начальника, и не суйся больше!
— Уже ушел, супруга начальника, — передразнил Мартин с явным облегчением. — Спокойной ночи!
Он исчез, но через полминуты снова сунулся в кабинет.
— Завидую! — сказал Мартин страшным шепотом. — Я помню, если уснуть у тебя на коленях, такие классные сны снятся!
— Я тебе это припомню, — пообещала Ким серьезно, и можно было не сомневаться — действительно припомнит. — Сгинь!
— Ушел я, ушел… Если что, зови, — сказал он. — И… ты очень на меня злишься?
— За что?
— Ну, это же моя инициатива…
— Какой ты еще дурень, Мартин, — улыбнулась Ким в темноте. — Инициативный… Иди сюда, я тебя поцелую на ночь, и хватит уже бродить!
— Я не маленький уже… — пробурчал он, но все же прокрался через темный кабинет и с удовольствием обнял женщину. — Спокойной ночи…
— Спокойной, — прошептала она. — Хотя ты ведь все равно спать не будешь, к Эрле пойдешь…
— И пойду, — ответил Мартин. — Я соскучился. И он тоже. И вообще, есть, что обсудить!
— Удалось узнать что-нибудь? — спросил Ким.
— По нулям, — развел он руками. — Всех опросили, кого нашли. Никто ничего не видел, не слышал, с киллером не связывался. Алана заметили, конечно, но это не такое уж редкостное зрелище…
— А если только предположить, что кто-то его увидел, вышел из зала ожидания, а снаружи уже послал сообщение?
— Тоже не выходит, — вздохнул Мартин. — На коммуникатор этого парня сообщение пришло вообще не с территории космопорта.
— Откуда же? Из Эоса? — нахмурилась Ким. Крыса в Эосе — это неприятно, но вполне возможно.
— Нет, — огорошил юноша. — Из города. Я сообщил Себастьяну, он намерен подключить Алистера, так что эту точку так или иначе мы вычислим.
— А от Алана новостей нет?
— Пока нет, — мотнул головой Мартин. — Ладно… я пошёл. Утром совещание, Себастьян просил передать.
Он притворил за собой дверь и облегченно выдохнул. Вроде бы обошлось. Вроде бы Ким не вовсе скверно, хотя что по ней скажешь? Это Себастьян знает ее, как свои пять пальцев, а он… Но Теодор ведь спит, как убитый, рядом с ней. Может, обойдется?
Утро вечера мудренее, решил Мартин и отправился к Эрле. Информации почти не было, но это не мешало строить самые разнообразные версии…
— Рауль, — окликнул Алан, входя в кабинет. — Груз прибыл.
— Хорошо, — отозвался тот, не отрываясь от монитора. — А что, корабль задержался?
— Нет, прибыл по расписанию, — недоуменно ответил заместитель. — А почему ты спрашиваешь?
— Ты что-то долго добирался в космопорт и обратно, — заметил Рауль.
— Задержался немного, — натянуто улыбнулся Алан, не могущий взять в толк, к чему этот допрос. — Там ведь Теодор, я хотел посмотреть, как он впишется в эту компанию…
— И как? — Второй Консул по-прежнему не поднимал взгляда.
— По-моему, прекрасно, — искренне ответил тот. — Немного дичится, но все местные… хм… странности принимает с полнейшей невозмутимостью. По правде сказать, я не ожидал такого самообладания от мальчика его возраста.
— Это неплохо, — усмехнулся Рауль и наконец взглянул на заместителя. — А что у тебя с рукой?
— То есть?..
— Что у тебя с левой рукой? — повторил Второй Консул и поднялся из-за стола.
— Ничего особенного.
— Мне можешь не лгать, — холодно сказал тот. — Руку ты бережешь. И костюм на тебе не тот, в котором ты уехал. Я, конечно, польщен тем, что ты переоделся перед визитом ко мне, но почему ты для этого выбрал костюм на почти на размер больше, чем твой собственный?
Алан только вздохнул. Надо было в самом деле зайти к себе и переодеться! С другой стороны, одежда Себастьяна ему великовата, но под ней не так заметна повязка… Конечно Рауль сразу всё подметил.
— Случилось небольшое ЧП, — сказал Алан, сдавшись.
— Так, — произнес Рауль тоном, не сулящим ничего хорошего. — Излагай.
— В Себастьяна стреляли…
— И тебя задело шальным зарядом? — нахмурился Второй Консул.
— В том-то и дело, что нет, — вздохнул Алан. — Себастьян тут же организовал мозговой штурм, и в итоге было решено, что на самом деле стреляли не в него, а в меня.
— В тебя? — не сдержал удивления Рауль. — Но зачем?
— А вот это неизвестно, — развел руками тот и невольно поморщился. — Я привез с собой киллера, с ним нужно поработать.
— Ни за что не поверю, что держиморды из космопорта не в состоянии расколоть несговорчивого клиента! — фыркнул Второй Консул.
— Он, видишь ли, немой, — невольно усмехнулся Алан. — А пальцы ему немного попортили эти самые держиморды. Не сдержались…
— Понятно… — Рауль чуть прищурился, и вид у него сделался вовсе уж недобрым. — Прикажи охране отвести этого индивидуума в лабораторию, я им займусь лично. А пока пойдем, я посмотрю, что у тебя с рукой и как успели напортачить эти горе-лекари! Заодно расскажешь, как было дело.
Алан вздохнул и смирился с неизбежным…
…-Вы хоть знаете, который час? — негромко поинтересовался Себастьян, приоткрыв дверь в комнату Мартина.
— А? — склонившиеся над клавиатурой светлые головы одновременно поднялись. У Мартина была привычка валяться с ноутбуком на кровати, Эрле по первости не признавал таких вольностей, но постепенно сдался и признал, что так и впрямь бывает удобнее.
— Четвертый час утра, — сообщил начтранс. — Совещание в восемь.
— Так времени еще полно! — возмутился Мартин. — Мы тут думаем…
— Это похвально, — хмыкнул тот, вошел и присел на край кровати. Та жалобно заскрипела. — До чего додумались?
— Ни до чего ценного, — сознался юноша. — Понимаешь, что-то не сходится. То ли не хватает какой-то детали, то ли мы слишком зашорены и в упор не видим очевидного… Кстати, а киллера-то допросили?
— Допросили, — кивнул Себастьян. — Не хотел бы я оказаться на его месте…
Мартин невольно передернул плечами: попасть в руки Рауля, вдобавок очень огорченного нанесенными его заместителю травмами, он не пожелал бы и врагу. А уж какими методами тот пользовался, чтобы выудить информацию из немого киллера, не хотелось даже представлять.
— И что удалось узнать? — спросил Эрле, нарушив молчание.
— В сущности, ничего, — криво усмехнулся Себастьян. — Он не только немой, он еще и умом не блещет… Да, он следил за мной, причем, к слову говоря, не знал, кто я такой на самом деле, тут ты промахнулся. У него было задание — выстрелить в меня прямо в космопорте. Причем, — обратите внимание! — выстрелить не в голову, не для того, чтобы убить! Ему, я бы сказал, категорически запрещено было меня убивать!
—
