Троицы, а Урбана VI (1389 г.) — праздником Благовещения Пресвятой Девы Марии. Впрочем, надо сказать, что оба эти события, особенно первое, уже с давних пор чествовалось в различных церквах.
Праздник зачатия Марии на Востоке стал чествоваться с VIII в. Около этого же времени стали праздновать 9 декабря и день зачатия св. Анны. Для подчиненной в то время Константинополю Нижней Италии это прямо доказывает для IX в. Мраморный Неаполитанский календарь. Около 1100 г. празднование зачатия Марии совершается в отдельных монастырях Англии, около 1140 г. у каноников Лиона, около 1170 г. в Руане и, по-видимому, в принадлежавшей ему церковной провинции или во всей Нормандии. Нововведение это не раз встречало неодобрение в Англии и во Франции, где особенно в Лионе против него восстал св. Бернард (ер. 174). Мало-помалу праздник этот начинает входить в употребление. С распространением в широких кругах церкви учения о беспорочном зачатии в XIV в. день этот провозглашается праздником со стороны Кентерберийского собора (1328 г.), а также целого ряда диоцезиальных синодов. Базельский собор (sess. 36 а. 1439 г.) предписал совершение его для всей церкви, несмотря на оппозицию со стороны тогдашних пап. Сикст IV ввел празднование этого дня также и в Риме и в римском диоцезе (1477 г.). После этого прошло немного времени для того, чтобы праздник этот получил всеобщее признание во всей церкви.
Число праздничных дней с течением времени все более и более увеличивалось. В целом оно достигло в это время значительных размеров. Правда, с увеличением числа святость праздников шла на убыль. В Кентерберийской церковной провинции, где множество праздников уже и раньше вызывало неудовольствие (§ 129), число их в 1332 г.) архиепископом Симоном было установлено 11. На Констанцком соборе Герзоном и Петром д’Элли предлагалось также сокращение. Впрочем, это предложение не имело успеха.
7. К этому периоду относится также установление или большее распространение отдельных выражений молитвы и благоговейных чувств. В первой линии находится благовест. В развитии его можно отметить три стадии. На Западе впервые в XIII в. входит в употребление колокольный звон и связанная с ним молитва, получающие более широкое распространение через Иоанна XXII. В это время в Италии они характерны для утра. Калликст III приказал колокольным звоном около полудня напоминать верующим о молитве против турок (1456 г.). Во всеобщее, наконец, употребление троекратный ежедневный звон входит в XVII в. Что касается произнесения молитвы, то со времени Бенедикта XIII таковой стала молитва об отпущении грехов, напротив, раньше употреблялись также и другие молитвы.
8. Крестный путь, впервые доказуемый в Иерусалиме в эпоху крестовых походов, в XV в. появляется также и на Западе. Особенно славилась по своей художественной законченности работа Краффта в Нюренберге (1490 г.). Она охватывает 7 или с Кальварской горой 8 остановок (изображено у Крауса в Gesch. d. chr. Kunst, II, 308) шествия Спасителя на Голгофу. Другие насчитывают даже более. Современный порядок установился в конце XVI в., хотя и без последних остановок. С присоединением последних в XVII в. он получает повсеместное распространение. Обыкновение это получило в конце концов и церковную санкцию. Особый род образовывали долгое время несение креста с семью падениями (ср. Keppler, Die 14 Stationen des hl. Kreuzwegs, 2 A. 1892).
§ 155. Проповедь и народное образование
Церковной проповеди в этот период уделялось очень много внимания. Приходскому духовенству неоднократно предписывалось убеждать мирян к слушанию слова Божия. Лавосский собор (1368 г., к. 1) дает ценные сведения о религиозном обучении народа. В больших немецких городах в конце этого периода повсеместно были учреждены проповеднические должности. Со времени изобретения книгопечатания появились в массе изданий слова выдающихся проповедников и различные другие книги по гомилетике. Этот факт лучше всего доказывает, что проповедь в это время действительно существовала, а дело не ограничивалось одними предписаниями. Одновременно с этим появляется много руководств по гомилетике. Важнейшим из них было «Manuale curatorum» пароха Ульриха Сурганта в Малом Базеле (1503 г.). Все гомилетические произведения печатались на латыни. Этот язык употреблялся для проповеди духовенству и монахам, а также во всех торжественных случаях. Перед народом проповедь произносилась в большинстве случаев на местном диалекте.
По содержанию проповеди в большинстве были мало удовлетворительны. Предметом проповеди бывали нередко споры между различными школами, тонкие определения и весьма неясные аллегории и нелепые легенды. В эпоху расцвета гуманизма нередки были ссылки, особенно в Италии, на античных классиков, как на книги Святого Писания. Впрочем, не было недостатка и в хороших проповедниках и проповедях. В большинстве случаев таковые исходили от мистиков или от монахов. Среди современных проповедников выдающееся место в это время занял Иоанн Гейлер Кайзербергский в Страсбурге († 1510 г.).
Рядом с проповедью делу просвещения народа служило также покаянное обучение. Как высоко стояло это дело, показывает соответствующая литература, удовлетворявшая этим запросам. Равным образом не оставалось неизвестным народу также и Святое Писание. До 1500 г. было напечатано, по крайней мере, 99 латинских изданий, хотя, несомненно, более, так как из 25 сомнительных по своей древности изданий значительная часть падает на XV столетие. Наконец до 1518 г. появилось 4 нижне германских перевода и одно верхне германское в 14 изданиях. Еще более важными для народа чем Святое Писание книгами явились так называемые постилии и пленарии, заключавшие вначале Послания и Евангелия, а затем и всю мессу на местном языке. По крайней мере, сто изданий таких книг доказуемо для Германии в предлютеровское время. Далее интересам общего религиозного обучения служили сочинения, которые в известной мере можно рассматривать как первые катехизмы, огласительные слова. Важнейшим из них была написанная Герзоном на латинском и французском языках «Opus tripartitum», переведенная вскоре Гейлером Кайзербергским на немецкий язык, а также «Христианское зеркало» францисканца Кэльде Мюнстерского. Здесь же можно упомянуть о катехизических картинах, «Библии бедных» и рисунках, изображающих танец смерти.
§ 156. Вера в ведьм
Как наследие от язычества в средние века перешла всеобщая вера в волшебство и в сношения с сатаной. Особенные подозрения внушал женский пол, к которому диавол питал будто бы особое пристрастие и при посредстве которого причинял людям вред. О такого рода женщинах идет речь уже у Регина Прюмского (De eccles. discipl. II, 5, 45) и у Буркгарда Вормского (Decret. XIX, 5) или в каноне «Episcopi», как это предписание по своим начальным словам было названо в Декрете Грациана (с. 12, С. 26 qu. 5). Суеверия отвергались церковью и прежде с ними упорно боролись. Вследствие большого невежества времени стали допускать общение с нечистой силой, что нам хорошо известно не только из истории еретических движений, но и из истории Бонифация VIII и тамплиеров. На этом, впрочем, не остановились. В этот период суеверие это
