Читаем без скачивания Тяжелые времена - Хиллари Клинтон

Вылетев из Триполи, самолет «C-17» быстро набрал высоту. Сколько всяких событий произошло за те девять месяцев с тех пор, как я вылетела в Доху, чтобы предупредить лидеров Ближнего Востока, что, если они не поддержат реформы, их регион погрузится в хаос и забвение!

Первые выборы прошли в Ливии летом 2012 года. Судя по всему, несмотря на опасения обострения ситуации, голосование прошло нормально и почти без нарушений. После того как ливийцы более сорока лет не принимали участия в политической жизни при режиме Каддафи, на избирательные участки пришли около 60 % населения, что обеспечивало достаточно широкую картину общественного представительства. Сначала люди шли отдать свои голоса за народных избранников, а затем они вышли на улицы и праздновали это событие.

Я переживала, что проблемы, с которыми придется столкнуться переходному правительству, могут оказаться слишком тяжелыми даже для лидеров, имеющих самые благие намерения. Если бы новое правительство смогло укрепить свою власть, обеспечить безопасность, использовать нефтяные доходы для восстановления страны, разоружить боевиков и изгнать из страны экстремистов, тогда у Ливии был бы шанс построить стабильное демократическое общество. В противном случае было крайне сложно сделать так, чтобы чаяния революционного народа превратились в свободное, безопасное и процветающее будущее. Но, как мы вскоре убедились, в случае своего фиаско страдать пришлось бы не только ливийцам.

Глава 17

Бенгази: под ударом

11 сентября 2012 года посол Крис Стивенс и сотрудник отдела управления информацией Госдепартамента Шон Смит погибли в результате террористического акта против нашего дипломатического комплекса в Бенгази, Ливия. Двое сотрудников ЦРУ и Тайрон Вудс были убиты несколькими часами позже во время нападения на расположенный неподалеку жилой комплекс сотрудников ЦРУ.

До работы в Государственном департаменте Шон Смит шесть лет прослужил в ВВС. На дипломатической службе за последние десять лет он работал в наших посольствах и консульствах в Претории, Багдаде, Монреале и Гааге.

Друзья и сослуживцы из подразделения «морских котиков», а позже коллеги из ЦРУ называли Тайрона Вудса «Рон». Он несколько раз бывал на заданиях в Ираке и Афганистане. Кроме огромного боевого опыта, он также имел диплом с отличием по уходу за больными и был сертифицированным фельдшером. У них с женой, Дороти, было трое сыновей. Один из них родился всего несколько месяцев до того, как погиб отец.

Глен Доэрти, для всех — просто Буб, тоже был бывшим «морским котиком» и опытным фельдшером. Он также побывал в некоторых самых опасных странах на земле, включая Ирак и Афганистан, и всегда был готов пожертвовать своей жизнью ради своих соотечественников. И Глен, и Тайрон применили свои навыки и опыт для защиты персонала ЦРУ в Ливии.

Посол Крис Стивенс, единственный из этих четверых, которого я имела честь знать лично, был талантливым дипломатом, а также обаятельным и необычайно располагающим к себе человеком. Когда я попросила его весной 2011 года взять на себя опасную миссию налаживания контактов с ливийским руководством повстанцев в Бенгази во время революции, а позже возвратиться в Ливию в качестве посла после падения режима Каддафи, он с готовностью согласился. Крис понимал, что это опасно, и осознавал, насколько сложно будет содействовать восстановлению этой разрушенной страны, но он понимал также и то, что здесь затронуты жизненно важные интересы Америки и ее национальной безопасности. Учитывая его многолетний опыт работы в регионе и талант ведения тонкой и деликатной дипломатической работы, при рассмотрении кандидатур на эту должность выбор, естественно, пал на него.

Смерть этих бесстрашных сотрудников при исполнении обязанностей была для нас сокрушительным ударом. В конечном счете, я как госсекретарь была в ответе за безопасность своих сотрудников, и я особенно остро почувствовала это в тот день, когда погибли эти четверо.

Одним из самых трудных решений для нашей страны и ее руководителей всегда было отправлять тех, кто служит нашему народу, туда, где опасно. Несомненно, больше всего я сожалею, что за годы своего руководства не все из этих сотрудников благополучно вернулись домой. Я часто думаю о семьях, которые потеряли родных и близких, защищая нашу страну. Некоторым утешением может служить то, что они погибли, выполняя ответственную задачу, что народ всегда будет благодарен им за это, но, по большому счету, мы все мало что можем сказать или сделать, чтобы заполнить зияющую рану, оставшуюся после их гибели.

