Десять дней Махмуд бился за свою жизнь. Через десять дней его пригласили в прохладный, обдуваемый кондиционером кабинет и предложили выбирать. Либо он возвращается обратно в потную камеру, либо отправляется в разведшколу МИТ. Разумеется, Махмуд выбрал второе.
Это вообще излюбленная практика турецкой разведки: вербовать с помощью шантажа. Или того хуже — с применением психотропных средств. И ладно бы МИТ ограничивалась только гражданами Турции…
В январе 98-го один российский гражданин (назовем его Ивановым) отправился в Турцию по приглашению своего знакомого Ахмеда Айика. Конечно же, Иванов не знал, что Айик — агент разведки. Он полагал, что имеет дело с бизнесменом и, возможно, будущим партнером.
13 января Иванов пришел в анкарский офис фирмы Айика. Они не успели даже начать разговор, как в комнате появилось трое неизвестных.
«Мои друзья, — представил их Айик. — Может, сходим все вместе пообедаем?»
Разумеется, будь Иванов хоть немного знаком с миром спецслужб, он наверняка заподозрил бы неладное. Все турки от обеда почему-то отказались. Еду принесли лишь ему одному.
«Где-то в середине обеда, — рассказывает Иванов, — я почувствовал, как у меня из носа идет кровь. Глянул в зеркало и обалдел: все лицо распухло, покраснело. В теле сразу появилась какая-то слабость, ноги начали подкашиваться…»
Это были психотропные средства: препараты, влияющие на человеческую психику. Ни одна цивилизованная спецслужба не использует психотропы — человек может стать инвалидом.
Ослабевшего Иванова отвезли на конспиративную квартиру МИТ. Там, в полубреду, он был подвергнут разведдопросу, а затем завербован. «Друзья» турецкого бизнесмена оказались сотрудниками русского отдела МИТ.
Турки знали, что Иванов — профессиональный спортсмен. В их сознании российский спорт прочно ассоциировался с организованной преступностью, а потому от Иванова требовали собирать информацию о разных ОПГ и реализовывать через бандитов задания разведки.
Иванов отошел от лекарств только в Москве. И не мешкая побежал в контрразведку…
К сожалению, история Иванова — далеко не единственный пример изуверского отношения спецслужб к российским гражданам. Известны случаи, когда психотропными средствами в Турции обрабатывались целые туристические группы.
Как и во времена Второй мировой войны, МИТ овладела сегодня принципом гигантизма: вербуй все, что шевелится. Любой россиянин, пересекающий границу Турции, может стать объектом вербовки.
«МИТ всегда работала очень грубо, — вспоминает генерал Федоров. — Я бы назвал это попытками грубого наскока».
* * *
Немного статистики: в прошлом, 2000-м году товарооборот между Россией и Турцией составил 4,5 миллиарда долларов.
Ежегодно российские «челноки» оставляют в Турции 2,5-3 миллиарда долларов. Полтора миллиарда приносят российские туристы. Общий объем строительных подрядов, полученных турецкими фирмами в нашей стране, примерно 7 миллиардов. Еще миллиард турки зарабатывают на автоперевозках в Россию.
Что же происходит? Почему страна, вскормленная на наших же миллиардах, ведет против нас необъявленную войну? Рубит сук, на котором сидит.
Удивительная вещь: в Турции сейчас — дефолт. Курс доллара растет каждый день. Власти объявляют «секвестр». Сокращают 100 тысяч госслужащих.
И в то же время расходы на разведку не уменьшаются. Пантюркистские, исламские программы по-прежнему финансируются в полном объеме. Идут «на экспорт» в Россию.
Почему? Может быть, потому, что спецслужбы, как и религия, отделены в Турции от государства? Ведут свою, не всегда согласованную с руководством страны игру? Ориентируются не на правительство, а на американских «друзей»?
Не уверен даже, что турецкие лидеры знают обо всех приведенных нами фактах. Об убийствах и похищениях. О терактах и захватах. О связях с бандитами и экстремистами. Разведка — всегда государство в государстве. Турецкая разведка — вдвойне.
