– Я достаточно часто видел тебя в различных одеждах, но еще никогда ты не выглядела прекраснее, чем сейчас. Я рад, что ты приехала сюда. В таких местах люди и должны заниматься любовью.
Хьюстон не сводила с него глаз, пока его рука медленно спускалась вдоль шеи на ее плечо. Затем он начал снимать с ее груди одеяло, и она затаила дыхание. Она вдруг поймала себя на том, что молится, чтобы ему было с ней как можно лучше.
Очень нежно, как будто она была ребенком, он обнял ее одной рукой за плечи и осторожно положил на пол хижины. Она напряглась, подумав, что вот сейчас это начнется.
Кейн распахнул одеяло, и ее обнаженное тело полностью открылось ему.
Хьюстон ждала приговора.
– Черт, – сказал он, переводя дух. – Не удивительно, что Вестфилд готов был строить из себя дурака ради такого тела. Я тут обнаружил, что под всякими элегантными платьями, теми, что вы, леди, носите, оказываются частенько не натуральные формы, а вата.
Хьюстон рассмеялась:
– Ты мной доволен?
– Доволен тобой? – сказал он, вытягивая руку. – Только посмотри на нее. Она так дрожит, что я не могу спокойно ее держать, – он положил руку на мягкую кожу ее живота. – Мне не легко будет потерпеть еще, но любая леди, забравшаяся в такие дебри только ради того, чтобы провести со мной ночь, заслуживает самого лучшего – чтоб никаких там поспешных кувырканий на полу. Ты просто сядь туда, а я сделаю нам что-нибудь выпить. Ты любишь персики?.. Нет! – сказал он, заметив, что Хьюстон собирается опять закутаться в одеяло. – Брось его прямо на полу. Замерзнешь – заберешься ко мне на колени, и я согрею тебя.
Живя в доме Дункана Гейтса, Хьюстон не представлялось случая распробовать вкус алкоголя. Но Кейн взял банку персиков, вылил из нее сок, раздавил персики и под конец добавил туда изрядную порцию рома.
Он протянул ей эту смесь.
– Это, конечно, не самый изящный, бокал, но сойдет и так.
Хьюстон сделала глоток. У нее появилось странное чувство неловкости оттого, что она сидела перед мужчиной совершенно голая. Но по мере того, как она пила этот напиток, который абсолютно не был похож на то, что ей приходилось пробовать до сих пор, она уже не чувствовала ничего особенного в том, что на ней не было ни единой вещи.
Кейн сел напротив и посмотрел на нее.
– Тебе лучше? – спросил он и протянул следующую порцию.
– Намного.
Она успела отпить только половину, как Кейн забрал у нее банку.
– Я не хочу, чтобы ты напилась, просто расслабься.
Он обнял ее и прижал к себе покрепче. Ром внутри делал Хьюстон более раскованной, чем когда-либо в жизни. Ее руки обвились вокруг его шеи, и она приникла к его губам.
– Что ты рассказала своей сестре о себе и Вестфилде?
– Что Лиандер мог зажечь в ее теле огонь, а я с ним абсолютно ничего не чувствовала.
– То есть, он не очень-то умеет задавать вопросы?
– Совершенно не умеет, – сказала она, и их губы соединились.
Пока он, целовал ее, его руки скользили по ее телу, поглаживая кожу и заставляя разгораться огонь внутри нее. Какой-то частью своего сознания она понимала, что Кейн сдерживает себя, что он более скован, чем она, но не обращала на это внимания.
Хьюстон придвинулась к нему еще ближе, устраиваясь так, чтобы ему было удобнее ее держать:
Он целовал ее лицо, шею, постепенно спускаясь к ее груди. Когда он взял розовый сосок в свой рот, она выгнулась под ним, чтобы он мог обхватить ее талию и бедра руками.
– Не так быстро, дорогая, – прошептал он. – У нас вся ночь впереди.
Все эти ощущения были новыми для Хьюстон. Когда к ней прикасался Лиандер, она скорее, чувствовала неприязнь и желание от него отделаться, чем любопытство и жажду сразу же попробовать все, что было для нее новым. Сейчас же прикосновения Кейна доставляли ей все большее и большее наслаждение, разрушая все ее страхи оказаться холодной, которые внушил ей Лиандер.
Тепло его кожи притягивало ее руки. Его тело блестело при свете пылающего в камине огня, и Хьюстон хотелось, чтобы оно принадлежало ей все без остатка.
Глава 16
Хьюстон вышла со своим мужем наружу, где все еще шел дождь, но она даже не заметила холода. Ее мысли были поглощены тем, что она не была фригидна. Возможно, проблема заключалась в Лиандере, в том, что она была недостаточно близка с ним, или же в том, что она относилась к нему, скорей, как к брату, что и мешало ей лечь с ним в постель. Но какими бы ни были причины, сейчас она освободилась от своего страха, что с ней было что-то не в порядке.
Кейн обнял ее.
– Ты выглядишь сонной, – сказал он. Капли дождя скатывались с него на ее лицо. – Скажи мне, о чем ты думаешь. О чем думает леди после того, как занималась любовью с местным конюхом?
Хьюстон отстранилась от него и протянула руки к небу. Поддавшись внезапному порыву, она начала медленно танцевать, как будто она была в свадебном платье, грациозно двигаясь в такт движениям руки, поддерживавшей воображаемую юбку.
– Такая леди чувствует себя замечательно. Такая леди вообще не чувствует, как должна была бы чувствовать себя леди.
Он поймал ее за запястье.
– Ты не сожалеешь о том, что твоя первая брачная ночь прошла не в кровати с шелковыми простынями? Тебе не нужен какой-нибудь другой мужчина?..
Она закрыла ему рот ладонью.
– Это самая счастливая ночь в моей жизни, и я не хочу быть где-либо и с кем-либо еще. Хижина посреди лесов и мужчина, которого я люблю, – ни одна женщина в мире не может пожелать большего.
Нахмурившись, он пристально посмотрел на нее.
– Нам лучше пошли внутрь, пока мы здесь не околели.
С бесстрастным выражением на лице он двинулся к хижине, как вдруг повернулся, крепко, до боли сжал ее в объятиях и начал целовать.
Хьюстон поддалась своему чувству, не скрывая радости и счастья.
С улыбкой он взял ее на руки и понес в хижину. Войдя внутрь, он тут же схватил одеяло, завернул в него Хьюстон и начал растирать ее холодное тело.
– Хьюстон, – сказал он, – ты не похожа ни на одну из дам высшего света, которых я когда-либо встречал. Я полагал, что у меня есть вполне ясное представление о том, каким будет брак с одной из принцесс Чандлер, но ты, похоже, нарушила все мои планы.
Она повернулась к нему. Ее тело, завернутое в одеяло, прижалось к его блестящей коже.
– Я оказалась лучше или хуже? Я знаю, тебе нужна была леди – ты думаешь, я не такая?
Он на минуту задумался, изучающе поглядывая на нее, как будто решал, какого ответа она ожидает.
– Скажем просто, что мне открывается много нового, – он ухмыльнулся. – Могу поспорить, что жене Гульда никогда не приходила в голову мысль карабкаться на гору за своим мужем.
Он начал было целовать ее шею, как вдруг остановился.
