Глава 3
Распад великой державы
Последствия капитуляции на Мальте не заставили себя долго ждать. Получив соответствующие сигналы из Вашингтона, сепаратисты перешли в решительное наступление.
25–26 декабря 1989 года состоялся внеочередной пленум ЦК КПСС. Срочность его созыва была вызвана решением XX съезда Компартии Литвы отделиться от КПСС. Высказав обычные для него похвалы перестройке и заявив, что «мы выходим на самое острие проблем, от решения которых зависит судьба социализма», М.С. Горбачев в своем докладе на Пленуме сказал: «Что преподнесли нам наши литовские товарищи? Они нанесли тяжелый удар по КПСС, которая находится сейчас с самом трудном положении, удар и по перестройке. Но я бы не хотел считать, что процесс там уже завершился. И я призываю товарища Бразаускаса и других должным образом еще раз обдумать».
Горбачев спрашивал собравшихся: «Что же делать? Отменять сейчас будем решение XX съезда КП Литвы? Или сделаем перерыв в нашем Пленуме и поручим генсеку и членам ЦК выехать в Литву, провести там дискуссии? Со всем уважением к литовскому народу, к Компартии Литвы… Ведь настоящего-то разговора с ними еще не было. Не уверен, что вы, литовские руководители, адекватно выразили здесь мнение коммунистов Литвы. В партию пробрались оппозиционеры и навязали там такие взгляды. А с народом вы не поговорили. А ведь решаете не свой вопрос, а взяли на себя фактически решать вопрос, касающийся всей страны. Сколько веков шли к единству! Не последние 40 лет, не 50, 200 лет Литва была в составе России. Это все прямо надо народу говорить. У нас большие планы: в настоящей федерации мы еще не жили. А уже начинаем рушить, что есть… Я уверен: у народа есть здравый смысл! У каждого! Несерьезно сейчас, прямо вот здесь, требовать от Бразаускаса за ночь изменить позицию».
После этого путаного выступления слово взял В.А. Медведев, который зачитал проект постановления, объявлявший неправомерными все решения, связанные с созданием самостоятельной Компартии Литвы. Пленум стал обсуждать вопрос о персональном составе комиссии, которая должна была разработать конкретные шаги для преодоления кризиса.
Первоначально было предложено, чтобы в комиссию вошли 4 члена Компартии Литвы, выступавшие за ее отделение от КПСС, и 4 члена, выступавшие против этого шага. Некоторые члены ЦК стали выступать против включения в состав комиссии Бразаускаса и других сторонников отделения. Заместитель министра иностранных дел СССР Никифоров, первый секретарь Адыгейского обкома Джаримов предложили исключить из партии Бразаускаса, Березова, Палецкиса.
Против таких мер выступил Б.Н. Ельцин, заявив: «Нельзя не считаться с реальной обстановкой в Литве. Надо искать выход из положения с учетом этого и необходимости консолидации, объединения всех демократических сил. Если будет нажим на республику, принуждения и исключения, тем более какие-то крайние меры, они могут еще более восстановить население республики против Центра, против Москвы. Надо поехать в Литву Горбачеву, Шеварднадзе, Маслюкову. Главное — не расколоть страну. Поддерживаю доклад Горбачева».
В заключение выступил Горбачев. Он сказал: «Предлагаю, одобрив доклад, отложить принятие окончательных решений. Но после Пленума группе членов Политбюро и членов ЦК, включая Генерального секретаря, выехать в Литву для встреч с коммунистами и трудящимися республики. А по возвращении вновь обсудить этот вопрос и принять необходимые решения». Фактически ЦК КПСС опять ушел от решения ключевых вопросов в отношениях с Прибалтикой.
В середине января 1990 года М.С. Горбачев выехал в Литву, где провел два дня на совещаниях и встречах. К этому времени от руководства Компартии Литвы отделились противники раскола, создавшие ЦК «на платформе КПСС». Выступая 13 января на партийном активе, Горбачев признавал разгул сепаратистских настроений в Литве: «Пущены в ход такие большие понятия, как «свобода», «независимость», «самостоятельность»… Причем это стало своеобразным тестом: ты — за свободу или против? Ты — за самостоятельность или против? Ты — за независимость? Ты — за независимость или нет? Если да, ты наш человек. Если начинаешь размышлять по этому поводу, уже надо подумать, наш ли… Вот лежат передо мной письма, записки, в которых приводят факты таких высказываний: вот, мол, вы нас 70 лет оккупировали, так теперь, мол, мы вас проучим и т. п…. Если… этот бытовой национализм… войдет в политику… тогда, товарищи, нас ждут худшие времена».