Самый лучший способ почтить их память — это сделать все необходимое для того, чтобы мы могли всегда защитить тех, кто выполняет свою работу за рубежом, и не допускать подобных потерь в будущем.

С первого же дня пребывания на посту главы Госдепартамента я отдавала себе отчет в том, что террористы могут нанести удар по любому из наших более чем 270 дипломатических представительств по всему миру. Это достаточно часто случалось и раньше, и тот, кто одержим идеей нападения на Америку, вряд ли оставит свои попытки. В 1979 году в Иране пятьдесят два американских дипломата были взяты в заложники и находились в плену 444 дня. В результате нападения группировки «Хезболла» на наше посольство и казармы морской пехоты США в Бейруте в 1983 году погибли 258 американцев и более ста человек из других стран. В 1998 году «Аль-каида» совершила теракты против наших посольств в Кении и Танзании. При взрывах погибло более двухсот человек, в том числе двенадцать американцев. Я отчетливо помню, как стояла рядом с Биллом на авиабазе «Эндрюс», когда останки тех, кто там погиб, доставили в США.

В общей сложности с 1970-х годов террористы убили шестьдесят шесть сотрудников дипломатических представительств США и более сотни сотрудников, работавших по контракту, а также представителей местного персонала. Только в период между 1973 и 1979 годами в результате террористических нападений погибло четыре американских посла. С 2001 года произошло более ста нападений на дипломатические объекты США в различных странах мира и почти два десятка непосредственных нападений на дипломатический персонал. В 2004 году при нападении на наше генконсульство в Джидде, Саудовская Аравия, боевики убили девять человек, в том числе пятерых из местного персонала. В мае 2009 года в результате взрыва бомбы на обочине дороги в Ираке погибли Терри Барнич, заместитель руководителя нашей группы по оказанию помощи переходному правительству. В марте 2010 года была застрелена вместе с мужем Лесли Энрикес, беременная двадцатипятилетняя сотрудница консульства США в Хуаресе, Мексика. В августе 2012 года сотрудник Агентства США по международному сотрудничеству Рагаэ Саид Абдель-Фаттах был убит террористом-смертником в Афганистане. По состоянию на 2014 год 244 американских дипломатических работника, находясь за рубежом, погибли при исполнении своих обязанностей, навсегда вписав свои имена в историю нашей страны.

Дипломатическую службу, исходя из самой сути этого понятия, часто приходится вести там, где опасно, где национальная безопасность Америки находится под угрозой. Мы вынуждены очень точно оценить, стоит ли ради достижения приоритетных задач национальной безопасности идти на жертвы, необходимые для ее обеспечения. Как государственный секретарь, я отвечала почти за семьдесят тысяч сотрудников и всегда испытывала глубокое восхищение теми, кто отважился на риск, с которым связана эта служба, несущая наш флаг туда, где это наиболее необходимо. Каждый день, приходя на работу, в холле здания имени Гарри Трумэна сотрудники и сотрудницы Госдепартамента проходят мимо памятной доски с высеченными в мраморе именами этих 244 погибших дипломатов. Это постоянное напоминание об опасности, которой подвергают себя представители США по всему миру. Я была очень обрадована (хоть и не была удивлена), узнав в Госдепартаменте, что после крупных терактов против Соединенных Штатов количество заявок о приеме на дипломатическую службу только возросло. Люди хотят работать на благо своей страны, даже если это означает, что они будут находиться в опасности. Это лучше всего говорит о характере и самоотверженности тех, кто представляет США на международной арене.

События сентября 2012 года и выбор, сделанный в первые дни и недели до и после них, резко обнажают некоторые из сложнейших проблем американской внешней политики — и стоящие за каждым принимаемым нами решением человеческие жизни, которых это решение будет стоить нам. Нашим дипломатам приходится балансировать на тонкой грани между необходимостью действовать в сложных и опасных условиях и необходимостью оставаться при этом в безопасности. Как представители страны, которая направляет их туда, мы должны делать как можно больше, чтобы защитить их, не мешая им при этом делать свою важную работу. Мы должны оставаться открытыми к миру в такое время, когда любая провокация может вызвать антиамериканские выступления по всему миру, а разветвленные сети террористических группировок продолжают вынашивать планы новых нападений. В конечном итоге эти задачи сводятся к следующему: готовы ли мы нести бремя американского лидерства в опасные времена?