и настороженные. Они обходили Жан-Люка и отца Ашиля стороной – и Эльвиру с Блезом тоже, – но никто не поднимал на них руку. Тулуз даже очаровал какую-то юную хорошенькую ведьму и упросил потанцевать с ним. Кто-то пригласил и Лиану.
Вскоре следом подтянулись и другие. Кроме Ласимонна, который с криком «У нее четыре ноги!» с восхищением кинулся за Мелисандрой. Кошка зашипела, завыла и помчалась к замку. Закатив глаза, Эльвира продолжила разглядывать цветы, осторожно откусив кусочек пиона. Пан в ужасе шлепнул ее по руке.
– Нет, – строго сказал он, погрозив ей пальцем. – Ни в коем случае, моя конфетка. Приезжай в Цезарин, и я лучше испеку тебе что-нибудь сладкое, хорошо?
Отвернувшись, я на долгий, сладостно-горький миг задержал взгляд на Коко и Бо, кружившихся в танце. Он что-то сказал, и Коко рассмеялась, искренне, от души, и все ее лицо в эту минуту вмиг преобразилось. Ее смех опьянил Бо, и он притянул Коко ближе, не сводя взгляда с ее лица. Он упивался ею.
– В три года я не только ходил под парусами, – сказал Бо ей важно. – Сэр Д'Артаньян Дельмор ле Девер научил меня танцевать, как только я начал ходить.
К сожалению, именно в это мгновение он столкнулся с Жан-Люком и Селией. Жан-Люк успел развернуть Селию и обхватить Коко за талию. Бо же поскользнулся, налетел на пень и чуть не потерял равновесие. Жан-Люк ухмыльнулся.
– Сэр Д'Артаньян Дельмор ле Девер – мой крестный отец, ваше величество.
Коко расхохоталась.
Надеюсь, она никогда не перестанет смеяться.
В центре с раскрасневшимися щеками и сияющими глазами кружились Лу и Рид. Когда она, слегка захмелев, в третий раз наступила Риду на ногу, он подхватил ее на руки и бешено закружил в воздухе, снова и снова, пока Лу не завизжала от восторга, запрокинув голову и подначивая его кружиться еще быстрее. Рид не потерял равновесия. Не ослабил объятье.
Он даже присоединился к Лу, когда она запела «Грудастую Лидди». Оба пели ужасно фальшиво, но все поаплодировали их стараниям, и Лу отвесила театральный поклон. Покраснев, Рид усмехнулся и попытался отойти в сторону – подальше от всеобщего внимания, – но Лу потащила его назад.
– Разве он не великолепен? – спросила она с гордостью, хихикнув, когда румянец Рида стал еще гуще. Мадам Лабелль присвистнула, идя под руку с отцом Ашилем. – Скажите ему, как он замечательный. Какой потрясающий.
Покачав головой, Рид крепко прижал Лу к себе и потянул ее к ближайшему пню.
– Ты ставишь меня в неловкое положение, жена.
– Посмотри, какой ты красный, – хихикнула Лу и обняла его за пояс. – Просто подожди до медового месяца – тех нескольких блаженных дней, когда ты будешь полностью принадлежать мне.
Рид ухмыльнулся.
– Я поверю в это, когда увижу. Твои сестры не могут оставить тебя одну больше чем на час.
– Именно поэтому мы уедем из Шато.
Он приподнял бровь.
– Да?
– Да, – подтвердила Лу как ни в чем не бывало. – На берегу стоит старый домик. Он принадлежал моей бабушке. Я прибралась там для нас двоих. – Лу уткнулась носом Риду в грудь, совсем как ее кошка. – Коко управится с замком без меня.
Рид пожал плечами, едва улыбнувшись уголком губ.
– Думаю, ты права. Тактичности, в отличие от тебя, ей не занимать.
– Да что ты! – Лу ткнула его локтем в ребра в притворном возмущении, заговорив громче, чтобы остальные услышали. – Может, стоит рассказать всем о твоем впечатляющем размере ноги? Или, может, о чудесах, которые ты языком вытворять умеешь?
Рид тут же зажал ей рот рукой.
Оба они затряслись от смеха, и тут вдруг в рощу, прихрамывая, вошла сморщенная старуха.
Я не узнал ее, но остальные явно узнали: Лу и Рид выпрямились, Коко и Бо замерли, и даже Селия шагнула ближе к Жан-Люку. Никто вроде бы не встревожился, но в воздухе повисло легкое напряжение. Как ни странно, Зенна улыбнулась.
– Ну здравствуйте, дорогие мои! – Браслеты звякнули на запястье женщины, когда она весело помахала рукой гостям, не обращая внимания на не слишком теплый прием. Ее алые одежды развевались на ветру. – Какой прекрасный вечер для свадьбы. И какое великолепное место.
– Мадам Саваж. – Рид бросил быстрый, нервный взгляд в сторону Коко, Бо и Селии. – Добро пожаловать, – сказал он немного вопросительно.
Лу прищурилась.
– Как вы нашли это место?
– Ах. – Мадам Саваж сжала руки Лу в своих, запечатлев на них поцелуй. – Поздравляю, моя дорогая, с вашей свадьбой. Похоже, я пропустила восхитительный вечер, а тебе явно не хватало моей приятнейшей компании. – Ее затуманенные глаза задержались на ведьме с мандолиной. – Надеюсь, на этот раз имена вы взяли верные? Никаких больше «Ляру»?
Лу нахмурилась еще сильнее, но руки не вырвала.
– Откуда вы знаете?
Мадам Саваж на вопрос не ответила и повернулась к Риду. Она ущипнула его за щеку.
– А ты, юноша? Посадил семена, как обещал?
– Я… – Рид снова посмотрел на Лу, теперь уже испуганней, чем раньше. – Простите, мадам Саваж, но я… я их где-то оставил.
– То есть потерял?
Когда Рид кивнул, она разочарованно цокнула языком. Я придвинулся ближе, изучая ее лицо. Эта женщина казалась мне… необъяснимо знакомой. Как будто я встречал ее раньше. И разочарование гостьи – я неуверенно огляделся – было немного наигранным. Зенна все так же улыбалась позади, а вместе с ней Серафина, Тулуз и Тьерри. Мадам Саваж подмигнула им.
– Ну, мсье ле Блан, как же нам быть дальше? У нас ведь был уговор.
Рид мрачно кивнул.
– Я достану для вас еще одну жемчужину, мадам. Обещаю.
– Ты обещал… – Мадам Саваж медленно разжала пальцы, показывая горсть семян на ладони. – …посадить семена.
Мы все уставились на них.
– Как вы?.. – Рид вздрогнул.
Темные глаза мадам Саваж заблестели. Вложив семена ему в руку, она сказала:
– Место и впрямь великолепное. Если посадишь их – если будешь заботиться о них, – они вырастут.
Рид не пошевелился, глядя на семена с нескрываемым подозрением, и мадам Саваж ткнула его в грудь.
– Ну, чего ты ждешь? Посади их уже! Я не молодею.
– У меня нет лопаты…
Досадливо вздохнув, Лу взмахнула рукой. Вспыхнула магия, и семена разлетелись, рассеявшись по всей роще. В следующую секунду они сами зарылись в землю.
– Вот так. – Лу взяла Рида под руку. – Уговор соблюден? Мы выполнили ваши нелепые условия?
Словно в ответ на ее вопрос, из земли вырвались деревья.
Грушевые деревья.
Они быстро поднимались ввысь, белые цветы распускались, твердые зеленые плоды падали на землю. Всего деревьев было двенадцать – по одному на каждое посаженное семя. Лу ахнула, Рид уставился