В качестве выхода из кризиса Горбачев предлагал «изменить все — и федерацию, и КПСС — так, чтобы то, что вы хотите, могли решать… Я уверен, что, если мы выйдем на такое понимание федерации и новой роли КПСС, ее внутреннего построения и взаимоотношений всех звеньев КПСС, это удовлетворит всех… Давайте стараться услышать друг друга. Давайте использовать шанс для совместного размышления… Сегодня надо быть и очень ответственными, и очень решительными в достижении наших целей».
Однако эти «решительные» слова на деле прикрывали готовность Горбачева выполнять мальтийские договоренности. Бывший член Бюро ЦК Компартии Литвы Юозас Ермолавичюс вспоминал позже: «В январе 1990 года, когда Горбачев приезжал к нам и встречался с членами Бюро ЦК Компартии Литвы, я понял, что он отлично знает механизм разрушения Советского Союза. И чем дальше, тем больше я убеждался, что он ведет себя таким образом, чтобы не помешать действию таких механизмов. Более того, сам действует в соответствии с той же реакционной логикой международного антикоммунизма, под управлением тех же зарубежных сил. Нам в Литве особенно хорошо была видна его игра. Как в кукольном театре: артисты и режиссеры за океаном дергают за ниточки, а марионетки у нас дома повторяют все их замыслы по разрушению государства».
Очевидно, что эти хитрости Горбачева разгадал не только Ю. Еромолавичуюс, но и руководители национал-сепаратистов. Они не воспринимали всерьез болтовню Горбачева о реформе КПСС и СССР, не желали его слушать и «размышлять» вместе с ним. Они уже давно устремились прочь из КПСС и СССР и на всех парах мчались на Запад. И они были очень «решительными» в движении к своим целям.
19 января 1990 года один из лидеров «Саюдиса» В.Ю. Чепайтис на страницах западногерманской газеты «Ди Вельт» утверждал, что лишь три народа Советского Союза — эстонский, литовский и латвийский — прошли фазу национального самоопределения и современной государственности в 20–30-х годах, а поэтому имеют право на первоочередное вселение в общеевропейский дом». Видимо, по мнению В.Ю. Чепайтиса, фашистские режимы Сметоны, Пятса, Ульманиса, существовавшие тогда в Прибалтике, в наибольшей степени соответствовали современному уровню развития демократии в Европе. Чепайтис призывал не бояться падения Советского Союза и доказывал, что развал Советской страны пойдет на благо «европейского дома».
Осуждение Яковлевым и II Съездом народных депутатов СССР предвоенной политики СССР вдохновляло сепаратистов. В программе «Саюдиса», опубликованной перед выборами в Верховный Совет Литовской ССР, 24 февраля 1990 года, говорилось, что «в 1940 году СССР нарушил двухсторонний договор и совершил агрессию против Литовской республики, свергнул законное ее правительство, насильственным и сфабрикованным голосованием создал Народный сейм. Последний, присвоив суверенные права нации, провозгласил декларации, послужившие прикрытием для аннексии Литвы, ее инкорпорации в состав СССР, превращения ее жителей в граждан СССР». Как подчеркивалось в заявлении «Саюдиса» о восстановлении государственности Литвы, «литовское государство в 1940 году было насильственно и незаконно включено в состав Советского Союза».
После этого, как констатировала предвыборная программа «Саюдиса», «в 1941–1944 годах Литва была оккупирована армией Германии». В обзоре исторических событий это происшествие не вызвало никаких комментариев. Видимо, по сравнению с «агрессией СССР 1940 года» события 1941–1944 годов не стоили внимания, и создавалось впечатление, что ничто не затронуло интересы литовского парода в эти годы.
В результате разгрома вермахта, говорилось в программе, «в 1944 году армия СССР снова оккупировала Литву, а по завершении войны оккупации не прекратила. Необъявленной войной против литовского народа СССР уничтожил его усилия возродить государство Литва». Из этого заявления следовало, что те, кто с литовской стороны вел «необъявленную войну» против частей Советской Армии после изгнания немцев из Прибалтики, якобы прилагали «усилия возродить государство Литва», с которыми и солидаризировался теперь «Саюдис».
В заявлении сейма «Саюдиса» о восстановлении государственности Литвы было подчеркнуто, что «литовское государство, восстановленное 16 февраля 1918 года, сохранило юридическое признание своей независимости». Судя по этому заявлению, «Саюдис» является идейным и политическим преемником тех же сил, которые стояли у истоков «литовского государства», провозглашенного в тот зимний день, то есть пособников кайзеровских оккупантов.
