой, наместница не может никого попросить, так как подобное точно такое же нарушение приказа, как и самостоятельная попытка исправить уродство.
— Представь, что я выгляжу не так, как сейчас, — хмыкнул Эгос, спокойно ставя свой кубок на стол. — Никаких шрамов и уродств, гладкая кожа, целое лицо. Как ко мне станут относиться при первой встрече?
— Решат, что ты самый обыкновенный дьявол, — кивнул я, уже понимая, к чему тот клонит.
— Именно, — подтвердил он. — А так я одним своим видом заставляю всех понять, что перед ними опасный противник, переживший столько битв и боли, сколько им не светит за всю их жизнь. А еще это показывает, что я готов получать даже смертельные раны, но до сих пор выжил, что значит, мои враги, несмотря на то, что нанесли такой урон моему телу, погибли.
На секунду у меня возникло подозрение, не сам ли наместник беров сотворил с собой этот ужас, от которого даже у меня иногда холодок по спине пробегает. Но, поразмыслив, я отринул эту идею. Нужно быть насквозь отмороженным, чтобы сознательно себя увечить.
— Я хочу, чтобы ты провел один смертельный поединок, — заявил я, подливая себе вина из стоящего на столе кувшина.
Эгос никак не показал собственных эмоций, но по своему обыкновению задал разумный вопрос:
— Почему я?
Отставив кувшин, я отхлебнул напиток и облизнул губы.
— Новенькие пока что видели лишь мою личную силу. Подчиняться мне для них не зазорно, — стараясь ответить максимально полно, проговорил я. — Однако я никому из них не доверяю, да и ты же понимаешь: несмотря на превосходство в плане магии, они все равно серьезно уступают даже самому слабому дьяволу домена.
— Потому что мы уже несколько месяцев развиваемся с твоей помощью, пропуская через себя огромную силу и сущность, накапливаемую доменом, — кивнул наместник. — Мне кажется, среди тех, кто примкнул к тебе в крепости Ольх, не осталось никого, кто бы не смог справиться с новичками.
Я кивнул, подтверждая, что Эгос понял все правильно.
— Но ты бы на их месте в это поверил? — спросил я, вновь отпив вина, не отрывая взгляда от лица собеседника.
— Сложно сказать, они ведь наверняка должны понимать, что членство в домене дает преимущества, — пожал он плечами после нескольких секунд анализа. — Раз это было известно у нас, вероятно, и они были осведомлены.
— Да, вероятно, — опустив кубок, я медленно кивнул. — Но мне не нужно, чтобы у них были какие-то сомнения. Я хочу, чтобы они раз и навсегда уяснили — их место, несмотря ни на что, ниже вашего.
— Тогда можно выставить любого дьявола, — прокомментировал он.
— Нет, Эгос, нельзя, — покачал головой я. — Так как я не доверяю этим перебежчикам, мне нужно поставить над ними своего наместника. И потому мне необходимо продемонстрировать мощь действующего заместителя, чтобы в будущем, когда кто-то из наших займет должность, эти беженцы ему подчинялись, а не пытались сбросить. Понимаешь?
Дьявол медленно кивнул.
— А еще этот поединок нужен для того, чтобы беженцы всегда знали — в случае необходимости соседний наместник сотрет их в порошок, — озвучил он свою догадку. — В таком случае ты убиваешь не только будущую угрозу в виде неповиновения твоему наместнику, но и выказываешь свое недоверие, заставляя беженцев чувствовать себя чужаками на родной земле.
Мы помолчали немного. В полной тишине Эгос налил вина и себе, я же потихоньку потягивал свой кубок. Напиться нам не грозило, так что важный разговор мы могли довести до конца.
— Так что скажешь? — осушив емкость, спросил я.
Эгос медленно растянул губы в ухмылке.
— Кого я должен убить?
* * *
Руины Катмадана.
Гребаные калеки.
Нельзя сказать, что это стало полной неожиданностью, однако я о таком варианте просто не подумал. Ушедшие дьяволы до недавних пор для меня являлись величиной неизвестной, и особо переживать по поводу них не имелось объективных причин. Где-то там они есть, и хрен с ними.
Но теперь, воочию увидев этих мифических умельцев, я готов был за голову хвататься. Да, прожив достаточно долгий срок в Империи, они, так сказать, заразились ее культурой, и уже мало походили на моих диких дьяволов, однако…
Для начала, все они были уже урожденными гражданами Империи. Ни один из дошедших до Катмадана дьяволов не прожил и полувека. Стало быть, находясь на территории врага, между собой сбежавшие связь поддерживали и успешно размножались. Ну, или в рамках обычной для ущемленного народа программы.
В среднем, если ориентироваться на слова членов моего домена, один дьявол мужского пола заводил от трех до пяти детей за несколько десятилетий. В конечном счете уже срабатывал какой-то механизм, вероятно, схожий с человеческим, когда природа просто говорит организму «хватит», и уже старый дьявол успокаивается, его тело перестает вырабатывать нужные компоненты в прежнем количестве. Конечно, он все еще способен на оплодотворение, но инстинкт угасал, и интереса к этому процессу не оставалось.
Так было до утверждения дьявольской жрицы. С того момента, как Ада провела свой первый ритуал, залетела не только Кориалис: все женщины моего домена либо уже носили детей под сердцем, либо планировали сделать это в самом ближайшем будущем. И судя по тому, с какой скоростью ряды беременных пополнялись, никто из них не окажется в пролете, невзирая ни на возраст, ни на положение в моей иерархии.
