будешь пить? – спросил бармен.
– Впредь я буду только есть, – зарекся Данил.
– Может, хотя бы водички хлебнешь?
– Пожалуй.
Осушив стакан за секунду, Озеров попросил бармена повторить. И так четыре раза.
– Сушняк?
– Что здесь произошло? – спросил Даня.
– Полицейский штурм.
– Вот те раз. И ты так спокойно об этом говоришь?
– Я привык уже.
– Гонишь?
– Ни грамма.
– Впрочем, какая мне разница… Сидел бы да не высовывался. Все шло бы своим чередом.
– Я не согласен. Ты даже представить себе не можешь, сколько полезного ты сделал.
– Подвел отца, – взялся за голову Озеров. – Это раз. Выставил себя посмешищем. Это два.
– Вряд ли.
– Почему ты, Славик, постоянно так во всем уверен?
– Потому что я знаю, как было на самом деле.
– Ну давай, наблюдательный ты наш, расскажи мне, что вчера было.
– Книжку можно написать о том, что вчера было.
– Конкретно обо мне расскажи.
– Ты просрал Олегу пари.
– Низкий тебе поклон за то, что напомнил.
– Потом твои друзья по хоккею заступились за тебя. Ты внезапно соизволил нажраться и упал в обморок в сортире. Я тебя обнаружил и спрятал в подсобку. А потом был штурм и всех положили на пол. Ты в это время благополучно спал.
– Хорошо. Где же Олег?
– Арестован.
– Шутишь?
– Нет, я серьезно.
– Надолго?
– Вроде навсегда.
– А Артур? Лиза?
– Сбежали.
– Надо же. Какой номер у этой Вселенной? Я точно не сплю?
– Ущипнуть тебя?
– Не надо. Подожди, то есть я пил?
– Да, по-черному.
– И меня потом полоскало?
– Такого не припомню.
– Неужели дальше все на моей совести? – Озеров понял, что недуг, кажется, оставил его. Теперь Даня вправе самостоятельно решать, гробить себя спиртным или нет, зная, к чему это приводит на фоне разблокированных воспоминаний 12-летней давности и событий прошедшей ночи.
– Ты это мне?
– Нет, Славик. Я просто понял кое-что важное… А куда же делись мои друзья?
– После того как Олег пожелал их убить за публичное унижение, они огрели Артура бутылкой по башке и сбежали вместе с Лизой. Больше я их не видел.
– Арсен хотел без моего разрешения…
– Лиза, кстати, потом вернулась.
– Да?
– А потом был штурм и всех положили на пол.
– Как же узнать, где сейчас находится то, за чем я охотился всю ночь?
– Думаю, тебе больше незачем беспокоиться, – Славик достал из кармана мобильник Озерова и протянул его другу. На экране висит уведомление об SMS от Арсения Митяева с текстом: «Компромата больше нет. Расслабься!»
– У них получилось.
– И вообще «Хамелеону» нынче хана.
– Чего ж ты тогда бокалы протираешь?
– Профессиональная привычка. Чего ж ты такой печальный? Ты же победил.
– Ага, я еще тот победитель по жизни. Чуйка говорит мне, что не все так просто.
– Ну смотри, – стал загибать пальцы Славик. – Олег в тюрьме. Беглецов рано или поздно поймают. Их сейчас вообще должен заботить вопрос выживания, а не счеты с твоим отцом.
– Удачно я уснул. А почему на меня не реагируют СОБРовцы?
– Все из-за полковника Меркурьева, Дань. Он же друг твоего отца. И-и… честно говоря…
Озеров-младший насторожился.
– Та-а-а-к. Что еще интересного ты скрыл от меня?
Вячеслав решил признаться:
– Запахло жареным, поэтому я подлил тебе в коктейль снотворное и спрятал. Но сейчас ты можешь беспрепятственно выйти отсюда и…
– Ты все рассказал моему отцу?
