поддержки, которые доведены до совершенства. И ее уникальной особенностью является тот факт, что она способна с легкостью применять эти техники не только на себя, но и на других.
Но даже так, я не ожидал что Магдалена сможет так легко и быстро обойти входной барьер на территорию. Чтобы Апельсин ни говорил, это большой риск, особенно учитывая его низкую мобильность. Если хоть что-то пойдет не так, они оба покойники. Чертова дюжина, которую я знал в своем мире крайне редко шла на подобный риск.
Заставить их идти на подобное безрассудство могла лишь очень веская причина. Так ради чего они пробрались сюда? Ведь если бы они просто хотели всех нас убить, то могли подобрать момент куда лучше и куда безопаснее.
— Чего ты хочешь, Апельсин? — спросил я, когда убедился, что они действительно не собираются нас просто убивать.
Том 2. Глава 26
Темнокожий одаренный с тонко плетенными дредами удивленно вскинул бровь и угрожающе наклонил голову. Его струящийся оранжевый боевой поток мерцал в груди будто солнце, а сам он нервно постукивал пальцами по окровавленному дивану, не рискуя сходить с места.
— Как ты меня обозвал, шкет? — скривился Апельсин, не отводя взгляда.
— Давай закончим с фазой угроз и перейдем к сути, — уверенно проговорил я и медленно закрыл собой Олега, который все еще напряженно держал ручку входной двери.
Расклад был не самый благоприятный. Без диалога шансов спасти девушек нет никаких.
Хоть Магдалена и не являлась боевым Магистром, убить двух беззащитных студенток для нее не составит труда. Тем более на Варваре и Виктории уже висит техника подавления потоков. И если на младшую княжну мне в целом наплевать, то смерть Варвары я допустить не могу.
Слишком уж многое сделала для меня ее мать. Причем в обоих мирах.
А ведь есть еще и этот оранжевый ублюдок. Его внутренний поток двигается по телу медленно и энергии в нем настолько мало, что Апельсину недоступно множество техник. Но его сила в плотности и подавляющей мощи самого потока.
Апельсин не способен на дистанционные атаки, потому что он может вытащить свой боевой поток из тела максимум на один метр и после этого энергия неизбежно возвращается назад в тело. Однако его смешанный боевой поток самый разрушительный из всех что я знаю.
Его прямую атаку не заблокирует ни один щит и не выдержит ни один одаренный. Единственный шанс выжить это избежать попадания любым способом. Благо, со скоростью у оранжевого большие проблемы.
— Какой-то ты дерзкий, мэн, — улыбнулся Апельсин, — Расклад простой, мазафакер у двери не дергается, а ты добровольно идешь с нами. Сделаете все ровно и ни один волосок не упадет с ваших цыпочек.
За это время я сформировал три рабочих стратегии боя с учетом обстоятельств, но ни в одной из них Варвара Богданова не имеет ни единого шанса уйти живой и это меня не устраивало. Астральный маяк не используешь. Переиграть не получится.
— Согласен, — поразмыслив пару секунд решился я.
— Ты сдурел? После того что они сделали с Тимуром… — вздрогнул Голицын младший и начал поворачивать ручку, — я не позволю им уйти!
— Не обсуждается, — отрезал я и резко ударил ребром ладони в шею Олега.
Тело младшего Голицына обмякло, и я аккуратно поймал его и положил на пол. Когда я поднял глаза, то Варвара и Виктория лежали на полу, а Магдалена и Апельсин стояли в двух метрах передо мной.
— А ты смелый, все как он и говорил, — хмыкнул Апельсин, в то время как Магдалена беззвучно подошла вплотную ко мне и протянула руку.
Я бросил взгляд в сторону двух женских тел и убедился, что они живы. После чего взял тонкую и холодную будто у трупа руку Магдалены и расслабил потоки. В тот же миг мир потерял краски, а тело наполнило ощущение легкости.
Окружающее пространство наполнилось серой дымкой, а рука Магдалены, из которой в мое тело вливалось колоссальное количество энергии сжала меня крепче. Ее пробила легкая дрожь, а из носа выступила капелька крови, но Магдалена не показывала виду и не издала ни звука.
Апельсин тоже молчал и внешне не выказывал вида, но ощутимо напряг потоки и задумчиво глянул на входную дверь. Постороннее движение и аномально возрастающую концентрацию энергетических слепков уловил даже я.
— Похоже смерть студента заметили даже сквозь барьеры, — безразлично подметил я, — долго еще? Или вы передумали убегать и решили открыто повоевать с британской армией?
— Заткнись, — не выдержал Апельсин, брезгливо откинул лежащего без сознания Голицына и встал вплотную к двери.
Я заметил, как его оранжевая энергия сконцентрировалась в одной точке, а тело заняло боевую стойку. В это время Магдалена отчаянно пыталась увести нас отсюда и набросить по четыре высокоуровневых техники одновременно. На каждого.
Как я и предполагал, для обхода местной защиты ей пришлось вкладывать в них гораздо больше энергии, чем обычно и ради экономии синхронизировать их между собой. Так что либо техники одновременно сработают на всех, либо не сработают вообще.
Суета снаружи комнаты усилилась и в дверь настойчиво постучали.
Апельсин обреченно вздохнул и с небольшим замахом ударил кулаком по двери.
Его внутренний пучок оранжевой энергии отозвался и устремился в руку. За первую секунду ничего не произошло, но как только медленный сгусток дошел, раздался взрыв. Оранжевый поток выплеснулся из кулака Апельсина и разорвав дверь вместе с барьерными конструктами на ней устремился вперед, уничтожая все до чего смог дотянуться на дистанции одного метра.
Пятеро ближайших к двери британских гвардейцев умерли на месте. Вот он идеальный момент. Пора. С этой мыслью я решил немного помочь Магдалене и в тот же миг нас троих, наконец, полноценно окутали все четыре техники.
Магдалена вздрогнула от того насколько неожиданно легче ей стало и не сразу