За последние 40 лет в Турции было 3 военных переворота. Похоже, дело идет к четвертому. Спецслужбы, вышедшие из-под контроля, — это опасность куда большая, чем все террористы и сепаратисты, вместе взятые…
* * *
На турецких курортах — пока тишина. Сезон ещё не открыт. Он начнется вот-вот. Очередной миллион российских туристов принесет Турции очередных полтора миллиарда долларов.
Эти деньги потом вернутся к нам обратно. В виде оружия для чеченских боевиков. Шпионских гонораров. Новых пантюркистских лицеев и школ.
И кто знает: может быть, вашего же мужа или брата убьют из автомата, купленного за ваш же счет.
Не за мой, потому что после этого материала — совершенно ясно — в Турцию меня никогда уже не пустят. Но я не жалею. Сегодня ехать в Турцию — это все равно что в разгар Великой Отечественной отправиться куда-нибудь в Баден-Баден…
…Приятного отдыха в Турции!
Что это? Совпадение? Стечение обстоятельств? Чей-то умысел? Не знаю до сих пор.
С момента выхода этого материала в газете не прошло и недели, как в Турции случился очередной теракт. Группа боевиков захватила отель в центре Стамбула вместе со всеми постояльцами. Бандиты требовали встреч с журналистами и властями, чтобы объяснить всему миру: Чечня должна быть независимой.
Все это уже было! И в 96-м, когда террористы брали штурмом паром «Аврасия». И в 2001-м, когда захватывали Ту-154. Те же лозунги, те же методы. И те же лица, ведь налетом на стамбульский отель руководил наш старый знакомый Мохаммед Токджан, при таинственных обстоятельствах сбежавший из тюрьмы «Имралы».
Все точки над «i» были расставлены теперь окончательно. Так вот зачем, оказывается, туркам нужно было организовывать побег Токджану. Его ждали новые дела…
Террористы сдались через 12 часов. Токджан в очередной раз был арестован. Я абсолютно уверен, что не в последний.
До тех пор пока идеи пантюркизма витают в Турции, такие люди не останутся без работы. Да разве дело в одной только Турции?
«За рубежом появилось очень много охотников отщипнуть кусок от нашей страны. Вспомните территориальные претензии Японии, Эстонии. Да, в конце концов, взгляните на проблему Чечни — откуда туда идут деньги… Из исламских стран».
Эти слова первого замдиректора СВР генерала Трубникова я напечатал шесть лет назад — в 95-м. До хасавюртовского предательства оставался почти год.
Шесть лет назад… За это время Трубников успел сменить Примакова, потом уйти из разведки в МИД. Примаков — побыть премьером, лидером «Отечества».
Меняются люди, фигуры, министры и президенты, но в Чечне не меняется ничего. По-прежнему там льется кровь. По-прежнему террористы получают «гуманитарную помощь» из-за кордона.
А ведь в 96-м все это можно было остановить. Они уже готовы были сдаться, они готовы были сложить оружие и покориться силе — надо было лишь нанести последний, решающий удар. Не нанесли. Отпустили с миром.
Это все равно как весной 45-го дойти до границ и повернуть обратно…
Когда-нибудь об этой войне напишут всю правду. Кто оставил в Чечне оружие. Кто не пустил Дудаева к Ельцину, фактически силой вынудив «мятежного генерала» пойти против России. Кто в 95-м, когда антидудаевское ополчение вошло в Грозный, заставил сдать город обратно. Кто сдал его в августе 96-го…
Август 96-го — это одна из позорнейших страниц нашей истории. Современная Цусима.
Регулярная, хорошо вооруженная армия оказалась беззащитной перед ордами диких чеченцев. В Грозный бандиты вошли без единого выстрела…
Об этом эпизоде я читал немало, и в какой-то момент мне по-человечески стало обидно. Ведь те, кто гибнут на войне, не виноваты в том, что их предали. Оттого, что страной правят подлецы и воры, подвиги этих людей не становятся меньше. Подвиг есть подвиг.
Тогда-то — впервые — я и решил написать о другом. О подвиге сотрудников чеченского управления ФСБ, которые — единственные на весь город — не сдались. Которые погибали, но стояли до последнего…