– Это был единственно возможный выход из ситуации…
Озеров не мог поверить, что все обернулось именно так.
– …И твой отец предложил мне на него работать.
– Я просплюсь, и мы с тобой серьезно поговорим.
– Сейчас пойдут новогодние корпоративы. Я буду рубить бабки на барах, так что ты меня не найдешь. И в подобные заведения, думаю, ты вернешься нескоро.
– Мне все противно теперь. Алкашка в том числе.
– Немудрено.
– А ты, Славик, у нас на коне, как всегда. Повалил своим снотворным полгорода, а теперь еще и у отца будешь работать. Замечательно.
– Поверь, я все сделал правильно. Лучше б тебе не видеть, что здесь творилось.
– И все из-за меня, получается. Как я теперь отцу покажусь?
– Это твой отец должен стрематься перед тобой, а не ты. Он тебе должен все объяснить – никак не ты. Можно сказать, что ты подтолкнул всех разрешить давно тлеющий конфликт.
– Я, значит, своим идиотизмом…
– Изящным планом, ты хотел сказать?
– Я за одну ночь своим… изящным планом… перевернул весь криминальный расклад в городе?
– Типа того.
– И меня не хотят убить?
– Нет.
– Пиздец!
– Только не грохнись в обморок снова.
– Не дождешься.
– Хм, невольно ты, мой друг, помог идентифицировать всю побочку нашего снотворного. Хоть диссертацию пиши, как необходимо модернизировать препарат. Пятерка с плюсом обеспечена.
– Наркота это, а не снотворное! Похуже атомной бомбы.
– Да, партия чудом по аптекам не расползлась. А то, глядишь, лунатики устроили бы нам революцию. А вообще я тебе жизнь спас: иначе вместо снотворного понадобилось бы обезболивающее.
– Все равно у меня смешанные чувства.
– А наш мир не белый и даже не черный – он как раз серый. Это естественно. Я б тоже очумел от такого.
Даня спрыгнул со стула.
– Тебя подвести?
– Нет.
– Уверен? – переспросил бармен.
– Да.
– Тогда еще один момент.
– Что еще?
– Сходи и умойся хотя бы. А то выглядишь как обсос.
– Да мне насрать!
– Просто снаружи тебя ожидает девушка.
– Какая еще девушка? – вытаращил глаза Данил. Славик поведал другу об Анне. – Ясно. Жаль ее разочаровывать, но мне хотелось бы побыть одному в ближайшую недельку.
– Зря ты так, Дань. Тебе надо девчонку хорошую, чтоб ты больше не сооружал своих гениальных планов, а отвлекся на что-то приземленное.
– Вот и забирай эту девчонку себе. Что тебе мешает?
– Нет, ее интересуешь именно ты. Подумай.
– Нечем уже думать.
Озеров тем не менее воспользовался дружеским советом. Чтобы узнать, кто твой настоящий друг, нужно просто бросить пить.
В уборной он оперся об одну из раковин и взглянул на свою физиономию в зеркало. Опухший, уставший, потрепанный видок: «Надо же, каким-то девушкам еще и нравится». Воспоминания никак не шли из его головы. Они ведь не просто так нежданно-негаданно нахлынули. Они явили себя как раз в тот самый момент, когда повзрослевший обормот задумал по-настоящему напиться – перед глазами теперь отличное напоминание ужаснейших последствий злоупотребления алкоголем. Вначале парня охранял желудок, но затем организм пошел ва-банк и задействовал потаенные архивы мозга.
Дядя Гриша все еще лежит на берегу… окровавленный… мертвый… И тетя Оксана кричит… кричит… кричит…
Данил набрал в ладошки холодной водички и окатил ею лицо.
– Бармен не обманул, – произнесла Аня, все еще дежурившая неподалеку от ночного клуба. Она восприняла брошенную Славиком фразу буквально: нужно подождать
